WWW.LIB.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

«ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ Екатеринбург, 2011 УДК 330.341.2 ББК 65.049 (2Рос) П.78 Ответственный редактор кандидат ...»

-- [ Страница 4 ] --

Рисунок 2.33 – Прогноз динамики численности аспирантов и докторантов в Свердловской области до 2015 года, человек 1 Слева – прогноз динамики численности докторантов, справа - аспирантов С 1995 по 2003 год количество аспирантов и докторантов в Свердловской области увеличивалось в среднем на 11,2% в год.

За этот период их число выросло почти в 2 раза. В 2003 году процесс подготовки молодых специалистов практически приостановился. Число аспирантов и докторантов в Свердловской области стало сокращаться. Средний размер сокращения численности аспирантов за период с 2003 по 2008 гг. составил 2,1% в год, а докторантов – 5% в год.

В случае сохранения данных темпов сокращения численности работающих в науке молодых специалистов (пессимистичный прогноз) к 2015 году по сравнению с 2008 годом число аспирантов может сократиться на 12%, а докторантов – на 30%. По количеству докторантов Свердловская область в 2015 году может опуститься до уровня 1997 года.

Проведенный нами анализ позволил выявить несколько негативных тенденций и угроз для инновационного развития Свердловской области:

постепенная утеря интеллектуальных ресурсов региона (сокращение численности работников, занимающихся исследованиями и разработками);

замедление процессов воспроизводства кадров научно-инновационного потенциала (устойчивый спад численности молодых специалистов, работающих в научно-исследовательских учреждениях – кандидатов наук, сокращение численности аспирантов и докторантов);



замедление темпов воспроизводства новых технологий (сокращение числа создаваемых и используемых в регионе передовых производственных технологий);

низкий уровень отдачи от вкладываемых в инновационную деятельность финансовых средств (объем инновационной продукции на рубль затрат на технологические инновации с каждым годом снижается);

снижение уровня инновационности создаваемых в регионе технологий;

смена приоритета в производстве инновационной продукции в сторону простого технического усовершенствования на основе уже имеющихся морально и физически устаревающих технологий.

Отмеченные тенденции уже оказали негативное влияние на инновационную активность предприятий Свердловской области (рис. 2.34).

Рисунок 2.34 – Прогноз динамики числа организаций, осуществляющих технологические, организационные, маркетинговые инновации Начиная с 2003 года рост численности инновационно активных предприятий в регионе приостановился.

Количество осуществляющих технологические, организационные и маркетинговые инновации предприятий уже пять лет держится на уровне 2004 года. Дальнейшее увеличение их числа мало вероятно, поскольку число создаваемых в науке передовых производственных технологий с каждым годом сокращается, постепенно разрушается и кадровый потенциал науки. Для роста инновационной активности предприятий еще не созданы необходимые институциональные условия, нет полноценной инновационной инфраструктуры.

Поэтому, согласно нашим прогнозам возможна реализация двух сценариев развертывания инновационных процессов на территории Свердловской области:

1. Инерционный сценарий развития, основанный на сохранении установленных тенденций в будущем.

2. Инновационно инертный сценарий развития, означающий постепенное сворачивание инновационных процессов на территории.

Инерционный сценарий предполагает дальнейшее развитие негативных тенденций в развертывании инновационных процессов на территории области, таких как:





сокращение численности персонала, занятого исследованиями и разработками на 2,9% в год. Согласно данному сценарию к 2015 году возможно сокращение научно-исследовательских кадров на 16% (по сравнению с 2009 годом);

сохранение низких темпов подготовки и закрепления в науке молодых специалистов – кандидатов наук, ежегодное сокращение их численности на 3%.

За рассматриваемый период (1995-2008 гг.) количество работающих кандидатов наук снизилось в регионе на 25,5%. Дальнейшее сохранение отмеченной тенденции к 2015 году будет способствовать сокращению высококвалифицированных специалистов еще на 19,2%;

сохранение текущих темпов сокращения количества научноисследовательских организаций в регионе (2% в год). За период 2000 – 2009 гг.

количество организаций, выполняющих исследования и разработки, сократилось на 26,8%. Дальнейшее сохранение тенденции приведет к сокращению их количества еще на 11,8%;

сохранение средних темпов прироста объема производства инновационной продукции на рубль затрат на технологические инновации 19,2% в год. Согласно данному сценарию объем производства инновационной продукции на рубль затрат на технологические инновации к 2015 году достигнет уровня 2006 года;

сохранение текущих темпов воспроизводства передовых производственных технологий на уровне 12% в год. В случае сохранения тенденции к 2015 году количество создаваемых в регионе новых технологий повысится до 60 единиц в год;

снижение уровня инновационности производимой в регионе продукции.

Производство уникальной, не имеющей мировых аналогов, инновационной продукции постепенно замещается простым производственным усовершенствованием.

Таким образом, инерционный сценарий предполагает сохранение низких темпов развертывания инновационных процессов на территории Свердловской области, постепенную деградацию и утерю научно-инновационного потенциала в регионе. Анализ результатов инновационной деятельности предприятий и организаций, занимающихся исследованиями и разработками, позволил выявить данную тенденцию. Развертывание инновационных процессов на территории Свердловской области может оказаться под серьезной угрозой, вполне возможна реализация инновационно инертного сценария развития, означающего постепенное сворачивание инновационной деятельности предприятий на территории. Для реализации такого сценария имеются все предпосылки: начиная с 2002 года количество создаваемых новых технологий в регионе сокращается повышенными темпами – на 22,6% в год. С 2007 года приостановился рост и наблюдается сокращение числа используемых технологий при производстве инновационной продукции на 4% в год. Повышенными темпами сокращается и количество организаций, выполняющих исследования и разработки (4,4% в год с 2003 года), наблюдается резкое сокращение численности научноисследовательских кадров (5% в год, начиная с 2004 года). С 2003 года существенным образом снизились темпы воспроизводства кадрового потенциала науки, стало сокращаться и количество аспирантов, докторантов. В таких условиях развитие инновационных процессов становится весьма затруднительным.

Вероятность реализации оптимистичного сценария (прогрессивного инновационного развития Свердловской области) чрезвычайно мала, так как отсутствуют необходимые институциональные условия и благоприятный инновационный климат для участников инновационных процессов. Свердловская область – промышленный центр страны с высоким уровнем развития инновационной инфраструктуры теряет свой интеллектуальный и инновационный потенциал. Создание технопарков, технологических центров, венчурных фондов и других элементов инновационной инфраструктуры не сдвинет с мертвой точки инновационные процессы на территории пока не будут законодательно закреплены основы инновационной деятельности, а также механизмы, стимулирующие интерес к инновационной активности. Сценарный подход, использованный нами для определения перспектив инновационного развития Свердловской области, показал множество исходов дальнейшего развертывания инновационных процессов на территории, хотя они и были нами объединены в два сценария. Любое изменение показателей инновационной активности может привести к весьма неожиданным для стратегического подхода состояниям, но прогнозируемым в ходе сценарного планирования. В этом и есть преимущество сценарного подхода, который позволяет предвидеть различные варианты развития ситуации, а не следовать одному как при традиционном стратегическом планировании. Данный метод позволяет учесть все факторы, влияющие на инновационное развитие территории, и гибко, оперативно реагировать на них, подстраиваться под изменяющиеся условия внешней и внутренней среды.

В заключении хотелось бы процитировать высказывание основателя сценарного подхода Германа Кана: «как и всегда во времена великих перемен, кажется, что события опережают нашу способность их осознать, осмыслить и подготовиться к ним.

В такие времена для ясного понимания происходящего требуются две вещи: воображение и умение размышлять. Оба эти качества лежат в основе используемого нами подхода. Это так называемое моделирование сценариев, являющееся дисциплинирующим методом прогнозирования будущего. Мы надеемся, что этот метод так же эффективен при решении проблем, которые могут возникнуть в будущем. Его цель - раскрепостить мышление, сделав его восприимчивым к новым идеям, преодолеть узость традиционных взглядов, избегая ловушек метода простой экстраполяции. Описываемый нами подход может также содействовать раннему распознаванию перемен, вырабатывая гибкость в действиях. При успешном применении этот метод делает сюрпризы истории менее неожиданными и учит действовать с оглядкой"1.

Исследование и комплекс моделей структурной технологической динамики в промышленности2 С точки зрения общей теории, система, в которой может успешно происходить возникновение и распространение новшеств, должна обладать определенными структурными свойствами. Основное свойство с позиции объяснения эволюции системы связано с понятием структурной устойчивости. Под этим обычно подразумевается реакция рассматриваемой системы на введение в нее новых элементов (технологий, продуктов, организационно-управленческих решений и т.п.), способных увеличивать поле своей активности и привлекать во взаимодействие с собой другие элементы и процессы, происходящие в системе.

Характеристика устойчивости данной системы относительно таких активных изменений может быть построена следующим образом. Вводимые в систему новшества сначала в небольшом количестве могут привести к новой сети взаимоотношений между составляющими ее подсистемами. Эта новая сеть вступает в сложные отношения и, возможно, в противоречия с прежними способами функционирования системы. Говорят, что система обладает структурной устойчивостью относительно появления новшеств, если старые способы функционирования сохраняются, а новые элементы не выдерживают конкуренции с ними и исчезают. Таким образом, система, в которой новшества успешно применяются и могут перестроить систему на новый режим работы, должна обHerman Kahn. The Next Two Hundred Years: A Scenario for America and the World. William Morrow & Company, Раздел подготовила Акбердина В.В. при финансовой поддержке проекта «Закономерности формирования и функционирования саморазвивающихся экономических систем (хозяйствующих агентов, территорий, регионов) на основе использования передовых организационных и управленческих технологий» Программы фундаментальных исследований Президиума РАН № 29 «Научно-технологический прогноз развития экономики России».

ладать некоторой структурной неустойчивостью в смысле неспособности противостоять возникающим структурным флуктуациям.

По-видимому, в достаточно общей ситуации успешное внедрение новшеств многим связано с «расшатыванием» структурной устойчивости системы путем создания для нее сильно неравновесных условий, связанных с критическими значениями потоков вещества (продуктов) и энергии (ценовых воздействий) извне. В анализе структурной устойчивости (или неустойчивости) систем следует не упускать из виду соотношения между макроскопическим и микроскопическим подходами. Дело в том, что в теории эволюции систем весьма важную роль играет обратная связь между макроструктурами и событиями на микроуровне. Новые макроструктуры возникают в результате взаимодействия и конкуренции микроскопических элементов (новшеств), но в свою очередь влияют на микроструктуры и приводят к изменениям на микроуровне.

Примеры такой взаимосвязи – прямой и обратной – могут быть усмотрены и в экономических явлениях. Создание нового предприятия в регионе, безусловно, изменяет его экономику и предпочтения населения, что в свою очередь изменяет способы потребления и средства сообщения и связи внутри региона, а также побуждает к новым инвестиционным решениям в производственной сфере. Для инновационно-ориентированной экономики вне зависимости от специфики внедряемых продуктовых, технологических или организационных новшеств характерен рост на основе структурных изменений, вызванных активным инновационным процессом. Каждое масштабное новшество создает возможности наращивания отраслевых долей в общем составе выпуска. В результате долевой состав отраслей или видов экономической деятельности начинает колебаться. Колебания отраслевых долей в рыночной экономике, основанные на интенсивном внедрении инноваций, формируют условия ее роста.

Таким образом, вновь возникающие новшества и технологии рано или поздно начинают формировать технологические совокупности, которые связываются между собой экономическими отношениями, что приводит к появлению новой технико-экономической парадигмы. Под последней, согласно пониманию К. Перес, подразумевается комплекс промышленных секторов, соответствующая ему институциональная структура, инфраструктура, финансовая структура, а также социально-политический климат и специфическая система отношений между трудом и капиталом, сформировавшихся на базе внедренного в фазе депрессии пучка базисных технологических инноваций1.

Переход к новому технологическому укладу приводит к сильным флуктуациям социально-экономической системы, а сама смена уклада обязательно происходит через системный кризис. Теоретические и эмпирические исследования взаимозависимости процесса замещения технологических укладов, колебаний экономических оценок, включая цены на энергоносители и сырьевые товары, финансовых кризисов и экономических рецессий позволяют сделать выPerez С. Structural Changes and Assimilation of New Technologies in the Economic and Social System // Design, Innovation and Long Cycles In Economic Development /Ed. by C.Freeman. New York, 1986. Р. 43; Perez C. Neue Technologien und Socio-institutioneller Wandel // Kondratieffs Zyklen der Wirtschaft /H.Thomas, L.A.Nefiodow (Hrsg). Herford, 1998.

вод, что мировой экономический кризис, наблюдаемый в настоящее время, представляет собой процесс замещения доминирующих технологических укладов1. Хотя он несколько затушеван наслоением таких специфических процессов, как финансовые пирамиды долговых обязательств эмитента мировой валюты и финансовых деривативов, разновидностью которых стали нефтяные контракты, общая картина глобального кризиса вписывается в общую картину длинных волн экономической конъюнктуры и замещения составляющих их основу технологических укладов. Формирование воспроизводственного контура нового технологического уклада – длительный процесс, имеющий два качественно разных этапа. Первый – появление его ключевого фактора и ядра в условиях доминирования предшествующего технологического уклада, который объективно ограничивает становление производств нового технологического уклада потребностями собственного расширенного воспроизводства. С исчерпанием экономических возможностей этого процесса наступает второй этап, начинающийся с замещения доминирующего технологического уклада новым и продолжающийся в виде новой длинной волны экономической конъюнктуры.

Некоторое оживление затрагивает и старые отрасли. При этом происходит модернизация на основе нового технологического уклада, ключевой фактор которого проникает во все сферы экономики, открывая новые возможности повышения эффективности производства и качества продукции.

Вместе с тем, одной из ключевых проблем смены технологических укладов является многоукладность промышленности как на уровне национальной экономики, так и на уровне региональных социально-экономических систем.

Технологическая многоукладность, существующая в масштабах мирового хозяйства, оказывает влияние на развитие экономики, формируя ее новый тип, изменяя поведение экономических субъектов, заставляя их вырабатывать новую стратегию и тактику деятельности в современных условиях. В международном разделении труда сегодня выигрывают страны, обладающие техникоинновационным потенциалом, которые первыми осваивают новые виды продукции современного технологического уклада, присваивая интеллектуальную ренту. Однако на уровне регионов технологическая многоукладность промышленности становится сегодня одной из главных проблем развития. При этом надо еще раз отметить, что сама многоукладность – явление нормальное, при условии, что низшие уклады сообщаются с высшими и постепенно сами замещаются. В регионах, однако, наряду с новейшими производствами продолжают существовать производства устаревших технологических укладов, давно вытесненных с рынка развитых стран и не являющихся более носителями экономического роста. Как правило, они убыточны и искусственно поддерживаются местной властью, их продолжающееся воспроизводство снижает эффективность экономки в целом и затрудняет дальнейшее развитие территорий. Поэтому анализ закономерностей и тенденций смены технологических укладов в промышленности представляет большой интерес для понимания проблем разГлазьев С.Ю. Возможности и ограничения технико-экономического развития России в условиях структурных изменений в мировой экономике. Доклад 2008 г. // www.glazev.ru вития российской экономики и регионов, создания конкурентных преимуществ, изучения тенденций развития наукоемких производств.

В этой связи большое значение приобретают проблемы мониторинга структурных технологических изменений в промышленности, ведущих к совершенствованию отраслевого состава выпуска, и использующих достижения научно-технического прогресса, а также проблемы анализа динамики региональной промышленности. Одной из основных проблем анализа технологической структуры экономики является выяснение количественных условий ее преимущественно инновационного развития, использование этих условий для целей анализа и совершенствования выпуска в региональном или национальном масштабе. Рассчитать оптимальную технологическую структуру промышленности как таковую не представляется возможным в виду непрерывности инновационного процесса. Но можно оценить его интенсивность, что будет являться характеристикой существенности инноваций. В этой связи, рассмотрим две модели, характеризующие структурные изменения в промышленности, и их апробацию на данных по Свердловской области.

Логистическая модель структурной технологической динамики В структуре экономики Свердловской области на долю пятого технологического уклада приходится около 8%. Сравнение технологического уклада экономики Свердловской области с развитыми странами показывает, что область отстает практически на целый технологический уклад (30-40 лет). Это не означает, что высокоразвитые страны не выпускают продукцию четвертого и третьего укладов. Очевидно, что ими производятся все виды транспортных средств, строительная, дорожная, погрузочно-разгрузочная техника, оборудование для электроэнергетики, машины и оборудование для добывающей и перерабатывающей промышленности, сельского хозяйства, изготавливаются все виды конструкционных материалов и т. д., но все это производится уже на принципиально новом техническом уровне пятого технологического уклада1.

Именно это обстоятельство и объясняет низкую конкурентоспособность продукции Свердловской области на мировых рынках – по ресурсоемкости, единичной мощности, экологичности, надежности и экономичности. В этой связи догонять развитые страны в технологиях пятого уклада, подстраивая внешнеэкономическую деятельность под потребности лидеров, не представляется разумным, поскольку время упущено безнадежно.

Анализ динамики производства пятого уклада, а также объективные ограничения, дают основания говорить о том, что в динамике наметилось насыщение (рис. 1), и рост производства будет продолжаться, но с меньшими темпами. Объективными ограничениями роста выступают прежде всего жесткая структура основных производственных фондов предприятий области, существенные затраты на модернизацию, инвестиционные возможности предприятий и рыночный спрос.

Яковец Ю. Стратегия научно-инновационного прорыва // Экономист. 2002. № 5. С. 3 - 11.

Рисунок 1 – Динамика объемов производства пятого технологического уклада по Свердловской области Таким образом, динамика производства пятого технологического уклада представляет собой логическую кривую и подчиняется основному дифференциальному уравнению модели. Определим кинетические параметры модели и критическую величину рыночного отторжения продукции пятого уклада.

Будем описывать динамику следующим уравнением:

(1) где P – объем производства продукции по всем ТУ (валовой продукт); T – объем производства продукции пятого ТУ; g – темп роста производства продукции пятого ТУ (параметр масштаба); В – объем отторжения продукции пятого ТУ; t – время.

–  –  –

Знание параметра Р и значений Т1 и Т2 позволяет нам использовать для дальнейшего решения задачи интегральную форму уравнения (1):

(3)

–  –  –

Таким образом, по пятому технологическому уклада в Свердловской области значение g = 0,204 (учитывая размерность осей g = 4,899 год-1), В = 110,61 млн.руб. Критическая величина отторжения Вкр составляет 19,76 млн.руб., которую находим из соотношения:. Аналогичным образом найдем кинетические параметры и по четвертому технологическому укладу и, на основании полученных данных, спрогнозируем технологическую структуру Свердловской области на период до 2020 года (рис. 4). Прогноз позволяет сделать вывод о том, что доли четвертого и пятого технологических укладов будут расти за счет снижения долей третьего уклада, но в структуре экономики Свердловской области существенного перелома к 2020 не произойдет. Если на сегодняшний момент на долю четвертого и пятого укладов приходится около 43%, то к 2020 году эта доля составит почти 50%.

Логистическая модель структурной технологической динамики, представленная выше, рассматривала зависимость объемов производства прогрессивных укладов от удельной скорости прироста объемов и спросовых ограничений.

Рисунок 4 – Прогноз изменения долей четвертого и пятого технологических укладов на период до 2020 года, % Логистическая модель инновационной динамики В отличие от нее, логистическая модель инновационной динамики рассматривает не только зависимость числа инновационных предприятий удельной скорости прироста и спросовых ограничений (что в совокупности составляет инновационный климат), но зависимость скорости прироста от затрат на НИОКР, осуществляемые всеми субъектами в экономической системе.

Логистическая модель инновационной динамики представлена системой из двух дифференциальных уравнений:

(4) (5) где N – число инновационных предприятий; Nmax – максимально возможное число инновационных предприятий (численно равное числу всех предприятий); g – удельный темп роста числа инновационных предприятий (в расчете на одно существующее); В – число обанкротившихся инновационных предприятий; t – время; С – среднедушевые затраты на НИОКР;

gmax – максимально возможная скорость прироста при избытке среднедушевых затрат на НИОКР; KС – коэффициент насыщения (размерность – аналогичная размерности С).

Необходимо понимать, что затраты на НИОКР являются не только источником создания инновационных предприятий, но индикатором благоприятного инновационного климата в экономической системе на национальном или региональном уровне. В этой связи, до определенной величины затраты на НИОКР приводят к резкому росту инновационных предприятий. В дальнейшем по мере возрастания затрат на исследования и разработки, число инновационных предприятий продолжает расти, но уже меньшими темпами. При этом коэффициент насыщения численно равен тому значению затрат на НИОКР, при котором наблюдается половинная от максимальной скорости прироста инновационных предприятий. Характерный вид описанной зависимости представлен на рисунке 5. На рисунке 6 А1, А2 и А3 соответствуют разным значениям затрат на НИОКР, причем А1 А2 А3. Для численного определения параметров логистической модели будем рассчитывать для каждого значения среднедушевых затрат на НИОКР и сроить график зависимости этой переменной от времени (рис. 7). Экспериментальные точки для каждого значения НИОКР должны сгруппироваться около соответствующей прямой линии, тангенс угла которой равен оценке g для этой величины затрат на НИОКР.

–  –  –

Для нахождения параметров уравнения (5) воспользуемся методом Корниш-Боудена1, «прямым линейным графиком», разработанным специально для подобного рода зависимостей. С этой целью для каждой пары {С, g} на оси абсцисс влево будем откладывать значение –C, а на оси ординат – значение g. Далее через точки {-C, 0} и {0, g} проводим прямую линию. Таких линий на графике будет столько, сколько пар {C, g}.

Корниш-Боуден Э. Основы ферментативной кинетики. Перевод с англ. и пред. Б.И.Курганова. М.: Мир. Редакция литературы по биологии, 1979.

Число инновационных предприятий

–  –  –

Рисунок 7 – Определение значений удельной скорости прироста инновационных предприятий для различных значений затрат на НИОКР Данные прямые по теории Корниш-Боудена должны пересечься в одной точке, координаты которой дают искомые значения параметров уравнения (5), KC и gmax (рис.8).

Исходя из названия коэффициентов в уравнении (4), будем различать две стратегии создания инновационных предприятий:

g-стратегия предполагает создание условий для быстрого появления инновационных предприятий, преимущественно венчурного характера с большой нормой прибыли;

N-стратегия предполагает низкий темп создания инновационных предприятий при стабильно низкой норме прибыли, но с гарантированным спросом на их продукцию.

Практика показывает, что методы государственной политики, направленные на реализацию g-стратегии, как правило, применяются в условиях нестабильного инновационного и экономического развития. При этом государство заинтересовано именно в увеличении числа высоко доходных венчурных предприятий, несмотря на высокие риски и большой процент банкротств. В этом смысле инновационные предприятия не рассматривают адаптационные механизмы, позволяющие им конкурировать с другими предприятиями.

Если внешняя и внутренняя среда экономической системы постоянная, то в ней создаются условия для реализации N-стратегии инновационных предприятий, так как в этом случае на первое место выходит способность успешно конкурировать с другими предприятиями в условиях ограниченных ресурсов.

Число инновационных предприятий, как правило, постоянно и близко к максимально возможному в данных условиях. Характерными чертами N-стратегии являются большие размеры инновационных предприятий и относительно жизненный цикл. Сравнительный анализ обеих стратегий представлен в таблице 2.

–  –  –

На первом этапе обработки экспериментальных данных определим удельную скорость роста g инновационных предприятий для каждого значения затрат на НИОКР.

Рисунок 9 – Изменение доли инновационных предприятий при различных значениях параметра С (среднедушевые затраты на НИОКР) В качестве показателя, отражающего относительное изменение числа предприятий во времени, будем использовать отношение соответствующих значений долей. Рассчитаем для каждого значения затрат на НИОКР переменную и построим график зависимости этой переменной от времени (табл. 3, рис. 10). Экспериментальные точки должны сгруппироваться около соответствующей прямой линии, тангенс угла которой равен оценке g для данного уровня затрат. Определенные таким образом значения g для каждого значения среднедушевых затрат на НИОКР представлены в таблице 4, а соответствующий график – на рисунке 11. Нетрудно видеть, что зависимость удельной скорости роста числа инновационных предприятий от среднедушевых затрат на НИОКР имеет вид кривой с насыщением. Для нахождения параметров уравнения (5) воспользуемся методом Корниш-Боудена, «прямым линейным графиком».

Рисунок 10 – Определение значений удельной скорости роста g для каждого значения среднедушевых затрат на НИОКР

–  –  –

По графику на рисунке 12 определяем, что для нашего случая параметры уравнения модели инновационной динамики имеют следующие значения: KС = 48 тыс.руб., gmax = 0,83. Таким образом, полученные по экспериментальным данным индустриальных регионов показатели инновационной динамики позволяют сделать вывод о низкой удельной скорости роста инновационных предприятий в Свердловской области. В 2009 году среднедушевые затраты на НИОКР в Свердловской области превышают порог насыщения в 5,5 раз, при этом значение прироста инновационных предприятий меньше максимально возможного при данных затратах на НИОКР в 28 раз. Здесь необходимо помнить о кризисе 2008 года и резком снижении не только числа инновационных предприятий, но и в целом числа предприятий. Если рассматривать весь интервал 2000-2009 гг., то среднее значение затрат на НИОКР составляет 178 тыс.руб. на душу населения, что в 3,7 раз больше порога насыщения, а средний прирост инновационных предприятий – 0,14, что ниже максимального значения только в 6 раз.

0,80

–  –  –

0,70 0,65 0,60 0,55 0,50 0,45 0,40 0,35

–  –  –

0,75 0,70 0,65 0,60 0,55 0,50 0,45 0,40 0,35

-1000 -800 -600 -400 -200 0 200 Среднеду шев ые затраты на НИОКР Рисунок 12 – Определение параметров модели инновационной динамики методом Корниш-Боудена Регионы из той же группы, что и Свердловская область, имеют различные показатели модели инновационной динамики. Так, максимальная скорость роста среде всех регионов наблюдается у Красноярского края – 0,26 при среднедушевых затратах 140 тыс.руб. Инновационная динамики Красноярского края максимально приближена к оптимальным условиям, то есть производимые на территории края затраты на НИОКР в совокупности с благоприятным инновационным климатом создают условия для быстрого роста инновационных предприятий. Часть регионов – Липецкая и Вологодская области – не вышли еще на порог насыщения по показателю затрат на НИОКР.

Таким образом, можно сделать вывод, что затраты на НИОКР в Свердловской области не приводят к формированию благоприятного инновационного климата, отсутствуют эффективные механизмы для быстрого роста инновационных предприятий. Очевидно, данная ситуация может быть объяснена длительным недофинансированием сферы НИОКР в Свердловской области. Если анализировать структуру затрат на исследования и разработки, то почти 50% приходится на заработную плату научных работников, 20% - на текущие нужды и только 2% на приобретение оборудования. А ведь именно модернизация материальной базы лабораторий исследовательских организаций и производственных предприятий должна приводить к росту отдачи от затрат на НИОКР.

Создавая при этом еще благоприятный инновационный климат (специальные налоговые режимы, льготные условия кредитования, наличие венчурного капитала, создание сбытовой инфраструктуры), можно добиться того, что прирост инновационных предприятий будет максимально возможным при данном уровне затрат на НИОКР. Результатом структурных технологических изменений, описанных выше с помощью двух моделей, происходит динамическое изменение самой системы. В этой связи большое значение приобретают проблемы мониторинга структурных технологических изменений в промышленности, ведущих к совершенствованию отраслевого состава выпуска, и использующих достижения научно-технического прогресса, а также проблемы анализа динамики региональной промышленности. Одной из основных проблем анализа технологической структуры экономики является выяснение количественных условий ее преимущественно инновационного развития, использование этих условий для целей анализа и совершенствования выпуска в региональном или национальном масштабе.

ГЛАВА 3.

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА В ОБЛАСТИ МОДЕРНИЗАЦИИ

ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ

Роль государственно-частного партнерства в инновационном 3.1.

развитии Курс на модернизацию российской экономики, придание ей статуса высокотехнологичной, предполагает использование разнообразных финансовых инструментов и стимулов экономического развития, в том числе и таких как государственно-частное партнерство (ГЧП), особые экономические зоны, венчурные фонды, с помощью которых создаются благоприятные условия (инвестиционные, налоговые, кредитные и иные) для взращивания новейших и высокотехнологичных производств, способных изменить облик экономики страны, придав ей статус постиндустриального типа.

За рубежом ориентация на инновации воспринимается как регулятор в системе частного предпринимательства, публичного управления, а также их синтеза в виде различных форм ГЧП.1 Так в Финляндии партнерство между государством и бизнесом рассматривается в качестве фундамента инновационной экономики. В рамках модели ГЧП страна мобилизует на НИОКР около 6 млрд евро ежегодно, при этом 70% этой суммы приходится на частный сектор, а 30%

– средства бюджета, посредством которого поддерживается 23 технологических центра и технопарка.2 Все возрастающий интерес к развитию программ ГЧП в инновационной сфере для подавляющего большинства государств выражается в росте бюджетных ассигнований, разработке специального законодательства в данной области, выработке программ и стратегий развития. Во многих странах ОЭСР на ГЧП приходится значительная доля государственных бюджетов на науку и технологию. Например, в Нидерландах существуют четыре основные программы ГЧП, бюджет которых составляет около 11% всего бюджета правительства по науке и технологии. Исландский исследовательский совет осуществляет четыре программы партнерства, доля которых составляет около 18% финансирования исследований и разработок. Фонды для австралийских центров совместных исследований (СRС) выросли с 3% финансирования исследований и разработок Содружества в 1995-96 гг. до 8% в 2002 г.3 Интенсивно развивается ГЧП в европейских странах. Наиболее широкое распространение данная форма взаимодействия государства и бизнеса получила в Великобритании, где действует около 400 объектов этого партнерства. В 2004 г. европейские частные Раздел подготовили к.э.н Татаркин Д.А, Трынов А.В. при поддержке Федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 гг. Государственный контракт № 02.740.11.0358 от 20.07.2009 Шифр №2009-1.1-302-073-032».

Государственно-частное партнерство в инновационных системах/ Институт экономики. Вольное экономическое общество. М.: URSS, 2008, с. 128.

Михеев О.Л. Финансовые и правовые проблемы частно-государственного партнерства. М.: Анкил, 2008, с. 27 Там же.

компании подписали с правительствами 68 контрактов об участии в государственных объектах.

Взаимодействие государства и бизнеса развивается во многих других регионах, например, в Новой Зеландии государственный бюджет предусматривает программы создания ГЧП в инновационной сфере, а также в Индии, Тайланде и многих других странах мирового сообщества.

Механизмы ГЧП особенно актуальны в условиях финансовоэкономического кризиса. В условиях, когда частные капиталовложения сокращаются, государственный сектор может выступить в качестве стабилизирующего фактора. В данном контексте государство является не только партнером, располагающим значительными ресурсами, но и организатором, регулятором инициатором инновационного взаимодействия. Таким образом, становится возможным создать устойчивый инновационно-инвестиционный механизм, отвечающий экономическим и социальным вызовам современности, что для развития России – стратегическая необходимость.

На сегодняшний день существует целый ряд факторов, сдерживающих инвестиции в инновационную сферу в России. Прежде всего, для российской инновационной системы присущи структурные дисбалансы, препятствующие ее эффективному развитию.

Выделим основные из них:

подавляющее большинство исследований и разработок выполняются с привлечением слишком большого количества государственных организаций, финансируемых через государственный бюджет;

предпринимательский сектор, включая иностранные фирмы, и высшее образование, являются второстепенными участниками исследований и разработок;

система государственных исследований и разработок продолжает оставаться чрезвычайно фрагментарной (с точки зрения финансирования и механизмов регулирования), неоднородной (с точки зрения качества и типа исследований), и не диверсифицированной в соответствии с разумным разделением труда;

слабые взаимосвязи между промышленностью и наукой не дают России наилучшим образом использовать свой значительный человеческий капитал и капитал знаний. Во многом это обусловлено неопытностью исследовательского сектора в отношении трансферта технологий и знаний;

все еще очень незначительна диффузия знаний и инноваций между фирмами путем создания рынков технологий1.

Большой проблемой, сдерживающей развитие инновационной сферы, является отсутствие желания частного бизнеса вкладывать средства в новые технологии. Инвестиции в инновационный проект, в доведение научной разработки до инновации – новой продукции, технологии, услуги, реализуемой на рынке, не привлекательны для инвестора по ряду причин.

Сидорова Е.Н., Трынов А.В. Государственно-частное партнрство как фактор развития инновационной сферы.

Нравственность и экономика // Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием.

Сборник научных трудов. – Курган: Курганский филиал ИЭ УрО РАН, 2010. Т.2.

Во-первых, наличие высоких рисков вложения средств в инновационную сферу, по сравнению с действующими объектами производства и реализации товаров и услуг, посреднической деятельности и т.п. Коммерческий риск инновационного проекта может быть вызван внутренними и внешними факторами.

К внутренним относятся причины, обусловленные состоянием инновационной сферы компаний, предприятий и их неготовностью к технологическому прогрессу. В их числе - несоответствие проекта возможностям его реализации, недостаток практического опыта, отсутствие специалистов должной квалификации и т.п. Внешние причины вызваны изменениями рыночной конъюнктуры, экономической и политической ситуации и другими, на которые предприятие не имеет возможности целенаправленно воздействовать. К ним относятся налоговая система финансово-кредитная политика, темпы инфляции, условия инвестирования и т.п.

Во-вторых, инвесторы не спешат вкладывать средства в инновационные проекты из-за относительно высокого срока окупаемости, периода, связанного лишь с издержками, нередко медленного роста прибыльности новой продукции. Инновационная деятельность по своей сути ориентирована на перспективу и не дает немедленной прибыли. Для получения результата требуются не только большие финансовые средства, но и значительное время.

В-третьих, крупные и средние предприятия во многих случаях не проявляют заинтересованности к результатам научных исследований, инновационной деятельности по причине их низкой рентабельности и, как следствие, ограниченности собственных средств - основного источника финансирования инноваций. Считается, что любая сложившаяся бизнес-структура с устоявшимися источниками дохода, будет отвергать новые технологии, являющиеся альтернативными для компании. Однако мировой опыт показывает, что наиболее эффективно, в конечном итоге, развиваются структуры, восприимчивые к прогрессу, в том числе, научно-техническому.

Переход предприятий на инновационный путь развития означает приобретение ими способности к постоянному и непрерывному функционированию в режиме инновационного развития. Решение этой проблемы связано с устранением или смягчением обозначенных выше причин, сдерживающих вложения бизнеса в инновационную деятельность.

В рыночной экономике успех инновационной деятельности в большой мере зависит от участия в ней бизнеса, которое, как уже отмечалось, возможно при условии получения приемлемой прибыли на вложенный капитал. Путь привлечения бизнеса к инновационной деятельности призвано прокладывать государство, интерес которого состоит в том, чтобы добиться реализации общественно значимых проектов и программ, а интерес бизнеса – в эффективном вложении капитала. Те сферы жизнедеятельности людей, которые не поддаются в полной мере рыночному регулированию, но необходимы для развития общества, обязано брать на себя государство. В их числе, наряду с социальными проблемами и их решением, находятся наука и ее применение на практике как главного источника общественного обновления.

Главная задача государства – снизить барьеры в привлечении бизнеса в инновационную сферу: коммерческий риск и длительность срока окупаемости вложений. Она решается разнообразными формами: прямого, долевого и косвенного финансирования различных стадий инновационного цикла.

С позиции форм участия государства можно выделить три стадии:

1) начальную – исследования, нацеленные на прикладной результат и его подготовка к практической реализации: оформление прав собственности, составление бизнес-плана и другие подготовительные работы, создание инновационного предприятия;

2) начало функционирования инновационного предприятия: организация и запуск производства, изготовление, испытание и реализация опытных партий;

3) создание и освоение в серийном производстве новых и усовершенствованных продуктов и технологий.

Как уже отмечалось, партнерские отношения государства и бизнеса могут быть построены только на основе согласования их интересов. Соответственно, суть ГЧП в инновационной сфере состоит в согласовании интересов государства и бизнеса в доведении научных разработок до инноваций.

Мотивация участия в партнерстве в инновационной сфере государственного сектора обусловлена как общими, так и специфическими целями.

К общим целям условно можно отнести:

экономический рост на основе обеспечения конкурентоспособности научно-технической продукции и услуг;

стимулирование инновационной активности производителей высокотехнологичной продукции и услуг;

создание новых наукоемких фирм и поддержка малых и средних инновационных предприятий;

привлечение внебюджетных источников финансирования;

повышение эффективности государственных расходов на исследования и разработки.

Более специфические цели включают:

- разработку ключевых технологий для федеральных государственных нужд;

- вовлечение в экономический оборот и коммерциализацию результатов исследований и разработок, полученных с использованием средств государственного бюджета;

- развитие инфраструктуры.

Стратегическое значение инновационной сферы в сочетании ее с социальной и экономической ролью в развитии страны предопределяет необходимость государственного участия в научно-исследовательском секторе. Развитие ГЧП в инновационной сфере позволит не только обеспечить необходимую поддержку отечественным компаниям на международных рынках, но и привлечь значительные частные инвестиции, что, в свою очередь, должно способствовать, реализации инфраструктурных проектов и снижению нагрузки на государственный бюджет. Кроме того, участие государства является необходимым в направлении формирования и развития взаимодействия научной и бизнессреды, создания инновационных продуктов, отвечающих современным требованиям как внутреннего, так и зарубежного рынков.

Мотивация участия в партнерстве частного сектора экономики, как правило, обусловлена возможностями получения более высокой прибыли и новыми возможностями для развития инновационного бизнеса. Однако частные компании могут также присоединиться к ГЧП с более специфической мотивацией, в частности, для обеспечения доступа к государственному финансированию, результатам исследований и разработок государственного сектора и его инфраструктуре, а также информации и оборудованию. Таким образом, заинтересованность бизнеса в организации ГЧП может иметь различные основания.

Во-первых, это стимулы, побуждающие предпринимателей заниматься реализацией инновационных проектов совместно с государством: получение инновационной сверхприбыли; угроза потери рынка; вытеснение с рынка более успешными конкурентами и т.д. В данном случае чисто рыночные стимулы инновационной деятельности,1 порождаемые рыночной конкуренцией, дополняются преимуществами партнерства с государством, включая предоставление дополнительных гарантий, страхование и др. Во-вторых, предоставление возможности для предпринимателей осуществлять инновации (опытного образца, готового изобретения, инновационной идеи); необходимых ресурсов (финансовых, инфраструктурных и т.д.). В-третьих, нивелирование ограничений, сдерживающих собственную инновационную деятельность предпринимателей.

В числе таких ограничений:

ресурсные ограничения: далеко не каждый предприниматель имеет собственные ресурсы и возможность привлечь внешние источники для осуществления крупных инноваций. Отсюда и возникает необходимость объединяться в холдинги, концерны, консорциумы, стратегические технологические альянсы, в том числе с участием государства, чтобы преодолеть это ограничение;

фактор времени, он действует в двух направлениях. С одной стороны, чем крупнее нововведение, тем больше времени требуется для его разработки и реализации, для окупаемости вложенных средств. С другой – осуществив крупное нововведение, предприниматель берет «инновационную паузу»: нужно иметь время, чтобы вложенные в технологию ресурсы окупили себя;

монополистические ограничения на пути инноваций: монополии, вложившие немалые средства в освоение и распространение ныне преобладающих на рынке технических систем, могут препятствовать теми или иными способами освоению, как в своей компании, так и у конкурентов, более эффективных изделий или технологий. Особенно часто это проявляется, когда речь идет о препятствиях инновационным продуктам и технологиям в других странах. Например, в России в начале 1990-х гг. высокотехнологичные предприятия приватизировались главным образом для того, чтобы устранить опасного конкурента;

ограничением базисной инновации служит ее межотраслевой характер, когда для появления новой сложной технической системы требуется скоординированное взаимодействие разных предприятий, принадлежащих разным отКузык Б.Н., Яковец Ю.В. Россия 2050: стратегия инновационного прорыва. М., 2004. 632 с.

раслям собственникам. Наладить такое взаимодействие без государственной поддержки нередко оказывается затруднительным.

Таким образом, инновационный потенциал предпринимателей для своего развития в той или иной степени нуждается в партнерском взаимодействии предпринимателей с государством.

К основным задачам государства во взаимодействии с бизнесом в инновационной сфере можно отнести:

стимулирование частного предпринимательства к видам деятельности, отличающимся повышенной степенью риска и неопределенности;

развитие рабочих контактов между участниками инновационного процесса из самых разных сфер (производственный сектор, финансисты, сфера образования, исследовательский сектор);

привлечение средств из различных источников в приоритетные направления, непривлекательные при данной экономико-инвестиционной конъюнктуре для частных вложений.

Цели бизнеса в партнерстве с государством в инновационной сфере – это снижение рисков новых проектов за счет привлечения более дешевого капитала, чем в рыночном секторе экономики, а также через систему консультаций, получение возможности влиять на распределение государственных вложений в фундаментальные и прикладные НИОКР с учетом собственных планов развития.

В результате реализации проектов ГЧП как государство, так и частный сектор получают ряд выгод от взаимного сотрудничества:

- государство: снижение затрат; корректировка приоритетов развития, соответствующих потребностям рынка и современным тенденциям развития; активизация предпринимательства; гибкость управления (преодоление неэффективной бюрократической организации инновационных процессов); создание инновационной культуры;

- частный сектор: снижение рисков; развитие сотрудничества с наукой; отработка инновационных механизмов; доступ к уникальному оборудованию, новым решения, идеям; развитие человеческого потенциала.

Кроме того, государство получает выгоду от увеличения связанных с проектом бюджетных доходов, а также от косвенных эффектов: оживления конъюнктуры и роста инвестиционной привлекательности регионов.

Оптимальное структурирование ГЧП в рамках отдельных проектов создает возможности для получения выгод, связанных со следующими факторами:

- более быстрая реализация самых важных проектов в области инфраструктуры;

- ускорение развития регионов;

- повышение народнохозяйственной эффективности;

- улучшение механизмов и моделей оказания услуг;

- облегчение бремени, лежащего на государственном управлении;

- оптимизация структуры финансирования за счет использования национальной и международной поддержки и расширения доступа к новым источникам финансирования.

В государственной поддержке особенно нуждаются проекты, которые характеризуются сочетанием относительно низкой коммерческой и высокой общественной эффективности. Именно такие проекты требуют государственной поддержки, поскольку их осуществление приносит обществу значительные выгоды, однако в связи с относительно низкой финансовой эффективностью на микроуровне не находится частных участников, заинтересованных в их реализации.1 Государство призвано выступать в качестве участника, приводящего в соответствие коммерческую и общественную эффективность инновационного проекта. Обоснование принадлежности определенных проектов к этой категории и выбора форм их государственной поддержки требует разработки соответствующих методов проектного анализа, акцентирующих внимание на различии коммерческой и общественной эффективности.

Обобщая вышеизложенное, можно выделить ряд наиболее значимых причин, которые, по нашему мнению, обусловливают необходимость ГЧП как формы взаимодействия между государственными структурами и частным капиталом в инновационной деятельности.

К ним относятся:

высокая стратегическая значимость научно-исследовательского сектора как инструмента реализации долгосрочных целей развития страны – перехода национальной экономики па стадию расширенного воспроизводства инновационного типа, повышения на этой основе уровня благосостояния населения;

возможность максимально эффективного использования ресурсов государственного и частного секторов для развития инновационной деятельности;

снижение нагрузки на государственный бюджет, развитие частной инициативы;

обеспечение конкурентоспособности инновационных предприятий;

повышение социально-экономической значимости инноваций в реализации национальных и общественно значимых проектов (жилье, сельское хозяйство, образование и т.д.) и развитии инфраструктуры;

развитие интеллектуальных ресурсов;

содействие интеграции науки, бизнеса и образования.

Формирование институциональной основы развития государственно-частного партнерства в инновационной сфере в России Формирование ГЧП в инновационной сфере как комплекса объективных взаимосвязей и взаимоотношений между властью и бизнесом должно основываться на определенных методологических принципах.

Во-первых, содержание ГЧП должно быть адекватно сути и целям социально-экономического развития страны и ее субъектов, которые и будут определять конкретные формы и структуру взаимодействия государства и бизнеса.

Сильвестров С. Партнерство государства и частного сектора // Экономика России: XXI век. 2005. №18. С. 12-21.

Во-вторых, должен соблюдаться принцип экономического равноправия и ответственности: все участники реализации инновационных проектов в рамках ГЧП имеют равные права в определении вариантов эффективного достижения целей и решения задач. Важным является также определение ответственности и обязанностей участников такого партнерства.

В-третьих, необходим оптимальный учет интересов: системные решения при ГЧП должны приниматься с учетом всего комплекса интересов всех участвующих в нем сторон.

В-четвертых, необходима концентрация различных ресурсов и их источников за счет партнерства власти с бизнесом по приоритетным направлениям реализации инновационных проектов. При этом критерием отбора ресурсов и их источников должна быть возможность получения максимального синергетического эффекта (социального, экономического, инвестиционного).

В-пятых, ГЧП должно быть направлено на последовательное решение не только текущих, но и стратегических задач развития национальной экономики и ее регионов. Оно не может и не должно быть простой суммой разрозненных и невзаимосвязанных действий его участников.

Для обеспечения возможности реализации этих принципов должны быть созданы институциональные условия развития ГЧП в инновационной сфере. В рамках ГЧП государство не только берет на себя часть риска и инвестирует существенные средства в новые проекты. Главное его предназначение – создание общеэкономических условий, определяющих развитие инновационной деятельности. Государство должно устранять системные недостатки, препятствующие инновационному развитию, а также создавать стимулы для развития инновационной деятельности хозяйствующих субъектов.

Мировой опыт развития ГЧП в инновационной сфере показывает, что к наиболее существенным факторам его успеха относятся следующие:

политическая и институциональная основа проектов ГЧП. Для успешной реализации проекта помимо четкого распределения полномочий в государственной системе необходимо четкое и детальное определение рамочных условий ведения переговоров с частными инвесторами;

стабильная политико-правовая среда. Реализация ГЧП требует стабильных базовых условий, которые гарантируются конституционным, финансовым и гражданским законодательством. Как правило, ГЧП построено на сложных правовых и договорных отношениях, в которых участвует множество сторон, что может привести к непропорциональному росту транзакционных издержек, которые (особенно для небольших проектов) создают негативный эффект финансового рычага. Противодействовать данному обстоятельству можно путем создания общей системы правил, содержащих типовые договоры, и упрощения правовой системы в целом;

эффективная структура экономики и справедливое распределение возможностей и рисков. Основой для эффективного распределения прав, обязанностей и сфер ответственности между частными партнерами и государством служит четкая формулировка целей. Общее планирование и административные процедуры надлежит относить к сфере ответственности государства, детальное планирование, строительство, финансирование и управление деятельностью объекта целесообразно в большинстве случаев относить к сфере полномочий и ответственности частного сектора;

возможность точного подсчета издержек и выгод проекта. В рамках анализа результативности проекта необходимо оценить, обладает ли проект достаточным потенциалом для покрытия инвестиционных затрат при рыночных процентных ставках в течение всего срока его реализации;

широкие возможности инвестирования за счет наличия адекватных механизмов распределения и смягчения риска, а также финансового структурирования инновационного проекта;

свободный доступ к частным инвестиционным рынкам;

возможность оптимизировать мобилизацию частного капитала на единицу государственных расходов (то есть прямых инвестиций, субсидий, гарантий);

управление риском государственного сектора экономики;

разработка эффективных инструментов государственного управления инновационной сферой.

В России принят ряд основополагающих документов, касающихся развития научно-технической сферы: «Основы политики Российской Федерации в области развития науки и технологий на период до 2010 года и дальнейшую перспективу», «Долгосрочный научно-технологический прогноз развития Российской Федерации на период до 2025 года», ФЦП «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития научно-технологического комплекса России на 2007–2012 годы», ФЦП «Национальная технологическая база на 2007–2011 годы» и другие. Для их реализации необходимы конкретные законодательно оформленные нормы и механизмы взаимодействия партнеров инновационного развития.

К ним относятся экономико-правовые отношения:

- между субъектами инновационной деятельности, возникающие при ее осуществлении в любой сфере независимо от организационно-правовой формы предприятия;

- отношения, возникающие в процессе создания, производственного освоения, распространения и коммерческого использования инноваций;

- отношения, возникающие при осуществлении инвестиций в инновационные проекты российскими и иностранными инвесторами.

Государство располагает достаточно большим арсеналом возможностей в развитии инновационной сферы на условиях партнерства с бизнесом.

Наряду с финансированием инновационных проектов необходимо:

- создавать в установленном федеральным законодательством порядке льготные условия осуществления инновационной деятельности и стимулирования российских и зарубежных инвесторов, участвующих в реализации инновационных программ и проектов;

- организовывать закупки для государственных нужд наукоемкой продукции, техники и новейших технологий;

- размещать государственные заказы на выполнение научноисследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ;

- содействовать развитию инфраструктуры инновационной деятельности;

- создавать условия для повышения квалификации специалистов в области менеджмента и международного сотрудничества в инновационной сфере.

Для решения всех этих задач необходимо снять имеющиеся противоречия и пробелы в действующем законодательстве. Важнейшую роль в решении задачи инновационного обновления российской экономики играют финансовоинвестиционные механизмы ГЧП. Одним из направлений ГЧП в инновационной сфере является участие государства в развитии системы венчурного финансирования. По своей сути венчурный капитал представляет собой финансовое звено инновационной инфраструктуры, объединяющее носителей капитала и носителей технологий. Он решает проблему финансовой недостаточности реализации инновационных проектов.

Основной задачей венчурного инвестирования является содействие росту конкретного бизнеса путем предоставления определенной суммы денежных средств в обмен на долю в уставном капитале или на пакет акций определенного размера. Через определенное время происходит обратный процесс – выкупленные акции (доли в уставном каптале) передаются прежним владельцам, а венчурный фонд получает прибыль. Особенность деятельности данных фондов заключается в том, что они выступают посредниками между инвесторами и объектами инвестирования.

Проблема широкого применения данной формы финансирования заключается в том, что законодательство разрешает формирование венчурных фондов только в организационно-правовой форме закрытых паевых инвестиционных фондов (ЗПИФ), в которые все средства должны быть вложены сразу, а не по мере формирования портфеля проектов. Хотя в мировой практике венчурные фонды создаются, как правило, в форме обществ с ограниченной ответственностью. Такая форма организации венчурного финансирования, как ЗПИФ, требует, чтобы были подобраны заведомо беспроигрышные проекты, поскольку инвесторы, вкладывающиеся в венчурный фонд, должны все деньги выделить сразу, а не по частям.

В этой связи венчурный капитал обладает своими особенностями: венчурный капитал инвестируется в проекты с повышенным риском (в основном инновационные проекты); венчурный капитал рассчитан на получение высокой нормы прибыли.

В Российской Федерации в 2006 году была создана ОАО «Российская венчурная компания» (РВК). Целью создания РВК должно было стать стимулирование создания в России собственной базы венчурного инвестирования, развития инновационных отраслей экономики и продвижения новых технологий и наукоемких технологических продуктов на международный рынок. Предполагалось, что программа венчурного инвестирования РВК будет выстраивать путем точечных вложений в венчурные фонды, создаваемые частными управляющими компаниями – победителями конкурсного отбора.

К 2011 году ОАО «Российская венчурная компания» завершила формирование шести венчурных фондов в форме закрытых паевых инвестиционных фондов с общей капитализацией 17,183 млрд рублей: «ВТБ Фонд венчурный»

(объем капитала 3,061 млрд рублей), «Биопроцесс Кэпитал Венчурс» (3,0 млрд рублей), «Максвелл Биотех» (3,061 млрд рублей), «Лидер- Инновации» (3,0 млрд рублей), «Тамир Фишман Си Ай Джи» (2 млрд рублей), «Новые технологии» (3,061 млрд рублей). Доля Российской венчурной компании в каждом фонде составляет 49%, средства частных инвесторов – 51%.1 В рамках ГЧП сформированы 20 региональных венчурных фондов в 18 субъектах Российской Федерации в форме закрытых паевых инвестиционных фондов с общей капитализацией от 120 млн рублей (венчурные фонды Томской области и Красноярского края), до 800 млн рублей (венчурные фонды г. Москвы, Красноярского края, Республики Татарстан). При общей капитализации фондов в сумме 7,42 млрд рублей в структуре фондов средства федерального бюджета составляют 25%, средства бюджетов субъектов Российской Федерации – 25%, и вложения частных инвесторов – 50%.2 Кроме вложений в российские венчурные фонды РВК вложила свои средства в два венчурных фонда в Великобритании.

Следует отметить, что деятельность РВК периодически подвергается серьзной критике. В отчте Счтной палаты говорится следующее: у РВК нет системы индикаторов, «характеризующих эффективность использования имущественных взносов РФ в уставный капитал инновационных компаний», а основная часть финансовых средств РВК не «инвестирована в венчурные проекты или инновационные предприятия, а размещена на депозитах в банках».

Ранее, в феврале 2009 г., с похожими оценками деятельности РВК выступала Генпрокуратура. По ее мнению, 30 млрд руб. бюджетных средств, выделенных в уставной капитал РВК из федерального бюджета, «расходовались неэффективно». «Использование денежных средств, выделенных из федерального бюджета в качестве вклада в уставный капитал РВК, не отвечает задачам, поставленным перед компанией. Государство не получило от этих проектов прибыли и инноваций», - говорилось в заявлении Генпрокуратуры.

Комментируя эти отчты, генеральный директор РВК заявил, что средства, которые хранятся на депозитах в банках, зарезервированы под дальнейшие раунды инвестиций фондов, в которых участвует компания, а необходимые индикаторы оценки эффективности были разработаны и приняты в марте 2010г.

В марте 2011 г. было создано путем реорганизации государственной корпорации «Российская корпорация нанотехнологий» Открытое акционерное общество «РОСНАНО», которое является одним из примеров государственночастного партнрства в России. ОАО «РОСНАНО» реализует государственную политику по развитию наноиндустрии, выступая соинвестором в нанотехнологических проектах со значительным экономическим или социальным потенПонизов П.Формирование комплексного механизма государственно-частного партнерства. // Общество и экономика. 2009. № 8-9.

Там же.

циалом. 100% акций ОАО «РОСНАНО» находится в собственности государства. Источником финансовой деятельности ГК «Роснанотех» являлся имущественный взнос Российской Федерации в размере 130 млрд. рублей, поступивший в ноябре 2007 года. Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 5 октября 2009 № 1455-р были временно возвращены в федеральный бюджет 66,4 млрд. рублей под гарантии последующего возврата этих средств.

По распоряжению Правительства Российской Федерации в 2010 году Корпорации из государственного бюджета был возвращен 1 млрд. рублей. В 2010 году ГК «Роснанотех» впервые привлекла финансовые ресурсы путем размещения облигаций на общую сумму 33 млрд. рублей сроком на 7 лет под государственные гарантии. Также Корпорация привлекла долгосрочные банковские кредиты в объеме 10 млрд. рублей под госгарантии.

Россия не отстат от мировых лидеров — по объму государственных инвестиций в нанотехнологии Россия на третьем месте после США и стран Европы. Но по уровню собственного производства российским компаниям ещ рано соревноваться в экономической эффективности новых технологий. В настоящее время внутренние продажи и экспорт нано-продукции российского производства совокупно оцениваются в 4—5 миллиардов долларов, что по примерным подсчтам 2010 года составило всего около 2 процентов от объма мирового рынка.

В 2008-2010 годах наблюдательным советом ГК «Роснанотех» было одобрено 104 проекта с общим бюджетом 347 млрд. рублей, включая софинансирование со стороны Корпорации в объеме 140,1 млрд. рублей. Среди них 92 инвестиционных проекта, 8 проектов по формированию российских и международных венчурных фондов, а также 4 проекта создания нанотехнологических центров. Из общего количества утвержденных проектов 28 являются проектами с иностранным участием. По состоянию на начало 2011 года начато финансирование 49 проектов, в которые Корпорация инвестировала 64,2 млрд. рублей.

К началу 2011 года получена выручка по 17 проектам в размере немногим более 1 млрд. рублей.

Индикаторы и основные показатели достижения целей компании до 2015 года согласуются с показателями решения задач Программы развития наноиндустрии в РФ до 2015 года. Настоящая стратегия определяет в качестве основного индикатора достижения целей компании объм приозводства продукции наноиндустрии в России в результате реализации проектов с участием компании в количестве 300 млрд. рублей. Данный показатель соответствует 1-му проценту от прогнозного объма реализации продукции наноиндустрии на мировом рынке к 2015 году. Несложные вычисления показывают, что с учтом того, что в 2010 году этот показатель составил 1 млрд. рублей (здесь необходимо отметить, что первая выручка по проектам с участие компании планировалось получить в 2012 году), необходимо, что бы годовой прирост выручки до 2015 года составил более 400%. Данная цель, одновременно и в равной степени, представляется амбициозной и малодостижимой. Однако, руководили компании настроены оптимистично, в годовом отчте за 2010 год говорится: «С учетом создания новых проектных компаний в 2011-2013 годах показатели Стратегии деятельности ГК «Роснанотех» (объем продаж проектных компаний в 2015 году – 300 млрд. рублей, в том числе экспорт – 60 млрд. рублей) должны быть выполнены.»1. В данном случае важным является вопрос, кто станет основным покупателем нанопродукции? Если основная ставка сделана на военный и косический сектора, являющиеся государственными, то вероятность достижения целей программы значительно повышается. Однако, при организации компании, заявлялось о необходимости внедрения нанотехнологий в широкий круг промышленных производств и сфер жизни. Поэтому, о результат деятельности компании также необходимо судить по тому, кто является потребителем этой продукции (государственные или частные компании, или физические лица), а также по отдаче инвестиций. К сожалению, данные по потребителям продукции в официальных документы отсутствуют, а говорить об отдаче инвестиций, ввиду их долгосрочного характера, пока не представляется возможным.

Как уже отмечалось, одним из основных институтов развития ГЧП является образование особых экономических зон (ОЭЗ). Непосредственное отношение к инновационному развитию, к созданию благоприятного инновационного климата имеет создание ОЭЗ технико-внедренческих типа (ОЭЗ ТВТ), в которых, наряду с традиционными производством и реализацией товаров и услуг, основной объем добавленной стоимости может и должен формироваться за счет создания и коммерциализации интеллектуальной собственности.

Основная идея ОЭЗ ТВТ состоит в создании концентрированного сосредоточения объектов инновационной инфраструктуры. К ним относятся центры коллективного пользования с дорогостоящим оборудованием, которые служат базой для проведения фундаментальных и прикладных научных исследований.

Именно эти объекты должны стать точками роста, вокруг которых будут формироваться инновационные компании. Без этого простое территориальное соседство даже очень высокотехнологичных предприятий не даст заметного синергетического эффекта.

ОЭЗ ТВТ относят к зонам третьего поколения, создание которых, и прежде всего за рубежом, активно стало претворяться в жизнь в 1970–1980-е годы. В них концентрируются национальные и зарубежные исследовательские, проектные, научно-производственные фирмы, пользующиеся единой системой налоговых и финансовых льгот.

Первый в мире научно-технический парк появился в начале 1950 г. в США (г. Санта-Клара), ядром которого стал Стэндфордский университет, с образованием научно-технологической зоны «Кремниевая Долина» (Силикон Вэлли), которая сегодня дает свыше 20% мирового производства средств вычислительной техники и компьютеров. На текущий момент в США насчитывается свыше 80 технопарков, где трудятся более 140 тыс. рабочих и 45 тыс. ученых. Аналогичные технопарки созданы во Франции, Великобритании, Японии и Германии.

Отчт о деятельности ГК «Роснанотех» за 2010г. С. 18. Электоронный ресурс:

http://www.rusnano.com/Document.aspx/Download/31669 В Японии в рамках специальных правительственных программ создано два десятка технополисов на базе ведущих научных организаций. Под технополисом понимается город и прилегающие к нему территория, где размещены органически взаимодействующие предприятия высокотехнологичных отраслей промышленности, научно-исследовательские институты, вузы, готовящие для технополиса научные и инженерные кадры. Программа создания технополисов преследовала следующие цели: перераспределение промышленности из центра на периферию; интенсификация научных разработок за счет активизации деятельности местных университетов; переориентация промышленности на развитие наукоемких и энергосберегающих технологий; ускорение внедренческого процесса.

В КНР подобные зоны также создаются, как правило, в ходе реализации государственных планов по развитию науки и техники. В середине 1990-х годов в Китае функционировало более 50 зон развития новой и высокой технологии. Характерно, что в странах ЮВА технико-внедренческие зоны формируются как инновационные центры сложившихся экспортоориентированных зон, которые уже находятся в достаточной степени развития. Как и ЭПЗ, им требуется переориентация на выпуск наукоемкой продукции.

Одним из типов научно-внедренческой зоны являются научнотехнологические зоны (НТЗ), объединяющие технологические парки, технополисы, научные парки, технологические центры, деловые центры. Отличительная особенность этих зон заключается в том, что на их территории объединяется научная и производственно-технологическая деятельность в форме современных наукоемких фирм и крупного научно-исследовательского центра или университета. Цель создания таких зон – мобилизовать все доступные материальные и трудовые ресурсы для ускорения передачи новых высоких технологий в промышленность, обеспечить новые рабочие места, диверсифицировать экономику в регионе и в стране.

В НТЗ устанавливаются налоговые, таможенные, кредитные льготы, которые призваны облегчать деятельность фирм на первоначальных, наиболее рискованных стадиях деятельности. Вводятся специальные упрощенные процедуры регистрации компаний, создаются административные структуры, занимающиеся организационными проблемами малых фирм. Приток крупных капиталов извне, создание в технопарках инвестиционных фондов, финансирующих усилия многих небольших фирм, призваны способствовать эффективной передаче технологических наработок для массового промышленного освоения. На льготных началах предоставляются сотрудникам фирм консультации ведущих ученых, аппаратура, библиотечные фонды университетов. Участвуя в совместных коммерческих проектах, университеты имеют существенный источник доходов, средство обеспечения занятости студентов-выпускников. Научным работникам в зонах технико-внедренческого типа создаются максимально комфортные и свободные условия жизни и творческой деятельности.

В Российской Федерации к 2011 году созданы и функционируют четыре ОЭЗ ТВТ - «Зеленоград» в г.Москва, «Дубна» в Московской области, в г.СанктПетербург и в г.Томск. В соответствии с Федеральным законом от 22.07.2005 г.

№ 116-ФЗ «Об особых экономических зонах в Российской Федерации», ОЭЗ представляет собой часть территории РФ, на которой действует особый режим предпринимательской деятельности. Так на территориях ОЭЗ действует особый таможенный режим, предусматривающий освобождения от уплаты таможенных пошлин и упрощенный порядок осуществления внешнеторговых операций.

Все услуги налоговых, таможенных и прочих служб осуществляются в режиме «одного окна». За государственный счет строится инфраструктура зон - административные здания, бизнес-инкубаторы, подводятся коммуникации. Предоставляются финансовые льготы, включающие установление низких цен на коммунальные услуги, снижение арендной платы за пользование земельными участками и производственными помещениями.

Для резидентов российских ОЭЗ ТВТ предусмотрены ряд налоговых льгот: 1) понижена налоговая ставка налога на прибыль предприятий, подлежащего зачислению в региональный бюджет, от деятельности осуществляемой на территории ОЭЗ; 2) налогоплательщики ОЭЗ могут учитывать расходы на НИОКР при исчислении налога на прибыль организаций в размере фактических затрат независимо от результата исследований; 3) резиденты освобождены от налога на имущество организаций, транспортного налога и земельного налога на 5 лет; 4) снижены ставки по отчислениям в государственные социальные внебюджетные фонды (бывший единый социальный налог).

Особая экономическая зона технико-внедренческого типа на территории г. Санкт-Петербурга создана в соответствии с Законом Российской Федерации от 22 июля 2005 г. № 116-ФЗ и на основании Постановления Правительства Российской Федерации от 21.12.2005 г. № 780 «О создании на территории Санкт-Петербурга особой экономической зоны технико-внедренческого типа».

Соглашение между Правительством РФ и правительством Санкт-Петербурга от 18.01.2006 г.

предусматривает создание ОЭЗ на двух участках территории общей площадью 129,3 га:

- участок № 1 – «Нойдорф», площадью 18,9 га (в пос. Стрельна, Петродворцовый район);

- участок № 2 – «Новоорловская» (площадью 110,4 га, в Приморском районе).

Зона создается с целью концентрации и организации наукоемких производств, развития высоких технологий и технико-внедренческой деятельности (разработка программных продуктов; электроники и средств связи, бытовой радиоэлектронной аппаратуры; автоматизированных систем управления технологическими процессами; военной и гражданской авионики; медицинской техники, разработка аналитических приборов и производство опытных партий; точного и аналитического приборостроения, биотехнологии и новых материалов, развития инженерной, инновационной, транспортной, социальной и иной инфраструктуры).

В ОЭЗ ТВТ в г. Санкт-Петербурге действуют налоговые льготы: в упрощенном порядке осуществляются экспортно-импортные поставки за счет введения особого таможенного режима; снижен единый социальный налог с 26% до 14%; отменены таможенные пошлины, земельный налог, налог на имущество предприятий, транспортный налог для резидентов ОЭЗ; снижен налог на прибыль с 24% до 20%.

Создание инженерной, транспортной и социальной инфраструктуры ОЭЗ на 50% покрывается за счет федерального бюджета и на 50% - бюджета г.

Санкт-Петербург. Общий объем бюджетных вложений в ОЭЗ ТВТ в г. СанктПетербург до 2010 года составит 9210,6 млн. рублей.

К 2025 году количество резидентов ОЭЗ ТВТ «Санкт-Петербург» должно составить более 107 компаний, численность работающих в ОЭЗ -10,9 тыс. человек, объем привлеченных инвестиций - до 20,7 млрд. рублей.

Проекты планировки и межевания на территории «Нойдорф» и «Новоорловское» разрабатывались по заказу Правительства г. Санкт-Петербург и были утверждены Постановлениями Правительства Санкт-Петербурга № 63 от 23.01.2007 и №867 от 17.07.2007 г. - соответственно.

В рамках первой очереди развития ОЭЗ предстоит создание технологических центров по направлениям: оптоэлектроника, точное приборостроение, вакуумная обработка полупроводников, наноматериалы, водородная энергетика, солнечная энергетика, термоэлектричество.

На участке № 1 «Нойдорф» за 2008 год выполнены проектноизыскательские работы на сумму 77,4 млн. рублей. Завершено строительство ограждения территории протяженностью 3,5 км. Планируется завершить строительство и ввести в эксплуатацию 8-этажное здание административно-делового центра площадью 14,2 тыс. кв. м с выставочным центром (в котором планируется разместить экспозицию продукции компаний-резидентов) и конференцзалом на 250 мест.

В состав инфраструктуры ОЭЗ войдут: таможенный комплекс, включающий два контрольно-пропускных пункта, площадку для досмотра автотранспорта; котельная на 18 МВт, сети и сооружения инженерного обеспечения не только вышеперечисленных объектов, но и компаний-резидентов.

Начато сооружение восьми трансформаторных подстанций и внутриплощадочных сетей электроснабжения, построена распределительная подстанция и начато строительство внеплощадочных сетей электроснабжения, проложены подземные магистральные коммуникации, завершается прокладка внутриплощадочных сетей водоснабжения и канализации.

На участке № 2- «Новоорловское», ввод первого пускового комплекса намечен на 2010 год. В 2010 г. планируется ввести в строй после реконструкции подстанцию № 94 «Стенд». Начаты работы по выносу в натуру и закреплению поворотных точек границ участка ОЭЗ, а это 8 км периметра, сооружением временной вышки для обеспечения по радиоканалу связи, телекоммуникаций и видеонаблюдения. Строительство зданий АДЦ, инновационного центра и центра трансфера технологий планируется начать в сентябре 2010 года [5].

Для эффективного взаимодействия резидентов «Новоорловского» отделения ОЭЗ к 2015 г. предстоит ввести в эксплуатацию бизнес-центр с выставочным комплексом, площадью 25 тыс. кв.м, стоимость работ - 1869 млн. рублей. Первыми резидентами ОЭЗ в г. Санкт-Петербурге стали ЗАО «Транзас»

(занимает около 30–40% мирового рынка электронно-картографических систем и электронных карт для судовождения; его системами оснащены погранслужбы и ВМФ десятков стран мира) и ЗАО «Транзас Технологии».

Особая экономическая зона ТВТ в Зеленоградском административном округе г. Москвы создана 21 декабря 2005 г. Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.12.2005 г. №779 «О создании на территории г.

Москвы особой экономической зоны технико-внедренческого типа».

Целью ОЭЗ ТВТ «Зеленоград» является развитие инновационной деятельности в области высоких технологий, создание наукоемких производств, новых видов конкурентоспособной продукции, информационнокоммуникационных, электронных, нано-, био-, медтехнологий, производство новых материалов,

ОЭЗ ТВТ «Зеленоград» занимает площадь 146,91 га и включает два участка:

- участок № 1, площадью 141,5 га, располагается на территории промышленной зоны «Алабушево». Здесь планируется создать научнопроизводственную, вспомогательную и рекреационную зоны с тем, чтобы осуществлять технико-внедренческую деятельность (от разработки материалов и технологий до выпуска и реализации опытных партий изделий).

- участок № 2 площадью 5,15 га, расположен на территории инновационного комплекса Московского государственного института электронной техники, включающего бизнес-инкубатор, научно-технологический парк, 2 инновационных центра, региональный центр коммерциализации и трансфера технологий, многопрофильный экспериментальный завод, 8 учебно-научных комплексов, 6 отраслевых центров коллективного пользования (площадью до 60 тыс.

кв. м).

Основным направлением деятельности резидентов на этом участке будет разработка и создание отечественной электронной компонентной базы; изделий микросистемной и микроэлектромеханической техники; информационнотелекоммуника- ционных систем; радиоэлектронной аппаратуры нового поколения (бесплатформенных навигационных систем; биомедицинских диагностических систем; оптических систем позиционирования; аппаратно-программных модулей обработки сигналов и т.д.); изделий интегральной оптики, оптоэлектроники, интеллектуальных систем навигации и управления; электронное приборостроение на основе освоения сквозного цикла сверхточной сборки электронных изделий и аппаратуры; инкубирование стартовых инновационных компаний ТВЗ «Зеленоград».

За счет средств бюджета г. Москвы ведется строительство дорог и транспортных развязок, за счет средств федерального бюджета- внутриплощадочных дорог, инженерных сетей и сооружений, ограждение территории ОЭЗ.

Объем федеральных инвестиций в ОЭЗ «Зеленоград» составит 11,931 млрд. рублей. К окончанию сроков функционирования ТВЗ «Зеленоград» выручка резидентов достигнет 30 млрд. руб., численность работающих – 15 тыс.

человек; общий экономический эффект от создания ОЭЗ составит около 30 млрд. руб.

13 июля 2006 г. в ОЭЗ «Зеленоград» зарегистрирован первый резидент ОАО «Зеленоградский инновационно-технологический центр» («ЗИТЦ). До окончания срока функционирования данного резидента в 2021 г. объем финансирования его проектов составит 1,0 млрд. руб. Средства будут предоставлены:

за счет собственных ОАО «ЗИТЦ», средств Российского фонда технологического развития, Федерального агентства по науке и инновациям, Фонда содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере, средств коммерческих заказчиков.

Крупным резидентом ОЭЗ является компания ООО «Альфа-чип», разрабатывающая сверхбольшие интегральные схемы для современной электронной и вычислительной техники, техники связи, изделий бытовой электроники.

Особая экономическая зона ТВТ в г.Дубне (Московская область) создана Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.12.2005 г. № 781.

Цель создания ОЭЗ - увеличение доли России на мировых рынках высокотехнологичной продукции и прежде всего в сфере информационных технологий, с созданием российской модели научно-технологического парка, включающего Университет, исследовательские и инженерные центры, инновационные предприятия.

Закрепление за г. Дубной статуса наукоград (Указ Президента РФ от 21 декабря 2001 г. № 1472) позволит привлечь инвесторов и обеспечить условия для ведения исследований и экспериментальных разработок, создания опытных образцов и производства опытных партий высокотехнологичной продукции по приоритетным направлениям научно-технической и инновационной деятельности, испытаний и подготовки кадров.

Концепция развития ТВ ОЭЗ «Дубна» предполагает органичное сочетание 4-х модулей деятельности:

инновационного пояса вокруг Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ) и других исследовательских и инженерных организаций города;

Государственного университета «Дубна», как инновационнообразовательного центра наукограда;

технопарка в сфере информационных технологий «Российский центр программирования», ОАО «МКБ Радуга», ФГУП НИИ «Атолл», других организаций научно-производственного комплекса;

инновационной инфраструктуры города и отработка механизма обеспечения инновационной деятельности.

В соответствии с Соглашением между Правительством Российской Федерации и Правительством Московской области и администрацией г. Дубны от 18 января 2006 г. на территории г. Дубны (Московская область) создается ОЭЗ

ТВТ «Дубна» на двух участках территории, общей площадью 146,19 га:

- участок № 1 (в левобережной части города, между р. Волга и районом городской застройки, 135,71 га) является частью участка Российского центра программирования, площадь которого 466,0 га. Здесь планируется разместить городок программистов на 30,0 тыс. жителей, офисно-производственные здания для размещения предприятий, ведущих исследования и разработки (включая испытания и опытное производство) новых технологий и видов продукции, объекты инновационной, социальной, инженерной, транспортной и иной инфраструктуры;

- участок № 2 (в правобережной части города, внутри Новой промышленной зоны). Кроме объектов ОЭЗ на данном участке планируется размещать предприятия, ориентированные на серийное производство высокотехнологичной продукции, в первую очередь в сфере информационных и ядернофизических технологий; опытные производства, лабораторные и испытательные базы предприятий,.

Создание инженерной, транспортной и социальной инфраструктуры ОЭЗ будет осуществляться в пропорции: 70% - средств федерального бюджета, 17,7%-бюджета Московской области, 12,3% - бюджета г. Дубны.

До 2011 г. в ОЭЗ г. Дубна, в Новой промышленной зоне, должно завершиться строительство Центра коллективного пользования в сфере нанотехнологий (9 тыс.кв.м), стоимость проекта 1287 млн. рублей.

Предусматривается использовать три варианта создания офиснопроизвод- ственных объектов недвижимости в зоне: строительство объектов недвижимости компаниями-резидентами для своих нужд, девелоперскими компаниями и за счет для сдачи в аренду объектов недвижимости резидентам.

ОАО «ОЭЗ» ввело в эксплуатацию 17 ноября 2008 г. первую и вторую очередь первого пускового комплекса три офисно-деловых здания Инновационно-техноло-гического центра «Российского центра программирования», площадью 56 тыс. кв. м, а 29 декабря 2008 года - два здания компании «ЛИТТРАСТ». Лишь после этого на территории ОЭЗ была начата техниковнедренческая деятельность. Сегодня здесь работают 29 организаций, созданы 264 рабочих места.

Развитие ОИЯИ и формирования инновационного пояса вокруг него и других исследовательских и инженерных организаций города организуется по трем направлениям деятельности: 1) развитие фундаментальных исследований в области физики элементарных частиц, ядерной физики, физики конденсированных сред, исследований с применением ядерно-физических методов в медицине, биологии, материаловедении и экологии, в области информационных технологий; 2) развитие образовательной компоненты в ОИЯИ (в области ядерной физики, физики элементарных частиц, физики конденсированных сред, теоретической физики, технической физики), с расширением сотрудничества по повышению квалификации ОИЯИ с Государственным университетом «Дубна»;

3) проведение прикладных исследований и инновационной деятельности.

Заметное место на рынке высокотехнологичной продукции и услуг занимают выделившиеся (spin-off) из ОИЯИ и развивающие тематику исследований и разработок ОИЯИ такие компании, как ИЦПЯФ (производство чистых комнат), ООО «Компания Контакт» (системы телекоммуникаций), ФГУП «Дедал»

(системы охраны объектов), ЗАО «Аспект» (производство приборов радиологического контроля), НПК «Альфа» ЗАО «Холдинговая компания «Трекпортекнолоджи» (системы донорского и лечебного плазмофереза), ООО «Интерграфика» (системы компьютерной визуализации образовательных процессов) и другие.

Предполагается расширить исследования и разработки по таким разделам, как: новые материалы и химические продукты (материалы для микро- и наноэлектроники, полимеры, керамические материалы и нанокерамика, дизайн химических продуктов и материалов с заданными свойствами), экология и рациональное природопользование (технологии мониторинга природнотехногенной сферы), производство ускорителей для решения прикладных задач, исследования и разработки в области контроля перемещения радиоактивных материалов методом нейтронного анализа, разработки в области изготовления трековых мембран, криогенной техники, создания опытных установок реакторов с подкритической массой, разработки в области терапии онкозаболеваний.

На базе градообразующих предприятий научно-производственного комплекса (ФГУП «МКБ Радуга», ФГУП «НИИ Атолл», ОАО «Приборный завод Тензор», ОАО «ДМЗ») создано более 50 организаций научно-технического профиля.

В сфере информационных технологий резидентом ОЭЗ «Дубна» стала компания «Люксофт-Дубна», которая создана группой IBS. Объем ее услуг в 2005 г. составил около 1 млрд. руб. Объем работ к 2011 г. планируется увеличить до 5 млрд. руб. за счет создания здесь центра программирования и ITаутсорсинга для России, США и Европейского союза, компаний Boeing, Motorola и других.

Резидент ООО «Управляющая компания Дубна-Система» будет специализироваться на разработке ионно-плазменных технологий и внедрении нанотехнологий в производство новых материалов.

К 2025 году количество резидентов ОЭЗ ТВТ «Дубна» должно составить более 187 компаний, численность работающих специалистов – 15,8 тыс. человек, объем частных инвестиций - 28,7 млрд. рублей, пока же зарегистрировано 50 резидентов.

Особая экономическая зона ТВТ в г. Томске (Томская область) создана постановлением Правительства Российской Федерации от 21.12.2005 г. № 783.

Соглашением между Правительством РФ, органами власти субъекта Российской Федерации предусматривается создание ОЭЗ на двух участках, общей площадью 207 га:

- участок № 1 (южная площадка,192,4 га), один из микрорайонов г. Томска – в Академгородке, на территории Томского научного центра Сибирского отделения РАН.

- участок № 2 (расположен в северной части г.Томска, на территории крупного производственного узла, район Кузовлевского тракта, площадью 14,6 га).

ОЭЗ ТВТ в г. Томске создана для развития инновационного бизнеса, производства научно-технической и технологической продукции и вывода ее на внутренний и внешний рынок, оказания инновационным компаниям информационных, образовательных, консалтинговых, маркетинговых, юридических и прочих услуг.

Разработки и исследования в ОЭЗ можно сгруппировать в три направления:

1. Информационно-коммуникационные и электронные технологии - «телекоммуникации и связь», «производство электронного и электротехнического оборудования», «ИТ-услуги». Данное направление могут осуществлять 13 НИИ и институты при университетах (НИИ автоматики и электромеханики, систем электрической связи, электронных систем, радиотехнических систем, электронного технологического оборудования и систем связи, ядерной физики, высоких напряжений, интроскопии, прикладной математики и механики, биологии и биофизики, институтах Электротехническом, Сибирском физикотехническом, Кибернетическом центре), в 3 институтах и 1 отделе ТНЦ СО РАН (Институт оптики атмосферы, физики прочности и материаловедения, мониторинга климатоэкологических систем, отдел проблем информатизации), с привлечением студентов таких вузов, как ТУСУР, ТПУ, ТГУ.

2. Новые материалы и нанотехнологии. (нанопорошки металлов, керамические нановолокна оксида алюминия, стекломикроволокна и т.д.). Разработке новейших технологий по направлению «Новые материалы и нанотехнологии»

позволяет наличие научно-образовательного комплекса региона, куда входят Институт физики прочности и материаловедения СО РАН (ИФПМ СО РАН) и материаловедческие подразделения институтов Томского научного центра Сибирского отделения Российской академии наук, Томского государственного университета, Томского политехнического университета и Томского государственного архитектурно-строительного университета, а также Сибирского физико-технического института при ТГУ.

3. Биотехнологии и медицинские технологии. Данное направление является составной частью научно-образовательного комплекса Томской области, способного вести собственные фундаментальные исследования и сопутствующих им прикладные разработки. Потенциальный объем производства продукции в биотехнологическом секторе Томской области к 2020 г. составит более 2,5 млрд. долл., при этом среднегодовой прирост может составить 27,1%.

На территории участка № 1 ОЭЗ планируется разместить: административно-деловой центр с выставочным комплексом, комплекс зданий для размещения резидентов ОЭЗ; на участке № 2 – опытные производства, объекты материально- технической инфраструктуры, административно-бытовой корпус.

Томская ТВЗ, по решению местных властей, предоставила своим резидентам налоговые льготы не на 5, как планировалось ранее, а на 10 лет.

В 2011 году в Томском Академгородке появится центр IT-технологий на 18,8 тыс. кв. м (стоимость работ-1171 млн. рублей).

Объем инвестиций в строительство объектов инфраструктуры до 2010 г.

составит 7166,85 млн. рублей. Затраты на создание инженерной, транспортной и социальной инфраструктуры ОЭЗ составят 1,9 млрд. руб., в пропорции: 74% за счет средств федерального бюджета, 22% - бюджета Томской области, 4% бюджета Томска.

К 2025 году количество резидентов ОЭЗ г. Томска составит более 160 компаний, число работающих – 14 тыс. человек, объем частных инвестиций млрд. рублей, объем бюджетного финансирования - 402 млн. евро.

Томская область может расширить и промышленно-производственную деятельность. Геологические запасы нефти оцениваются в 1449 млн. т, газа – 632 млрд. куб. м. В области открыто 98 месторождений, в том числе 78 нефтяных, 15 нефтегазоконденсатных и 7 газоконденсатных, из них передано в недропользование – 69 месторождений. Геологические запасы нефти разведаны всего на 33,9%, газа – на 55%. Еще одно возможное направление деятельности

– горно-металлургическое. Открыто 12 месторождений металлических руд (железа, титана, циркония, скандия, каолина, меди и других). Запасы Бакчарского железорудного месторождения оцениваются в 110 млрд. т. Титановые руды разведаны в Туганском и Георгиевском россыпных месторождениях. Из открытых месторождений руд могут извлекаться скандий, гафний, ванадий, лантаноиды, каолин и стекольный песок. Запасы кварцевых песков и редкоземельных элементов Туганского месторождения составляют 5,1 млн. т.

Существенны и лесные ресурсы области - площадь лесного фонда составляет 28364 тыс. га, в том числе хвойных пород – 10183 тыс. га. Запас древесины на корню оценивается в 2780 млн. куб. м, или 8,34% от всех запасов в СФО.

Первым резидентом ОЭЗ стало ООО «Научно-исследовательская организация СибурТомскнефтехим» (занимающееся разработкой титано-магниевых катализаторов и организацией на их основе опытного производства сверхвысокомолекулярного полиэтилена За счет средств резидента введена в эксплуатацию экспериментальная установка, разработанная при участии ООО «Томскнефтехим», ОАО «Сибур» и Института катализа имени Г.К. Борйскова СО РАН), московские- ФГУП «Микроген», ООО «Микран»,ЗАО «Элеси», ООО «Элекард» (расположились на площадке «Томскнефтехима»).

В целом, результаты деятельности технико-внедренческих ОЭЗ («Дубна», «Зеленоград», «Томск» и в г. Санкт-Петербург) за 2009-2010 годы внушают оптимизм относительно их жизнеспособности. Затраты на строительство инфраструктуры в ОЭЗ ТВТ на 1 декабря 2010 г. составили 24,25 млрд рублей. За счет средств ОАО «ОЭЗ» и его дочерних акционерных обществ построено и введено в эксплуатацию 12 объектов инженерной, транспортной, энергетической, инновационной инфраструктуры. Показатели деятельности ОЭЗ ТВТ отражены в таблице 3.1. В ОЭЗ ТВТ на 1 января 2010 г. зарегистрировано 160 резидентов, объем инвестиций резидентов составил более 4 млрд руб., создано 2132 рабочих места, выполнено научно-технических работ на сумму 2,4 млрд рублей, 57 резидентов ОЭЗ приступили к осуществлению технико-внедренческой деятельности. За счет средств резидентов ОЭЗ на территориях ОЭЗ ТВТ построено и введено в эксплуатацию 7 научно-исследовательских объектов.

Следует отметить, что сегодня существует ряд проблем, не решенных на государственном уровне, которые тормозят развитие инновационных компаний даже в условиях ОЭЗ ТВТ. Первая и основная – отсутствие механизма защиты рынка для отечественного производителя инновационного продукта перед его зарубежными конкурентами. Зачастую государственные заказы на высокотехнологичную продукцию выполняются зарубежными компаниями.

Для быстрого решения конкретных проблем это, может быть, и оправдано, но с точки зрения развития собственной инновационной индустрии это неперспективно, заметно задерживает прогресс и инновационное развитие собственной экономики. Особенно в условиях ограниченности финансовых ресурсов. Необходимы меры на государственном уровне, направленные на защиту внутреннего рынка от прямых продаж зарубежных инновационных продуктов, усилия должны быть направлены на развитие отечественного производителя, создание совместных предприятий с зарубежными партнерами.

Второй причиной является отсутствие государственной политики предоставления преимуществ инновационной продукции при проведении конкурсных торгов. Существующие на сегодняшний день процедуры реализации предполагают единый подход к производителю традиционной, иногда устаревшей продукции и изготовителю инновационных изделий, созданных в результате длительной научно-исследовательской работы, строительства новых материальных и производственных активов и т.д. Действительно, в большинстве случаев цена инновационной продукции оказывается на конкурсах выше, чем цена традиционной. Но в расчете за весь срок эксплуатации она будет гораздо более низкой.

–  –  –

Помимо вышесказанного, эффективное функционирование ОЭЗ ТВТ возможно только тогда, когда там размещается полный цикл – от фундаментальных исследований до мелкосерийного производства наукоемкой продукции. В этом случае становится реально окупить высокие затраты на начальной стадии доходами от реального производства, получаемые практически на той же площадке и в том же льготном режиме. Такая практика распространена в ведущих мировых инновационных державах.

Для активизации инновационной деятельности в ОЭЗ ТВТ необходимо, во-первых, сформировать преимущества для инновационных продуктов. К примеру, налоговая система, где самым собираемым налогом является НДС, устраивает отрасли с низкой добавленной стоимостью (то есть сырьевые) и препятствует развитию отраслей с высокой добавленной стоимостью (инновационных). Во-вторых, сформулировать принципы ГЧП, предусматривающие финансирование создания материально-технической базы со стороны государства и привлечение управленческого, экспертного, научно-технического и рыночного потенциала со стороны частного бизнеса.

Согласно избранной концепции государственного регулирования национальной инновационной системы, инновационное развитие осуществляется в основном за счет бюджетных средств. Однако необходим комплексный подход, основанный на полномочиях государственной власти и возможностях рыночной экономики.

Государственное финансирование в силу ограниченности средств бюджета приводит к обострению конкуренции между организациями за получение необходимых средств. Не всегда в этой конкуренции побеждает самый достойный претендент. Другая форма государственного регулирования инновационного развития предполагает финансирование государственных целевых программ поддержки нововведений на договорной основе. Договорная форма выгодна государству в большей степени, чем дотационное финансирование, поскольку предусматривает большую экономическую ответственность подрядчика за результаты реализации проекта.

Наиболее распространенными формами договоров, применяемыми в ГЧП, являются государственные контракты и концессионные соглашения. Каждый из указанных видов соглашений регулируется отдельными федеральными законами: от 21.07.2005 № 94 – ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» и № 115 – ФЗ «О концессионных соглашениях». Однако в целом договоры относятся к гражданско-правовому институту – институту договора. В связи с этим к договорам и соглашениям, используемым в ГЧП, применяются общие нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах. Специальные законы лишь подчеркивают особенность того или иного договора в качестве формы ГЧП. Однако анализ реализации проектов ГЧП в инновационной сфере свидетельствует о необходимости более четкого законодательства особенно в области разграничения прав собственности и права использования и управления объектами инфраструктуры, что повышает риски как для частных инвесторов, так для органов государственной власти и местного самоуправления.

Немаловажным моментом при формировании механизма финансового обеспечения инновационного развития является внедрение программноцелевого подхода при разработке и принятии комплексных территориальноотраслевых программ. Участниками многоуровневых программ могут выступать уполномоченные федеральные государственные органы и органы власти субъектов Российской Федерации, профильные ведомства либо министерства, а также органы местного самоуправления. Кроме того, администратором программ может выступать территориальная компания развития. Она также может выполнять функции ответственного исполнителя государственного заказа, выдаваемого инновационному центру.

Следует отметить, что особенность современного финансирования инновационной деятельности предприятий из регионального и федерального бюджетов заключается в том, что оно осуществляется традиционно в рамках отраслевых программ развития. Прямая финансовая поддержка оказывается, главным образом, созданию и внедрению принципиально новых наукоемких технологий и производств, реализующих перспективные научно-технологические разработки высокой степени готовности исходя из федеральных и региональных приоритетов. Финансирование инновационной деятельности из местного бюджета практически не осуществляется. Однако территории разного уровня могут выступать заказчиком наукоемкой продукции в рамках собственной стратегии развития, используя механизм территориального заказа (регионального, муниципального).

В многоуровневой бюджетной системе реализация программно-целевого подхода может обеспечить согласование интересов всех участников инновационного процесса, создать условия для успешного сотрудничества федеральных, региональных, местных властей с частным бизнесом и общественными структурами, в том числе в вопросах привлечения средств из внебюджетных источников для создания наукоемких производств. В качестве примера трехуровневой территориально-отраслевой программы можно привести экономическую деятельность в городе Заречный Свердловской области, где интересы развития атомной энергетики и оборонной промышленности обусловили участие в программе органов управления и федерального, и регионального, и местного уровней.

Предполагается, что партнеры должны быть соавторами программ территориального развития. В этом случае хозяйствующий субъект должен становиться полноправным партнером, его роль не должна ограничиваться только уплатой налогов или оказанием благотворительной помощи. Партнеры взаимно должны с самого начала брать на себя решение проблемы, вкладывать ресурсы от предпроектных обоснований до завершения проекта, имея при этом четко обозначенные гарантии получения в итоге ожидаемых преимуществ.

По результатам выполнения программ можно судить об эффективности использования средств, в том числе бюджетных, израсходованных на их осуществление, что позволит, в свою очередь, соотнести затраты на реализацию проектов с их результатами.

При переходе на программно-целевые методы управления чрезвычайно важное значение приобретает развитие государственно-частного партнерства.

Как показывает мировой опыт, мощным источником развития каждого государства, необходимым условием нормального функционирования рыночной экономики является взаимодействие власти и бизнеса. Во многих странах мира все активнее используются механизмы государственно-частного партнерства для решения стратегически важных задач инновационного развития территориальных систем всех уровней.

Современные дискуссии о развитии ГЧП затрагивают и вопросы, связанные с финансированием инновационных проектов. Теоретически государство может привлечь и более дешевые источники финансирования общественно значимых инновационных проектов. Например, централизованные агентства, специальные фонды и т.д. Но, как показывает практика, если инновационный проект полностью финансируется или реализуется государством, то возникает риск «оторванности» инновационной идеи от реальных потребностей рынка.

Подводя итог сказанному, отметим, что ГЧП как инструмент развития национальной инновационной системы будут успешными лишь в том случае, если государство и бизнес будут изменяться в соответствии с требованиями современного развития общества, предпринимать усилия, направленные на взаимное сотрудничество в интересах населения страны.

Процессы инновационного развития территориальных систем на основе государственно-частного партнерства в риск-управленческом подходе1 Институциональные формы вмешательства государства в процессы функционирования территориальных систем для обеспечения их инновационного развития имеют множество разновидностей, одной и самой перспективной формой такого развития является государственно-частное партнерство.

Раздел подготовил Кузьмин Е.А. при финансовой поддержке РГНФ, проект № 11-12-66006а/У Применение и использование моделей государственно-частного партнерства позволяют с привлечением различных источников финансирования проектов добиться комплексной модернизации производственных и организационноуправленческих отношений в рамках воспроизводственного процесса экономики территориальной системы.

К проектам инновационного развития в рамках государственно-частного партнерства относятся структурные процессы взаимодействия между государственными или муниципальными органами власти и хозяйствующими субъектами, складывающиеся по поводу развития и реализации инновационного потенциала региона (территории) через бизнес-мероприятия.

Основой реализации проектов государственно-частного партнерства в инновационной сфере является осуществление государством основных функций по обеспечению экономической безопасности, которое в большинстве случаев нацелено на решение трудностей, возникающих в результате провалов рынка, в частности низкой инновационной и инвестиционной активности субъектов хозяйствования. Указанные недостатки рыночного механизма обеспечения инновационного развития территориальных систем наиболее наглядно проявляются в отрасли инфраструктурного развития, в которые включаются симплифицированные инициативные бизнес-проекты, удовлетворяющие условиям инновационной направленности результатов их деятельности, а также имеющие достаточные ресурсы для реализации.

Непременным условием успешной реализации проектов, использующих модель государственно-частного партнерства является ликвидация институциональных риск-факторов, к которым можно отнести:

создание соответствующего нормативного правового поля, выражающееся в принятии законодательства, учитывающего специфику модели ГЧП в реализации проектов инновационного развития территориальных систем;

обеспечение открытости и прозрачности деятельности провайдеров проектов и непосредственных компаний-участников на объектах государственной и муниципальной собственности;

разработка четких регламентов и инструкций в сфере ГЧП;

поддержание общей политической и макроэкономической стабильности в территориальных системах.

Менеджмент внешних и внутренних рисков проектов инновационного развития построен на четком алгоритме, включающий на первом этапе идентификацию репрезентативных рисков.

Внешние риски проектов инновационного развития подразделяются на несколько однородных групп, выделенных по признаку направленности риск-фактора:

политические, связанные с работой органов государственной и муниципальной власти;

риски общественных эффектов;

риски для бизнеса от участия в проектах ГЧП.

К основным проявлениям политических рисков проектов можно отнести:

подверженность политической конъюнктуре, риски пересмотра контрактов, высокий уровень первоначальных невозвратных инвестиций. Среди внутренних рисков проектов можно отметить:

финансовые, кредитные и валютные риски;

технические риски (связанные с прединвестиционной стадией строительства и эксплуатации);

коммерческие риски (главный из которых – вероятная невостребованность продукции, работ или услуг).

Частные внутренние риски проектов гораздо шире и разнообразнее, однако все они в большинстве случаев уже давно выявлены. Новые риски, возникающие в силу изменения формы и методов хозяйствования, определятся в процессе начала реализации проектов. Наиболее простым и универсальным способом выявления рисков является процессный подход, в соответствии с которым риски определяются на основании осуществляемых бизнес-процессов.

Принимая во внимание данное обстоятельство, актуальным становится вопрос связанный с непосредственным управлением рисками проектов, направленных на инновационное развитие и модернизацию текущих процессов ведения хозяйствования, а также их достоверной оценки. Управление рисками является одним из важных элементов общей системы управления организационными структурами, к которым относятся и проекты государственно-частного партнерства как одна из форм сложных организационных структур.

Актуальность и значимость исследований в данной области определятся комплексом проблем и задач, имеющихся в экономической теории и практики менеджмента. К числу таких проблем можно отнести трудности адекватной оценки рисков, сложности в осуществлении управленческих решений, затрудненность в проведении периодического и постоянного мониторинга общей ситуации.

Современные теоретические исследования проектного риск-менеджмента основываются на определении качественных и количественных параметров рисков для выбора управленческой стратегии в соответствии с возможностью принятия или отстранения от риска, величины вероятных потерь при его реализации, финансово-экономических и социальных последствий осуществления риск-события без принятия контрмер и других не менее значимых параметров.

В частности следует отметить, что классическая теория управления рисками проектов выделяет ряд инструментов, которые являются одними из способов оценки и одновременно управления рисками.

Наиболее распространенным инструментом определения кластерной позиции экономического объекта по совокупной величине применимых к нему рисковых событий является построение карты или матрицы рисков по соотношению двух параметров. При этом в научной сообществе сложилось мнение о равнозначности как по содержанию так и по назначению карты и матрицы рисков.

Однако данный подход в современных условиях не позволяет в полной мере произвести оценку рисков и принять адекватное управленческое решение, поскольку в большей степени они позволяют произвести оценку рисков, нежели обосновать выбор управленческого воздействия. Модификация матрицы рисков и построение в авторском видении карты рисков на основе современных подходов управления должно стать действенным инструментом проектного риск-менеджмента. В качестве основных параметров для построения модифицированной матрицы рисков предлагается использовать параметр вероятности реализации риска и параметр, характеризующий уровень достаточности информации о риск-событии или риск-факторе, который определяет степень неопределенности.

Область модифицированной матрицы рисков сектора по 10 группам по каждому параметру, в которые заносятся сведения о рисках принадлежащих к данным группам. Шкала модифицированной карты рисков содержит как числовое, так и буквенное обозначение для кодирования информации и упрощения ее восприятия. При этом область карты рисков поделена на 5 кластерных позиций и 7 областей, определяющих совокупную величину риска.

Области на карте рисков подразделяются по уровню реализации рисков в следующем порядке по возрастанию:

1. риск минимальный;

2. риск малый;

3. риск средний;

4. риск высокий;

5. риск максимальный;

6. риск критический;

7. риск катастрофический.

–  –  –

где

– количество рисков в типовой области q матрицы;

– риск, соответствующий критерию типовой области;

(z;d) – критерий по вероятности возникновения риска;

(v;s) – критерий по уровню неопределенности, характерной для риска.

Расчет количества рисков в типовой области матрицы ведется в единичном исчислении при соблюдении критериальных значений. Величина граничных значений критериев приведена в таблице 3.2.

–  –  –

Итоговое определение области матрицы рисков по всей совокупности факторов происходит на выборе максимального значения среди показателей.

По данному значению определяется типовая область модифицированной матрицы рисков для объекта анализа. Аналогичным образом происходит процесс определения кластерной позиции. Под кластерной позицией понимается определенное распределение рисков на матрице, при котором возможна выработка целевого стратегического и оперативного управленческого воздействия.

Кластерные позиции подразделяются на 5 групп:

высокая степень риска и высокий уровень неопределенности;

высокая степень риска и низкий уровень неопределенности;

средняя степень риска и средний уровень неопределенности;

низкая степень риска и высокий уровень неопределенности;

низкая степень риска и низкий уровень неопределенности.

Алгоритмизированный процесс управления рисками по кластерным позициям выстраивается по z-образной траектории в рамках модифицированной матрицы рисков. Переход осуществляется последовательно от первой кластерной позиции к пятой с реализацией специальных управленческих мероприятий.

В ряде случаев процесс управления рисками может протекать скачкообразно: при установленной степени риска и открытой информационной среды (переход 1–2, 4–5); при установленном уровне неопределенности и закрытой информационной среды (переход 1–4, 2–5). Условно-идеальная ситуация пропорционального снижения риска и уровня неопределенности наблюдается крайне редко (переход 1–3 и 3–5), в виду нелинейности процесса ведения хозяйствования экономическими субъектами.

Кластерная позиция матрицы рисков по проекту является характеристикой общей ситуации. В качестве основных составляющих кластерной позиции используются группы процессуальных рисков, под которыми понимается совокупность рисков, относящихся к одному этапу и порядку этапов однородного бизнес-процесса.

Разработка карты и матрицы рисков по группам бизнес-процессов приводят к появлению множественных характеристик риск-профиля проекта государственно-частного партнерства, усложняя процесс определения кластерной позиции в целом по проекту.

Для решения данной задачи необходимо построение индуктивного алгоритма, который состоит из следующих этапов:

определение однородных бизнес-процессов ГЧП-проекта;

идентификация рисков бизнес-процесса (определение процессуальных рисков);

качественная и количественная оценка процессуальных рисков;

учет дублирующих рисков между бизнес-процессами ГЧП-проекта;

оценка кумулятивного эффекта, являющегося аналогом синергетического эффекта при исключении дублирующих рисков;

формирование сводного реестра процессуальных рисков ГЧП-проекта;

разработка матрицы рисков по проекту;

разработка карты рисков по проекту;

мониторинг ситуации;

внесение корректировок;

разработка и аудит риск-профиля ГЧП-проекта.

Карта рисков в авторском определении представляет собой схематичное объемное изображение идентифицированных и классифицированных рисков по их вероятности возникновения и реализации, количестве, а также достаточности информации. Комбинация параметров для построения карты рисков может быть различной, так в качестве одних из параметров может быть использованы существенность или значимость риска, величина возможных потерь как в относительном, так и в абсолютном выражении и др. Существенность или значимость риска является относительной качественной характеристикой (высокая, средняя, низкая). Для его определения необходимо использовать ряд индикаторов, среди которых можно выделить размер вероятных потерь, уровень достижения поставленных целей, ожидаемое снижение/увеличение эффектов (экстерналий и интерналий).

Важной особенностью карты рисков является возможность ее использования в процессе объемной визуализации в противовес классическому двумерному представлению. Данный процесс лежит в основе построения матрицы рисков, в которой наглядно продемонстрировано расположение и распределение рисков. Для упрощения и унификации процедуры построения карты рисков были выбраны аналогичные параметры, что и использовались для формирования модифицированной матрицы рисков. Вариативная замена параметров позволяет учесть изменение различных факторов, а также оценить изменение позиции риск-профиля в различных комбинациях элиминированных параметров.

Карта рисков по выбранной градации значений параметров вероятности реализации рисков и уровня достаточности информации по координатным осям поделена на десятичные интервалы. В случаях необходимости такая градация может быть изменена с сохранением пропорций. Вертикальная ось карты рисков отражает числовое значение каждого сектора и представляет собой количество однотипных рисков, соответствующих заданным критериям. Включение на карте и матрице рисков вместо параметра уровня достаточности информации о риск-факторах, показатель значимости или существенности рисков, выраженный в качественных значениях может затруднить процесс формирования корректной матрицы и карты рисков. Принимая во внимание данное обстоятельство, учет показателя значимости или существенности рисков возможно через параметр величины потенциальных потерь. Расчет данного параметра может быть построен как в относительном, так и в абсолютном выражении.

Величина потерь в относительном выражении стоится как частное от величины ущерба по риск-фактру к общей величине совокупных потенциальных потерь при гипотетической реализации всех рисков проекта. Расчет потенциальных потерь в абсолютных величинах не сопряжен с особыми трудностями и производится в соответствии с классическими подходами оценки вероятных потерь. Для сохранения расположения на матрице рисков кластерных позиций целесообразно использовать градацию значений параметров с одинаковым размером. В противном случае может возникнуть ситуация, когда определенная кластерная позиция не будет соответствовать реальному ее расположению.

Принятие управленческого решения при не корректном выборе методов и средств по кластерной позиции могут иметь значительные последствия для эффектного функционирования всей системы проекта государственно-частного партнерства.

Рисунок 3.3 – Карта рисков (в авторском видении)

Представленная карта рисков значительно отличается от уже известных описаний, однако имеет ряд достоинств, главным из которых является возможность оперативного принятия решений. Так как картографирование рисков является частью процесса риск-менеджмента, позволяющий выявить и оценить риски, то главным предназначением карты является выбор из имеющегося набора эффективной стратегии управления рисками. Набор базовых стратегий управления рисками учитывает особенности риск-факторов в той или иной кластерной позиции. Каждой кластерной позиции соответствует своя стратегия управления рисками с комплексом мероприятий.

В основе процесса управления рисками лежит выбор стратегических целей, различные комбинации которых могут быть сформированы в зависимости от кластерной позиции.

Для каждой кластерной позиции стратегические цели подразделяются на три иерархических уровня:

цели, обозначенные структурным элементом системы более высоко порядка;

цели, выбранные самим субъектом системы управления;

цели, обозначенные структурным элементом системы низшего порядка.

Выбор приоритетных целей развития системы управления рисками проектов государственно-частного партнерства будет основан на принципе консолидации, при этом могут быть изменены только цели, обозначенные самими субъектом управления и цели структурного элемента низшего порядка в организационной системе. Управление риск-факторами проекта с использованием модифицированной матрицы рисков основано на однонаправленности процесса управления с поступательным снижением общего уровня риска и повышением степени информированности о данных рисках. На основании имеющихся средств, инструментов и методов управления рисками проектов возможна выработка базовых стратегий в соответствии с характеристиками кластерных позиций на матрице рисков. Первая кластерная позиция характеризуется выбором базовой стратегии, которая направлена на уклонение от риска. В состав данной стратегии включены инструменты, позволяющие исключить наиболее опасные риск-факторы. К инструментам данной стратегии можно отнести: принятие решение об отказе от проекта; выбор более надежные партнеров по ведению основных производственных и коммерческих процессов проекта; создание региональных или отраслевых структур систем перестрахования; поиск «гарантов»

по проекту и др. Базовая цель стратегии первой кластерной позиции заключается в элиминировании риск-образующих элементов и исключении рисков с большим уровнем риска и мерой неопределенности. Постановка такой цели обусловлена ограниченностью внутренних возможностей в управлении рисками, так как большинство из них достигают своего максимального значения.

Реализация какого-либо риска в данной кластерной позиции может стать катализатором реализации остальных риск-факторов. В данном случае оптимальным будет направление, направленное на уклонение от уже имеющихся рисков с возможностью перехода во вторую кластерную позицию матрицы рисков.

В решении задачи по переходу проекта с первой кластерной позиции на вторую необходимо определить, что как и для первой кластерной позиции уровень риска в данном случае также будет максимальным. Основная цель стратегии второй кластерной позиции направлена на снижение уровня неопределенности по отношению к рискам проекта. Достижение стратегии второй кластерной позиции возможно при использовании инструментов и методов, позволяющих локализовать риск-факторы. В качестве основного инструмента данной стратегии можно отнести процесс выделения финансово-экономически опасных участков в самостоятельные объекты, с точки зрения организационной структуры и финансовых потоков. Отделение ряда несвязных процессуальных или объектных рисков в самостоятельные блоки позволяет значительно сократить общий уровень риска по проекту. Данный прием группировки рисков, сочетающийся с повышением уровня информированности о риск-факторов обеспечивает переход проекта на вторую кластерную позицию.

Частный случай скачкообразного перехода в четвертую и пятую кластерную позицию по матрице рисков в большинстве случаев может быть вызван структурным преобразованием рисков в процессе их управления. Суть структурного преобразования рисков проекта раскрывается в изменении синергетического эффекта совместной реализации различных рисков, при котором синергетических эффект будет направлен на снижение общего риск-профиля проекта. Обратная ситуация приведет к скачкообразному росту риска проекта и перехода на кластерный уровень с соответствующими характеристиками.

Третья кластерная позиция занимает центральное положение на матрице рисков, и тем самым определяет ее неоднозначный характер. Она позволяет использовать различные методы и инструменты управления рисками, при этом переход из данной кластерной позиции возможен в нескольких направлениях.

Стратегическое направление управления рисками проекта третьей кластерной позиции нацелено на распределение рисков. В качестве базовых инструментов стратегии распределения рисков можно выделить:

интегрированное распределение ответственности между бизнеспроцессами проекта;

диверсификация источников поступления ресурсов, а также направлений их использования;

распределение рисков по этапам реализации проекта;

расширение потенциальных рынков и сфер хозяйствования;

диверсификация видов деятельности.

Положение четвертой кластерной позиции с низким уровнем риска и высоким уровнем неопределенности указывает на необходимость повышения степени информированности о рисках. Основная цель в процессе управления рисками на данном этапе – это компенсация рисков проекта. Стратегическое направление данной кластерной позиции характеризуется использованием таких инструментов как: внедрение стратегического и операционного интегрированного планирования; планирование и прогнозирование внешних и внутренних условий реализации проекта (факторов непосредственного и косвенного влияния); мониторинг параметров реализации проекта, а также нормативного правового обеспечения. Все перечисленные инструменты позволяют построить эффективное информационное поле по управлению рисками проекта, принятию взвешенных управленческих решений на основе достаточной и достоверной информации о рисках и их последствиях реализации. Обеспечивая тем самым переход к пятой кластерной позиции.

Пятая кластерная позиция является исходной позицией матрицы рисков, ей свойственны показатели низкого уровня рисков и степени неопределенности. Стратегическое направление и базовая цель данной позиции направлены на поддержание данного уровня. Достижение поставленной цели возможно с использованием инструментов и методов предупреждения рисков. В комплекс инструментов данного стратегического направления включены направления создания различных резервов (по видам ресурсов); создание институциональных субъектов поддержания реализации и деятельности проекта; использование консервативных методов ведения хозяйствования и др.

Подход использования одной стратегии в управлении рисками по кластерной позиции является неоднозначным, так как консолидированная кластерная позиция отражает комплексный набор кластерных позиций различный организационных уровней проекта. Для обеспечения эффективного управления рисками необходимо достижение каскадирования процесса. Использование модифицированной матрицы рисков с определенными стратегическими направлениями в процессе управления рисками проекта предполагает построение таблицы принятия решений. Построение данной таблицы обеспечивает выполнение принципа каскадирования процесса и обоснованного выбора управленческих решений.

Формирование таблицы принятия решений происходит в разрезе двух параметров:

параметр альтернатив (Aj) – характеризует набор альтернативных 1.

решений и группирует их в соответствии с выработанными признаками;

параметр событий (Ci)– характеризует возможные сценарии развития событий при реализации проекта.

Параметр альтернатив и параметр событий таблицы принятия решений являются вариативными, то есть изменяемыми в силу наличия отклонений в ходе реализации проекта. Так как оба параметра вариативны, ограничений к количеству значений данных параметров не представляется возможным установить. Критериальным показателем в таблице принятия решений является уровень эффективности в относительном исчислении, а также абсолютный эффект при выборе конкретной альтернативны решений в заданных условиях реализации проекта. Оптимальным условием принятия управленческого решения в сфере риск-менеджмента проекта является выбор решения с максимальным уровнем ожидаемой полезности как меры эффективности.

Проблемы отсутствия согласованного принятия решений об управлении рисками проекта требует особого внимания. Выбор оптимального решения в каждом конкретном случае сопряжен с трудностями принятия решений в рамках целостной организационной структуры, имеющей несколько различных уровней подчиненности.

–  –  –

Интегрированной подход в данной ситуации позволяет нивелировать возникающие сложности. В качестве одной из моделей интегрированного управления рисками проектов может быть модель, учитывающая внешние и внутренние условия реализации проекта, этапы жизненного цикла, а также оценку текущего состояние риск-профиля проекта, охарактеризованного конкретным положением кластерной позиции на матрице рисков. Выбор перспективных направлений развития проекта, подкрепленный обоснованными управленческими решениями позволяет успешно реализовать проект.

Модель управления рисками проектов государственно-частного партнерства должна учитывать различные факторы, базовым из которых, при прочих равных условиях, является тип проекта.

Расширяя классическое представление о классификации проектов партнерства государства и частного бизнеса можно выделить 2 группы проектов:

проекты государственно-частного партнерства, реализуемые на региональном и федеральном уровне (имеют трансмуниципальны характер);

проекты муниципально-частного партнерства, реализуемые в рамках муниципальных образований (частный случай ГЧП-проектов).

Проекты государственно-частного и муниципально-частного партнерства носят общий характер, в их структуре все проекты подразделяются на инициативные бизнес-проекты, комплексные инвестиционные планы/программы и инфраструктурные проекты.

Базовое определение типа проекта, а также модели и формы его реализации закладывают ограничительные условия на осуществление управленческих действий по проекту в период его создания и функционировании.

Принимая во внимание, что данные параметры уже заложены как изначальные условия, модель управления рисками проектов государственно-частного партнерства включает 10 организационных блоков:

блок сбора информации;

блок анализа информации;

блок целеполагания;

блок стратегических ориентиров;

блок методов и инструментов;

блок управления события и процессами;

блок идентификации и оценки рисков;

блок показателей риск-эффективности;

блок оценки эффективности;

блок мониторинга и контроля.

Функционирование каждого организационного блока основано на принципе взаимозависимости и взаимообусловленности. Общая схема модели управления рисками проектов государственно-частного партнерства представлена на рисунке 3.4.

Модель управления рисками проектов описывает процесс, идентификации наиболее существенных рисков и механизмов реагирования на них с упреждением на основе модифицированной матрицы рисков, не ожидая, пока рисксобытие реализуется. Использование модели управления рисками с набором инструментов и методов воздействия на риски, позволяет использовать интегрированный подход к управлению всем проектом в целом.

Управление рисками портфелем проектов в рамках сложных организационных структур – это система организационно-экономических воздействий на основные процессы деятельности предприятия, реализующего портфель проектов, осуществляемых на основе прогнозов и учета риска в оценках последствий принятых управленческих решений и государства, осуществляющего функции модератора реализации проектов.

Представляется целесообразным, чтобы процесс управления портфельными рисками в условиях государственно-частного партнерства решал следующие задачи:

выявление и оценка проектных рисков;

создание и совершенствование инструментов управления рисками;

оперативное предоставление лицам, принимающим решения сведений о рисках и возможных способах реагирования на риски проектов;

реализация мер по удержанию рисков проектов на допустимых уровнях;

оптимизация финансовых ресурсов, необходимых для предупреждения и/или ликвидации последствий наступления возможных рисковых событий.

Условия внешней среды Условия внутренней среды Проект государственно-частного партнерства Нормативно-правовые Организационные

–  –  –

Рисунок 3.4 – Модуль управления рисками проектов государственно-частного партнерства Таким образом, система управления рисками портфелем проектов должна создавать условия для качественного анализа риска, выявления источников и причин риска, определения потенциальных зон риска, этапов и работ по управлению рисками.

Тем самым система должна способствовать повышению качества прогнозирования и стратегического управления организационными структурами, получению практических выгод и избеганию возможных негативных последствий проявления идентифицированных рисков проектов.

Для реализации и внедрения системы управления проектными рисками нами предлагается, информационно-логическая модель и методический подход к созданию своеобразной подсистемы проектного риск-менеджмента. обеспечивающей поддержку и задающей алгоритм выполнения основных функций работы риск-менеджера предприятия, реализующего проект.

Отметим, что предварительно на этапе подготовки проекта к реализации в обязательном порядке должен анализироваться выбор целей и стратегии проектаЭто необходимо, учитывая, что на этапе собственно реализации должна выполняться корректировка стратегии.

Такая корректировка производится в качестве ответа на изменения во внешней среде для снижения кумулятивного эффекта нарастания взаимовлияющих рисков, как проектов, так и портфеля проектов государственночастного партнерства. В контексте уже реализуемой стратегии управления проектными рисками важное место занимает выбор соответствующих методов и инструментов реагирования на риски, выбор которых в обязательном порядке учитывает характер целевых ориентиров, представленных в виде ключевых показателей риск-эффективности проектов.

Стратегия реагирования на риски – это набор методов и инструментов, которые будут использованы для снижения последствий или вероятности возникновения идентифицированных рисков проектов. Причем для каждого риска необходимо выбрать свою стратегию (или комбинацию из различных стратегий), которая обеспечит наиболее эффективную работу с ним. Выбор такого рода стратегии осуществляется на основании результатов количественной и качественной оценок, позволяющих определить, сколько времени, денег и усилий потребуется затратить для ограничения риска.

Предполагается четыре типовые стратегии реагирования на появление негативных рисков: уклонение, передача, принятие и снижение. Уклонение от риска. Эта стратегия состоит в полном исключении воздействия риска на проект за счет изменений характера проекта или плана управления проектом. Однако стратегия уклонения не может полностью исключить риск. Передача риска. Стратегия передачи также исключает угрозу риска путем передачи негативных последствий с ответственностью за реагирование на третью сторону. Передача риска обычно сопровождается выплатой премии за риск стороне, принимающей на себя риск и ответственность за его управление. Сам риск при этом не устраняется.

Принятие риска. Стратегия означает решение не уклоняться от риска.

При пассивном принятии риска ничего не предпринимает в отношении него и в случае его возникновения разрабатывает способ его обхода или исправления последствий.

Внешняя среда реализации проекАнализ внешних связей, тов Анализ внутренних связей, выявление угроз и возвыявление сильных и слабых можностей сторон

ПРЕДПРИЯТИЕ

реализующее проект

–  –  –

Рисунок 3.5 – Логическая модель управления проектными рисками Снижение риска.

Стратегия предполагает усилие, направленное на понижение вероятности и/или последствий риска до приемлемых пределов. В стратегии снижения используется включение в план проекта дополнительной работы, которая будет выполняться независимо от возникновения риска.

Конечно, невозможно полностью учесть все риски реализации проектов. Всегда следует ожидать, что какие-то негативные последствия реализации проектов приведут к серьзным потерям как со стороны государства, так и со стороны частного бизнеса. Но, во всяком случае, можно утверждать, что использование модели управления рисками в рамках таких сложных организационных структур как проекты государственно-частного партнерства, во-первых, снижает потенциальные риски, а, во-вторых, в идеале локализует их воздействие. Таким образом, описанный методический подход к управлению рисками проектов государственно-частного партнерства раскрывает основные моменты оценки и анализа рисков, построения модифицированной матрицы и карты рисков, позволяющих определить набор стратегических приоритетов и методы управления рисками всего проекта и отдельных организационных его единиц, а также учитывает механизм выработки оптимального управленческого решения в сфере риск-менеджмент проекта. Учитывая приведенный методический подход к оценке рисков и управлению ими, целесообразно рассмотреть направление выбора путей рациональной реализации проектов.

Эффективная реализация проектов государственно-частного партнерства в не зависимости от масштабов и видов деятельности основывается на оптимальном подходе к выбору данных проектов из совокупности портфеля проектов для реализации, а также подбора и определения наиболее рациональных мест их приложения. Данный подход к процедуре отбора проектов государственно-частного партнерства носит характер адаптивного в виду того, что он охватывает различные направления процедуры и объединяет их в единый универсальный комплекс. К адаптивным системам управления можно отнести совокупность методов, позволяющих генерировать новые системы управления, которые позволяют изменять параметры субъекта управления и его структуру в зависимости от изменения параметров объекта управления, возникновения экзогенных факторов. Адаптивный подход предполагает соблюдения ряда общих концептуальных принципов1.

К основным принципам систем адаптивного управления относятся следующие:

1. Принцип обратной связи.

При помощи обратной связи происходит измерение характеристик управляемого объекта и вырабатываются реакции, выражающиеся в управляющих воздействиях.

2. Принцип многоуровневости.

Данный принцип предполагает, что адаптивная система управления состоит из ряда подсистем.

3. Принцип необходимого разнообразия.

Dumont, G., Huzmezan, M.: Concepts, methods and techniques in adaptive control. In: Proceedings American Control Conference (ACC 2002), Anchorage, AK, USA, vol. 2, pp. 1137–1150 (2002) 32 Стратегические целевые ориентиры управления портфелем проектов Стратегии реагирования на угрозы и возможности проектов

–  –  –

Рисунок 3.6 – Стратегии реагирования на проектные риски Он утверждает, что разнообразие управляющей системы должно быть не меньше разнообразия объекта управления.

В отличие от адаптивных, иные («неадаптивные») системы управления должны для поддержания способности управления объектом включать небольшое число объектов. Адаптивные системы подразумевают отсутствие определенного стационарного закона управления для элементов заданного класса. В процессе функционирования системы, чем больше проявляется ее разнообразие, тем в большей степени должны происходить изменение ее параметров и структуры.

4. Принцип открытости.

Соответствие системы данному принципу определяет все внутренние процессы в адаптивной системе управления. Открытость системы предполагает, что в ней и через не свободно могут перемещаться различные ресурсы, система воспринимает экзогенные факторы и оказывает ответное воздействие через эндогенные факторы.

5. Принцип дуального управления.

Управляющие воздействия носят двойственный характер. С одной стороны, они призваны управлять объектом, с другой служат для изучения ее свойств и закономерностей для последующих управляющих воздействий. То есть, структура управляющих воздействий должна изменяться в соответствии с изменениями параметров системы объекта управления.

Аналогичные принципы управления были изложены в работе «Проектирование систем адаптивного управления производством» Сурихина В.И., Забродского В.А., Копейченко Ю.В. Целевой характер адаптивного управления позволяет выявить основные параметры риск-менедмента в данном контексте формирования процедуры отбора ГЧП-проектов1: прогнозно-аналитический характер; превалирование стратегических функций; экономико-математическое моделирование; вариантность; вероятность. Параметры риск-менджмента в адаптивной системе управления не отличаются от классических параметров, затрагивают основные направления разработки риск-профиля проекта.

Основой для разработки риск-профиля проекта, в том числе проектов государственно-частного партнерства, преимущественно являются методы и инструменты экономико-математического моделирования, поскольку качественные методы не могут в полной мере оценить риски реализации проектов с соответствующей точностью и надежность. Адекватная оценка рисков проектов позволяет определить проекты с изначально неэффективные, несущие в себя потенциальные риски для других участников инфраструктуры. Такие проекты не выполняют возложенные на них задачи, а также не позволяют получить как коммерческие, так и социальные эффекты при их использовании. Использование адаптивной системы преобразует классическое экономико-математическое моделирование в агент-оринтированное моделирование 2. Принципиальной особенностью данного моделирования является восприятие системы как набора автономных агентов, принимающих самостоятельные, независимые решения.

Основываясь на описанных принципах построения адаптивных систем управления и положениях агент-оринтированного моделирования, был сформирован адаптивный универсальный подход к процедуре отбора проектов государственно-частного партнерства, учитывающий многоуровневость данной процедуры, характерные для не различные региональные аспекты реализации проектов.

Схематично данный подход представлен на рисунке 3.7 и включает в себя 7 основных блоков анализа:

Повов Р.А. Антикризисное управление, – М.: Высш.шк., 2005, с. 176-180 Pushnoi, G. S., Bonser G. L. (2008). Method of Systems Potential as «Top-Bottom» Technique of the Complex Adaptive Systems Modelling. In Ang Yang & Yin Shan (eds.) Intelligent Complex Adaptive Systems, IGI-Publishing, Hershey-London, 26-73.

OR/MS Today: Agent-Based Simulation Comes of Age, August 2006. Режим доступа:

http://www.agsm.edu.au/bobm/teaching/SimSS/orms-agent_files/agent.html Модель реализации проекта Региональные и отраслевые аспекты

–  –  –

Экономические Величина вновь созданной добавленной стоимости товаров (услуг, работ), доля вклада проекта в валовой региональный продукт (ВРП) эффекты реализации

–  –  –

Рисунок 3.7 – Адаптивный универсальный подход к процедуре отбора проектов с элементами риск-менеджмента базовые условия реализации;

параметры риск-эффективности проекта;

риск-функция проекта;

социальные эффекты реализации;

экономические эффекты реализации;

коммерческие эффекты реализации;

бюджетные эффекты реализации.

Каждое направление оценивается и анализируется на первом этапе отдельно друг от друга, только после проведения полного анализа, в рамках второго этапа, данные направления оцениваются в комплексе. Обособленно выделяется направление оценки инфраструктурного и мультипликативного эффектов, отражающий воздействие реализации проекта на другие отрасли экономики, сферы социальной деятельности как в данной регионе, так и сопредельных.

В данном случае роль инфраструктурного эффекта заключается в определении уровня изменения состояния инфраструктуры в непосредственном месте реализации проекта, его влияния на другие сферы деятельности и хозяйствования. В соответствии с этим можно дать определение понятия «инфраструктурный эффект». Инфраструктурный эффект – это эффект, выражающийся в изменении состояния инфраструктуры в регионе, при котором создается больший экономический или коммерческий эффект при реализации проектов в комплексе, чем от создания проектов, не направленных на общие мультипликативные результаты деятельности.

Экономическая природа инфраструктурного эффекта сходна природе мультипликативного эффекта, однако инфраструктурный эффект в отличие от второго затрагивает лишь отдельные области реализации проектов государственно-частного партнерства и представляет собой частные экстерналии осуществления проектов.

Адаптивный подход к процедуре отбора проектов государственночастного партнерства основывается на формировании панели индикаторов и расчета интегрального показателя, по которому осуществляется ранжирование как самих проектов, так и мест их приложения с точки зрения территориального и отраслевого аспектов.

Для формирования панели индикаторов целесообразно использовать показатели, которые в достаточной степени отражают условия реализации проектов. Общая логика расчета игрального показателя, определения коэффициентов при интегральном показателе представлена системой уравнений, а также схематично раскрыта на рисунке. В схеме отражена многоуровневость расчета и универсальность подхода к обору проектов государственно-частного партнерства.

Учитываются различные факторы, которые могут оказать значительное влияние на итоговый расчет интегрального показателя.

Для расчета интегрального показателя необходимо провести ряд предварительных расчетов и действий:

1. Определение уровня проведения оценки.

2. Формирование панели индикаторов.

3. Расчет нормированных коэффициентов.

4. Итоговый расчет интегрального показателя.

5. Ранжирование результатов уровня оценки.

6. Ранжирование результатов всех уровней (построение многоугольника рангов).

Для проведения 3 и 4 этапов необходимо руководствоваться следующими функциями: во-первых, расчет нормированных коэффициентов для каждого показателя в панели индикаторов –

–  –  –

во-вторых, расчет интегрального показателя в целом по выбранному уровню – (4) где

– интегральный показатель j-уровня оценки,

– фактическое значение i-индикатора,

– нормированный коэффициент i-индикатора.

Описанный подход к расчету позволяет построить независимую оценку показателей, с той точки зрения, что показателям не устанавливается весовые коэффициенты, каждый показатель оценивается отдельно от других, при этом интегральный показатель учитывает в равной степени изменение каждого из них. В качестве апробации описанного подхода для примера проведения расчетов можно рассмотреть один уровень – региональные условия для реализации проектов, в том числе проектов государственно-частного партнерства. Для формирования панели индикаторов были выбраны финансовые коэффициенты, характеризующие условия ведения хозяйствования по субъектам федерации.

Отбор финансовых коэффициентов и финансовых показателей строится в несколько этапов. Гипотеза выбора репрезентативных индикаторов строилась на проверки перекрестного влияния каждого из них (множественной корреляции) с уровня зависимости не более 85%.

На основании данной гипотезы были выбраны 10 показателей по каждому субъекту Российской Федерации, составленные на основе консолидации отчетных данных предприятий и организаций по всем видам экономической деятельности (ОКВЭД 1) за период январь-октябрь 2010 г.:

Рентабельность продаж, % Рентабельность собственного капитала, % Соотношение заемного и собственного капитала, раз Постановление Госстандарта РФ от 06.11.2001 N 454-ст «О принятии и введении в действие Общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКВЭД)»

Обеспеченность собственными оборотными средствами, % Фондоотдача (оборачиваемость основных средств), раз Удельный вес собственного капитала в совокупном капитале (коэффициент автономии), раз Текущая ликвидность (общее покрытие), раз Быстрая ликвидность (промежуточное покрытие), раз Абсолютная (немедленная, мгновенная) ликвидность, раз Оборачиваемость активов, раз



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
Похожие работы:

«Ход конем: выжимаем из бизнеса максимум В кризис нужно делать все то же самое в 10 раз быстрее. Но как? Что такое Битрикс24? полный комплект инструментов, необходимых для организации работы компании Повышаем лояльность клиентов и уровень пр...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ Российский университет дружбы народов Кафедра экономики предприятия и предпринимательства Направление подготовки: 38.06.01 Экономика Профиль: 0...»

«Оныншы, индустриалды-инновациялы даму. азастанда индустрияландыруды базалы институционалды негіздері рылан: экономиканы тратылыын амтамасыз ететін лтты ор; Жаа баыттарды іске асыруа арналан мемлекетті леуетін шоырландыратын Самры-азына А; ртараптандыру дерісімен атар жретін даму институттары. 2010 жылы демелі инду...»

«МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ "СИМВОЛ НАУКИ" №12/2015 ISSN 2410-700Х 5.Перепелкин А.И., Захарьева Н.Н., Краюшкин А.И., Пикалов А.С. Суточное мониторирование сердечного ритма у больных со сколиозом...»

«УДК 332.812.14 Л. А. КОМИССАРОВА9 ОТЕЧЕСТВЕННЫЙ ОПЫТ ПРИМЕНЕНИЯ АНТИКРИЗИСНЫХ МЕР НА РЫНКЕ ЖКУ Ключевые слова: антикризисные меры, жилищно-коммунальные услуги, капитальный ремонт, отечественный опыт, проекты, товарищества собственников жилья, уровень благоустройства. Аннотация. В статье рассматривае...»

«107140, г. Москва, Комсомольская площадь, д.6. ИНН 7715869049, КПП 771501001, ОГРН 1117746432484 Е-mаil: inbox@sgtk.su / Web: www.sgtk.su Тел.: +7 (495) 761 20 99. Вниманию партнеров ФСК "СГТК" Re: Справка о холдинге СГТК из 3-х частей: финансовый конса...»

«Краткая информация об ООО "Росэкспертиза" ", включая сведения об общем опыте работы на рынке аудиторских услуг Общая информация об ООО "Росэкспертиза" 1. ООО "Росэкспертиза" является одной из ведущих национальных компаний, оказывающих услуги в областях аудита, бухгалтерского учета,...»

«ЗОЛОТОДОБЫЧА В МОНГОЛИИ © Попов К.М. Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова, г. Москва С учетом богатства и разнообразия полезных ископаемых в Монголии, одной из важнейших задач является скорейшее освоение природных ресурсов с целью создания условий для устойчивого экономического развития...»

«УДК 658.6 ББК 65.42 З 38 Е.Н. Захарова Доктор экономических наук, профессор, заведующая кафедрой экономики и управления Адыгейского государственного университета, г. Майкоп. Тел.: (8772) 59 39 86, e-mail: zahar-e@yandex.ru. Т.И. Афасижев Доктор социологиче...»

«ECE/TRANS/232 ЕВРОПЕЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ Комитет по внутреннему транспорту СПС с поправками, внесенными по состоянию на 23 сентября 2013 года Соглашение о международных перевозках скоропортящихся пищевых продуктов и...»

«УДК 336.1 (470.26) А. Г. Мнацаканян, А. Н. Кохан РАЗВИТИЕ ФИНАНСОВОЙ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ Исследуются итоги муниципальной реформы; проводится анализ бюджетной политики Калининградской области; выявляются проблемы формирования доходной части местных бюд...»

«Всемирный банк Сообщение для СМИ Контактные лица: Меррелл Так-Примдал (202) 473-9516 № 2002/111/S Mtuckprimdahl@worldbank.org Ана Элиза Луна Баррос (202) 473-2907 alunabarros@worldbank.org Стиван Джексон (ТВ/радио) (202) 458-5054 Sjackson@worldbank.org НОВЫЙ РАУНД ТОРГОВЫ...»

«ЖУРНАЛ КОРПОРАТИВНЫЕ ФИНАНСЫ №4(12) 2009 130 Концепция анализа сетевого капитала как драйвера стоимости компании Байбурина Э.Р.29, Жуковец О.С.30 Сетевой капитал компании образуется на основе взаимодействия организации с в...»

«чем Расскажет, занимаются ваши сотрудники в рабочее время чем занимаются ваши асскажет, отрудники в рабочее время INFOWATCH ENDPOINT SECURITY МНОЖЕСТВО ЗАДАЧ – ОДНО РЕШЕНИЕ Бизнес ежедневно сталкивается с новыми задачами, и от современного руководителя требуется быстрое и оперативное решение возникающих проблем,...»

«Г.Н. АНДРЕЕВА СОЦИАЛЬНО ОРИЕНТИРОВАННАЯ РЫНОЧНАЯ МОДЕЛЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КОНСТИТУЦИИ: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ 1 -В данной научной работе использованы результаты, полученные в ходе выполнения проекта Конституционные пределы приватизации (N 11-04-0033), выполненного в рамках Программы Научный фонд ГУ-ВШЭ в 2011 году. Понятие экономической...»

«1 Содержание Раздел 1 Миссия Воронежского государственного университета 3 Раздел 2 Общая характеристика структуры деятельности Воронежского государственного университета, результаты анализа внешней и внутренней среды 3 Раздел 3 Стратегические цели и задачи ВГУ 11 Раздел 4 Мероприятия и проекты программы 12 Раздел 5 Финансо...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ (ФИЛИАЛ) АКАДЕМИИ ГЕНЕРАЛЬНОЙ ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ С. Л. Б А С О В УЧАСТИЕ ПРОКУРОРА В АДМИНИСТРАТИВНОЮРИСДИКЦИОННОМ ПРОЦЕССЕ Учебное пособие Санкт-Петербург ...»

«аналитика ЛЭСИ а Лаборатория экономиконалитика социологических исследований ЛЭСИ Серия основана в 2008 г. Ответственный редактор серии В.В. Радаев Издательский дом Высшей школы экономики Москва 2013 ВЫСШАЯ ШКОЛА ЭКОНОМИКИ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Лаборат...»

«ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ СРЕДНЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "Бузулукский лесхоз-техникум" "УТВЕРЖДАЮ" Директор ГБОУ СПО "Бузулукский лесхоз-техникум" /В.Л. Собчук " "РАБОЧА...»

«УДК 339.9 ББК 30.609 В.И. ТАСКАЕВ Использование специальных познаний при таможенном контроле ввоза продукции, содержащей озоноразрушающие вещества Рассматриваются проблемы таможенного контроля ввоза продукции из списка D Постановления Правительства от 08.05.1996 № 563. Приводится оценка эффек...»








 
2017 www.lib.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.