WWW.LIB.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные материалы
 

«Ю. М. КОБИЩАНОВ Место исламской цивилизации в этноконфессиональной структуре Северной Евразии—России Понимание России как чего-то принципиально отличного и от европейской ...»

Ю. М. КОБИЩАНОВ

Место исламской цивилизации

в этноконфессиональной структуре

Северной Евразии—России

Понимание России как чего-то принципиально отличного и от европейской

цивилизации, и от цивилизаций Азии имеет долгую историю. В разное время ее

характеризовали как цивилизацию или межцивилизационное пространство. Я

исхожу из того, что Россия возникла и развивалась как динамичная система

различных культур и цивилизаций, из которых одни погибли, а другие обнаруживают замечательную жизнеспособность и перспективу на будущие века.

Полтора тысячелетия тому назад территория нынешней России представляла собой доцивилизованное пространство Северной Евразии, наиболее удаленное от теплых, судоходных морей и плодородных южных речных долин. Северная Евразия лежала к северу от пояса древних цивилизаций и к западу от славяно-германской Европы. Великая река Енисей делила Северную Евразию на две части. Западная, до Балтийского моря, была населена в основном угро-финско-самодийскими и отчасти балтскими народами, восточная, до Тихого океана — палеоазиатскими, тунгусскоманчжурскими и — по краям — енисейскими и эскимосскими этносами. В степном поясе в западной половине жили иранские, в восточной — тюркские и монгольские, а посредине — угорские и самодийские народы.

В первые века христианской эры центральные и западные земли степного пояса начали заселять тюркские скотоводы, частью которых были гунны. Они изгоняли или ассимилировали ираноязычных и угроязычных кочевников. Так, угорский компонент участвовал в этногенезе хазар, булгар (татар Поволжья), суваз-чувашей, башкиров, сибирских татар, части алтайцев, хакасов и тувинцев, балкарцев, карачаевцев, кумыков; иранский (сарматский и аланский) — в этногенезе хазар и трех последних из указанных выше этносов, а также крымских татар.



В свою очередь, различные тюркские элементы стали составной частью этногенеза мадьяр, а также русских, украинцев и болгар (славян).

Из степного пояса по Лене, Волге и другим рекам тюркские этносы проникали в таежный пояс 1. Здесь они смешивались с аборигенами лесов, ассимилировали их и с течением времени образовали новые тюркоязычные этносы.

По данным археологии, в III—IV веках в Нижнее Прикамье уже проникли первые завоеватели-тюрки, смешавшиеся с уграми и сарматами, вооруженные оружием, изготовленным в Средней Азии (Тураевский курганный могильник). Это были гунны. В конце IV—V века Среднего Поволжья и Прикамья достигла вторая, более мощная волна гуннского переселения, во второй половине VI—VII века — еще одна волна тюрков, связанная с Тюркским каганатом, и, наконец, в IX веке — булгарские племена [ 1 —5].

Кобищанов Юрий Михайлович — доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института Африки РАН.

С запада и юго-запада (из нынешней Украины) в лесной пояс Северной Евразии (вплоть до Верхней Волги) проникали славянские этносы (кривичи, вятичи, новгородские словене и др.), а также скандинавы. К XII—XIII векам славяне заселили новые обширные территории — от Великого Новгорода до Нижнего Новгорода и от Переяславля Рязанского до Переяславля Залесского. Здесь они жили чересполосно с финскими и отчасти балтскими народами, постепенно ассимилируя их.

Кочевники — тюрки и близкие им по культуре монголы — создали первые великие державы Северной Евразии: империи гуннской династии, тюркской династии Ашина, монгольской династии Чингизхана. В истории Восточной Европы особенно значительной была роль Хазарского каганата и Золотой Орды.

Сравнительно высокая культура древних гуннов и тюрков имела своим продолжением очаговые ранние цивилизации средневековой Северной Евразии, такие как кыргызская в Минусинской котловине, хазарская и булгарская в Восточной Европе.

К северу от них расцвели очаговые цивилизации угро-финских народов — угров Обьиртышья, мордовских этносов (Великая Пермь), а к югу — цивилизации Кавказа и Предкавказья (аланская цивилизация), примыкавшие как горная периферия к цивилизациям Ближнего Востока. Еще один очаг цивилизации в XI—XIII веках начал формироваться на северо-восточной окраине Киевской Руси, где в то время постепенно распространялись славянский язык и христианство, а в следующий исторический период образовалась великорусская народность.

С течением времени почти все эти цивилизации погибли, оставив культурное наследие среди народов нынешней России; сохранились лишь две — исламская и русская. Обе они участвовали в объединении и структурализации культурноисторического пространства Северной Евразии. Этот процесс проходил в тесной связи с распространением мировых религий, прежде всего христианства и с VII века нашей эры — ислама. Значение этих двух религий в процессе объединения и структурализации Северной Евразии в одно цивилизационное пространство было сходным, но не одинаковым. Достаточно сказать, что ислам в этом регионе мира был связан с одной цивилизацией — исламской, притом преимущественно с одной ее ветвью (тюрко-исламской), а христианство — с несколькими цивилизациями.

В X—XII веках, когда на территории нынешней России начало распространяться христианство, отдельные его очаги являлись продолжением весьма различных культурных регионов, а именно славяно-германской Европы (СевероВосточная Русь как часть Киевской Руси и балтийского мира), Кавказа (Алания и Хазария, включавшая в себя долины Сулака, Терека, Нижнего Дона и др.) и тюрко-монгольского мира азиатских степей, где наибольших успехов достигли несторианские миссионеры.

С течением времени некоторая часть тюркоязычных христиан обрусела или ассимилировалась с другими христианскими народами, небольшая часть (гагаузы) сохранила и прежний язык, и христианскую веру, но основная часть исламизировалась.

Первые общины тюркоязычных мусульман на территории нынешней России появились среди северодагестанских и нижневолжских хазар в VIII—IX веках.

В то время они составляли небольшие группы в городах, жившие в окружении христиан, иудеев и «язычников», исповедовавших древнетюркскую религию [ 6].

Вместе с мусульманами-хазарами в городских мечетях молились иноземные купцы (персы, арабы, хорезмийцы) и наемные воины-дейлемиты. В 922 году ислам официально приняли волго-камские булгары во главе с ильтевером (эльтебером) Алмушем, тогда вассалом хазар. Образовался очаг тюрко-исламской культуры — самый северный в средневековом мире анклав исламской цивилизации [ 7]. В том же X веке на территории нынешнего Казахстана ислам приняли карлуки (после 960 года), затем огузы, читали, ягма (и их правители — караханиды), хазары на Нижней Волге (в 965 году; в устье Дона, в Крыму и на Тереке они были христианами), а в 1010 году — печенеги на юге нынешней Украины.

В X—XII веках в поясе древних цивилизаций, где расцвела исламская цивилизация — одна из самых мощных и передовых в тогдашнем мире,— происходила тюркизация части старых мусульманских стран (Хорезм, Мавераннахр, Азербайджан, Малая Азия и др.); в других странах исламского региона (от Египта до Индии) во главе государств становились султаны-тюрки, окруженные тюркским воинством. Они поддерживали связь со степными единопленниками, из числа которых пополняли свои армии.

Тюркские народы пояса евразийских степей оказались под перекрестным влиянием двух очагов исламской цивилизации и исламизированной тюркской культуры: южного, простиравшегося от Малой Азии до городов Отрар (на юге нынешнего Казахстана), Беласагун (в нынешней Киргизии) и долины реки Тарим (в нынешнем Уйгуристане), и северного, первоначально занимавшего Среднее Поволжье и Прикамье, а в XIV веке расширившегося на юг до устья Волги и на восток до Иртыша и Оби. Процесс территориального расширения булгарского очага тюрко-исламской культуры ускорился в период существования улуса Джучи — Золотой Орды и тесно связанной с ней Белой и Синей Орд. Принятие ислама золотоордынским ханом Бирке в 1252 году, царствование хана Узбека (1312—1342), объявившего ислам государственной религией, правления Тохтамыша (1381—1398) и Едигея (1398—1415) были наиболее заметными вехами в процессе этнокультурной консолидации тюркских народов на огромном пространстве от Дагестана и даже Азербайджана до Удмуртии и нынешней Тюменской области, от Днепра до Иртыша.

В золотоордынский период волго-камские булгары-мусульмане (в отличие от неисламизированных чувашей) поменяли свой язык, превратившись в татар Среднего Поволжья. В это время в восточной половине Золотой Орды бурно протекал процесс этногенеза на основе ислама, кыпчакского языка и булгарской в основе культуры городского и оседлого сельского населения Поволжья.





Р. Мухамедова выделяет три основных этнических компонента в составе татар-мишарей: булгарский, мочарский (угорский, как и у башкир) и кыпчакский [8]. К этому Л. Гумилев добавляет русских пленников [9]; а я добавил бы также восточнофинских, особенно мордовских и марийских. Этногенез казанских татар был не менее сложен, что следует хотя бы из разнообразия их антропологических типов.

Кроме булгар домонгольского периода, пленников и пленниц различного этнического происхождения, в нем приняли участие несколько групп кыпчаков и близкородственных им саксинов и ногайцев.

О саксинах и их столице Саксин в низовьях Волги нам известно в основном по арабским и персидским источникам. Саксины представляли собой слившихся в один народ потомков хазар, гузов, хорезмийцев и кыпчаков, исповедовавших ислам и живших в XII — первой трети XIII века в низовьях и дельте Волги — единственном в Европе речном оазисе среди опустыненной степи. Наряду с ногайцами и другими народами саксины участвовали в этногенезе астраханских татар.

Лаврентьевская летопись сообщает (1229 год): «Саксины и половцы (кыпчаки.— Ю. К.) взбегоша из низу (Волги) к болгарам перед татары» [ 10].

В течение всего золотоордынского времени в Среднее Поволжье и Прикамье с юга переселялись большие и малые группы кыпчаков, пополнявших правящее и военное сословия Волжской Булгарии. Последней волной этих переселенцев были ногайцы в XV—XVI веках. Родственные булгарам по языку и культуре кыпчаки, саксины и ногайцы полностью слились с ними в Среднем Поволжье в один народ — татарский. Эту преемственность от булгар всегда ощущали сами татары. О ней знали и русские. Недаром Никоновская летопись XVI века многократно упоминает о тождестве казанских татар с волжскими булгарами [11]. При этом язык нового тюрко-мусульманского народа оказался ближе к кыпчакскому (но с сильным булгарским [ 12] и огузским [ 13] субстратом), а культура унаследовала булгарскую цивилизационную основу, включив в себя некоторые кыпчакско-ногайские элементы. Сохранились и особенности местного булгарского ислама [ 7].

Единая татарская народность на этом пространстве тогда не сложилась, но появилась намного более широкая, чем прежде, тюрко-исламская суперэтническая общность с непрерывной огромной территорией, занимавшей все центральные части тюркского мира. Несомненно, более половины территории Джучиева улуса, или Золотой Орды, входило в эту тюрко-исламскую общность, ставшую реальным этнокультурным центром Северной Евразии. Правда, в ее пределах оставались еще не исламизированные тюркские этносы (среди них предки чувашей). Не следует также преувеличивать глубину исламизации тюркоязычных земледельцев и скотоводов-кочевников, которые приняли ислам. Тем не менее несомненно, что тюрко-исламская культура волго-камских булгар в золотоордынское время распространялась не только вширь, но и вглубь, среди тюркоязычных этносов самой Булгарии. Вместе с тем она продолжала обогащаться за счет заимствования элементов иных цивилизаций и культур, входивших в монгольскую империю Чингизидов и ту культурно-политическую общность, которая сохранялась после распада этой державы на империи-улусы.

Особое значение имело культурное взаимодействие татаро-булгарской суперэтнической общности внутри Золотой Орды с культурами подвластных ей угро-финских народов (на землях которых появились татарские мусульманские города и княжества) и с Русским улусом — территорией складывавшейся великорусской народности.

Еще в домонгольский период Северо-Восточная Русь, в отличие как от Южной Руси, так и от Новгорода и Пскова, выбрала восточную политическую и культурную ориентацию в христианстве [14]. Этот выбор оказался определяющим на многие века. В бассейне Волги образовалось обширное поле культурного взаимодействия православного христианства с суннитским исламом. Северо-Восточная Русь, в частности Муромское, Нижегородское и Рязанское княжества (основанные на землях восточнофинских народов), стала его славяно-христианским полюсом, а Волжская Булгария — его тюрко-исламским полюсом.

Некоторые земли угро-финских народов поочередно завоевывались то славянами-христианами, то булгарами-мусульманами и по нескольку раз переходили из рук в руки. В 1088 году булгары овладели Муромом — крепостицей мордовского этноса мурома. Но уже в 1092 году близ него был построен Успенский монастырь, а в XII веке образовалось Муромское княжество, где правила ветвь черниговских Рюриковичей. В 1219 году булгары захватили город Устюг, принадлежавший русичам, но в 1236 году монголы взяли и сожгли их столицу Великий Булгар, а в следующем году разгромили половцев и близкородственных им мусульман-саксинов в дельте Волги.

Военные столкновения между народами Поволжья были эпизодами их истории, тогда как торговые связи по Волге и ее притокам — постоянным фактором развития, сопровождавшимся интенсивным обменом элементами культур.

При этом жившие вокруг Мурома, Устюга, Нижнего Новгорода угро-финские народы тоже оказались внутри поля культурного взаимодействия булгар-мусульман со славянами-христианами; другие угро-финские народы обитали по краям этого поля. Они стремились сохранить свои культуры и религии, но часть их все же приняла христианство и славянский язык, другая часть — ислам и тюркский язык, либо только язык, либо только веру русских или булгар.

Процесс культурного взаимодействия в бассейне Волги усилился, а поле его расширилось в период Золотой Орды. Тюрко-исламский Восток по-прежнему составлял одну из его главных частей, а другую — Владимирское великое княжество. Этому процессу способствовала и политика веротерпимости, характерная для Золотой Орды. Даже хан Узбек, казнивший тех татар (христиан и тенгристов), которые отказывались принимать ислам, выдал свою сестру Кончаку замуж за московского князя Юрия и согласился на ее крещение (под именем Агафьи).

Тесная связь Северо-Восточной Руси с тюркской Золотой Ордой косвенно способствовала фиксации западной границы складывавшейся русской цивилизации. Гумилев считал главной заслугой великого князя Ярослава и его сына Александра Невского заключенный ими в XIII веке союз Северо-Восточной Руси с Золотой Ордой, благодаря которому первая не была поглощена католическим Западом [14, с. 331—362; 15]. В конце золотоордынского периода, по Гумилеву, тюрко-исламский мир оказал еще одну услугу формирующейся России. В 1444 году в битве при Варне турки остановили крестоносцев, после чего заняли весь Балканский полуостров, а европейский католический мир, ослабив натиск на Восток, должен был несколько веков обороняться от экспансии османов в Средиземноморье и в Центральной Европе. В XIV веке московский князь Василий I с помощью войск золотоордынского хана Шадибека отстоял Москву от завоевания католической Литвой, отразил набег Едигея и присоединил к Московскому государству Суздальское княжество. Его преемник Василий II укрепил военные силы и, следовательно, независимость Московского государства, приняв на службу много татар, причем часть их (касимовские татары) сохранили ислам [ 14, с. 461, 462].

Справедливости ради добавим, что и Литва вместе с восточными и западными славянами в то время решала аналогичную задачу, защищаясь от немецкого (и шире — западноевропейского) натиска на Восток. В 1410 году соединенные силы поляков, литовцев, восточных славян, чехов Я. Жижки, татар-мусульман в битве при Грюнвальде остановили этот натиск, а затем чехи с помощью полабских и других славян повели контрнаступление против католической Германии.

Великий Новгород и Псков с помощью татар и литовцев сумели сохранить свою независимость от Ливонского ордена и Швеции, но не порвали и с Западом.

В этих войнах за независимость сложился союз славянских народов с литовцами, а также с частью татар-мусульман, существенно отличавшийся от союза Московско-Владимирской Руси с Золотой Ордой. Православная (гуситская) Чехия и православные земли Руси, не присоединенные к Московскому государству, сохранили свои связи с западным христианством, развили своеобразные национальные культуры (оказавшие влияние на польскую, словацкую, русскую и пр.), тогда как Московское государство, превращаясь в Россию, проявляло черты особой цивилизации восточнохристианского типа.

В Москве, превратившейся в XIV веке в подлинную столицу великого князя и митрополита Владимирского, народное христианство Северо-Восточной Руси начало приобретать отчетливо восточные черты, отличавшие его от христианства Малой и Белой Руси, Новгорода и Пскова, не порывавших связей с европейским христианским миром. Как и на христианском афро-азиатском Востоке, а также на Балканах, это объяснялось, с одной стороны, изоляцией от конфессиональных центров под властью восточной державы, частью же — влияниями ислама и древневосточного христианства. Но русское христианство (кроме староверческого) в XVIII—XIX веках не было настолько ориентализированным, как в странах Ближнего Востока или Балканского полуострова. Это отчасти объясняется относительной слабостью исламского и восточнохристианского влияний по сравнению с украинским, польским и западноевропейским влияниями (данная обширная тема лежит за пределами настоящей статьи). Носителями древневосточного христианства были тюркоязычные татары-несториане и православные бродники. Гумилев отметил изменение общественного настроения и стереотипа поведения московских христиан, происшедшее, по его мнению, под влиянием примкнувших к местной церкви татар — бывших несториан и тенгристов, частью номинально считавшихся мусульманами [ 14].

Упадок и распад Золотой Орды и тесно связанных с ней Синей и Белой Орд, начавшиеся междоусобицами 1359—1381 годов и завершившиеся в середине XV века, не разрушили сложившуюся систему взаимодействия, но значительно изменили его характер. В этом смысле Золотая Орда проложила дорогу Московскому царству.

В то время как в тюрко-мусульманской, восточной части системы на 100 лет возобладала политическая раздробленность, в славяно-христианской западной части произошло объединение отдельных княжеств вокруг Москвы, которая затем завоевала и тюрко-исламские ханства.

На новые восточные и южные земли с их богатыми почвами, рыбными реками и бескрайними лесами, изобиловавшими пушным зверем, из русских земель двинулись потоки переселенцев, за ними последовали ссыльные. Московское правительство также организовывало переселения: татар — в Касимов, Романов, Новгородскую землю и в другие западные области, ногайбаков — в Предуралье, карелов в Тверскую землю и т. д. Тогда-то в Москве, где уже существовали Пригороды, улицы и переулки с арабским названием Арбат, появилось компактно живущее постоянное тюрко-мусульманское население и к 1619 году, как отмечено в одном из документов, имелась Татарская слобода (в Замоскворечье). Мусульмане-татары и христиане-русские жили теперь чересполосно на огромной территории; взаимодействие двух этносов стало еще более интенсивным. В результате как материальная, так и духовная культура русских и татар обнаруживает много общих черт.

Характерным является то, что первые московские монеты времен Дмитрия Донского и Василия I чеканились с древнерусской надписью на одной стороне и арабской, содержащей имя татарского хана Тохтамыша,— на другой. В письмах московских великих князей и царей XV—XVI веков, адресованных в восточные страны, соблюдались каноны переписки ханов Золотой Орды. Элементы арабского стиля оформления писем сохранялись вплоть до 1700 года.

Сложное взаимодействие этнических культур и великих цивилизаций привело к тому, что, например, в области музыки Волго-Уральский регион по разнообразию форм не имеет себе равных ни в России, ни в Европе. Это относится и к другим сферам малой культурной традиции (например, сказочный, поэтический фольклор). Через исламское Поволжье в Россию пришли такие детали русского национального костюма, как сарафан, женский головной платок, армяк, башмаки, халат-поддевка и др. Важными результатами культурного взаимодействия в этом регионе (включающем и Западную Сибирь) стали разнообразный синкретизм и синтез мировых и языческих религий. Эти тенденции носили здесь во многом даже более сложный характер, чем в Турции, где тюрко-исламский мир также встретился с православным христианством.

Надо учитывать, что в отличие от малоазийских турков XI—XV веков лишь малая часть тюрков Джучиева улуса даже при Тохтамыше и Едигее была достаточно исламизирована. Среди волжских булгар предки чувашей и части нынешних кряшенов даже формально не приняли ислам, тюрки Синей и Белой Орд были в лучшем случае номинальными мусульманами, а угро-самодийские данники Синей Орды вообще не знали ислама. Недаром персидский историк XV века Шараф ад-Дин Йезди считал приближенных и воинов Тохтамыша неверными [16]. Как правило, города Золотой Орды с тюрко-мусульманским населением были окружены деревнями и кочевьями народов, исповедовавших доисламские религии.

Сходной была ситуация и в Северо-Восточной Руси. В XII—XIII веках христианские общины с церквями существовали преимущественно в городах, тогда как деревенское население сопротивлялось христианизации. И лишь в период Золотой Орды здесь строятся многочисленные монастыри, христианство покоряет деревню, появляется Святая Русь. Но и тогда, как и ранее, в деревенском и городском быту Северо-Восточной Руси процветало и развивалось христианскоязыческое двоеверие [14, 17]. Появление Московского царства, его завоевания в Поволжье, Приуралье и Сибири, колонизация этих земель русскими еще более усложнили систему синкретизма. Появились локальные новые подсистемы, например синкретизм у формально крещенных манси и хантов, который вынуждено было признать даже правительство царя Алексея Михайловича 2. В развивавшейся системе синкретизма у народов России ислам наряду с христианством стал одним их религиознокультурных элементов. Это заметно у чувашей, Так, например, обстояло дело в Кодском княжестве у манси. В период Сибирского ханства кодскиекнязья не приняли ислам, но после завоевания Сибири русскими вынуждены были креститься. Главным фетишем Коды являлся «Палтыш-болван». При крещении хантов и манси в XVI веке московское правительство приказало вывезти фетиш, но затем вернуло его в резиденцию князей. Здесь они в XVI—XVII веках содержали две богато украшенных церкви: одну с причтом, иконами и богослужебными книгами, другую — превращенную в сокровищницу — как древние местные святилища. Наряду с православным священником, который жаловался на почти полное отсутствие духовной паствы, при князе состоял шаман; соблюдались и христианские, и традиционные шаманистские обряды [см. 18].

марийцев Поволжья и Башкирии, бессермян Удмуртии, народов Западной Сибири.

Иной тип синкретизма ислама с христианством и древними традиционными культами сложился на Кавказе. Дополняя местную систему социальных отношений (с гостеприимством, побратимством, аталычеством, куначеством), он укрепился в качестве одной из основ общественной жизни осетин, абхазо-адыгских, вайнахских, аварско-цезских народов. Русское (или обрусевшее) казачество, исповедовавшее христианство, изначально входило в суперэтническое образование Северного Кавказа, поддерживаемое сложной системой социальных отношений и религиозным синкретизмом.

Христианство было официально господствовавшей религией лишь там, где находились русские наместники с гарнизонами регулярных или казачьих войск.

За пределами их постоянного присутствия — от Дагестана до Абхазии — ислам в XVI — середине XIX века вытеснял христианство. В течение всего этого времени мусульманские подданные России надеялись на помощь со стороны единоплеменных и единоверных государей, прежде всего турецкого султана-халифа, и каждый раз в XVII, XVIII и особенно в XIX веке самой дорогой ценой платили за участие в войнах между великими державами. В результате ногайцы и абхазо-адыгские народы потеряли большую часть своих этнических территорий.

Иначе обстояло дело с потомками исламизированных булгар. После зверств армии Ивана Грозного и последующих притеснений, которые привели к серьезному сокращению мусульманского населения, российское правительство в основном перешло к политике веротерпимости по отношению к исламу. Правда, еще в первой половине XVIII века Синод и епископ Казанский пытались насильственно обратить в христианство всех нехристиан Поволжья, в том числе татар. Но во второй половине XVIII века, когда взяли верх тенденции просвещенного абсолютизма, царский режим вернулся к политике веротерпимости по отношению к исламу. Впрочем, время от времени попытки крещения татар-мусульман возобновлялись и в XIX веке. В целом же можно сказать, что положение мусульман в России было лучше положения православных в Речи Посполитой конца XVII — начала XVIII века.

Главное — в Северной Евразии сохранился сам очаг ислама: здешние мусульмане не были изгнаны или вытеснены со своей земли, как ногайцы или абхазоадыгские народы Черноморского побережья Кавказа, а также арабы Испании, Сицилии и Мальты, где исламская цивилизация была полностью разрушена.

Напротив, в Поволжье, Приуралье и Западной Сибири продолжалось приобщение к исламской цивилизации тюркских народов. Во-первых, номинальные мусульмане все глубже усваивали ислам3. Во-вторых, хотя некоторая часть татар принимала христианство, гораздо больше было немусульман, принимавших ислам в условиях официального господства православного христианства как государственной религии. Культура и язык волго-камских татар широко распространились среди различных по своему происхождению этнических групп Среднего Поволжья и Прикамья4, вновь проникли на юг — в Нижнее Поволжье, на восток — в Башкирию, Оренбуржье и Западную Сибирь, где синтезировались с местными тюрко-исламскими культурами и языками. Более того, юго-восточные башкиры, казахи, кыргызы, часть ногайцев, хотя и сохраняли свои языки, но обогатили их татарской лексикой; исламские термины были освоены в татарском произношении. Волжско-татарское культурное влияние на эти народы (а также на кулундинских и барабинских татар) особенно возросло в XIX — начале XX века.

Одним из каналов этого влияния (достигавшего Узбекистана на юге) были проДо XVIII века мишари не устраивали мусульманских надгробий. Она заимствовали обычай установки надгробий у казанских татар в XVIII—XIX веках [см. 7].

На востоке нынешнего Татарстана булгаро-татарами были ассимилированы поселившиеся там в XV—XVII веках ногайцы, а также башкиры и тептяри чувашского происхождения, сохранившие память о своем происхождении до конца XIX века [19].

4 ОНС, № 2 грессивные для топ) времени мусульманские школы, где преподавали татары, образованные и по-исламски, и по-европейски [ 20].

Татарские купцы проложили путь русской торговле в Центральную Азию вплоть до Афганистана и Кашгарии. Как известно, татарский язык долгое время (до XVIII века) служил одним из языков дипломатической переписки и устного перевода при сношениях российского правительства и наместников пограничных областей с соседними тюрко-мусульманскими (а также нетюркскими и немусульманскими) государствами. Даже с Ойратской державой (последней по времени великой степной империей, на время объединившей нынешние Казахстан, Кыргызстан, Синцзян, Алтай, Хакасию, Туву, Тибет и Западную Монголию) вплоть до конца XVII века правительство России вело переписку исключительно на татарском языке [21].

*** Россия никогда не была территорией какой-либо одной цивилизации, но всегда являлась системой цивилизаций и этнических культур. С XVIII века в России доминирует «петербургская» разновидность западной цивилизации. Она произошла от синтеза абсолютистско-бюрократической западной культуры с российским самодержавием и традиционным допетровским государственным строем, в котором можно различить и автохтонные, и западные, и близкие к исламским элементы (приказы, ямская служба, стрелецкое войско и др.).

Проникали в Россию и другие западные влияния, вступая в синтез с местными цивилизациями. Западная цивилизация заняла центральное место в системе цивилизаций России, активно воздействуя и на русскую, и на исламскую цивилизации. Мусульманин, живущий в России, в зависимости от сферы деятельности в одном случае мог вести себя как человек исламской цивилизации, в другом — как человек русской цивилизации, в третьем — как европеец. То же относится.к русскому, осетину, марийцу. При этом существовали как бы переходные, промежуточные, «ничейные» межцивилизационные территории. Во многом от такой множественности стереотипов поведения зависела (и до сих пор зависит) пресловутая непредсказуемость поведения россиянина в тех или иных случаях.

Специфическая советская субкультура тоже представляет собой продукт западно-российского синтеза при главенствующей роли таких разновидностей западной культуры, как субкультура социалистической революции и «петербургская» российская самодержавно-бюрократическая культура с мощным субстратом русской цивилизации. Влияние исламской цивилизации на советскую субкультуру было почти не ощутимо, в частности в Волго-Уральском и Северокавказском регионах, хотя здесь наряду с русским (на Северном Кавказе и Башкирии также украинским) имелся и автохтонный культурный субстрат.

Большевики стремились разрушить все цивилизации и заменить их своей, коммунистической. Однако, несмотря на страшные потери, цивилизации бывшего СССР начали возрождаться. В Российской Федерации, как и до 1917 года, основная часть мусульман (около 10 млн) говорит на тюркских языках кыпчакской подгруппы; большинство их составляют татары. Общая же численность мусульман в России, включая тех, кто живет здесь временно и нелегально, сегодня составляет, по моей оценке, 18—20 млн. Через три десятилетия следует ожидать увеличения мусульманского населения России до 30—40 млн, главным образом за счет иммиграции. По моему прогнозу, мусульмане могут составить значительную часть афро-азиатских иммигрантов в России XXI века, причем общая численность иммигрантов (включая бывших советских граждан из стран Центральной Азии и Закавказья), а также их ближайших потомков к середине XXI века будет сопоставима с численностью этнических русских. Некоторые регионы России, бывшие мусульманскими или полумусульманскими в XVI веке (например Астраханская, Челябинская, Оренбургская, северо-восток Нижегородской и другие области), вновь могут стать наполовину мусульманскими [ 22].

В России XXI века коренное мусульманское население Северной Евразии может сыграть важную роль в процессе адаптации иммигрантов и их культурной интеграции в общество. Как и во все периоды своего исторического существования, Россия останется системой нескольких цивилизаций, внутри которой исламской цивилизации будет принадлежать одно из центральных мест.

ЛИТЕРАТУРА

1. Генниг В. Ф. Тураевский курганный могильник в Нижнем Прикамье //Вопросы археологии Урала. Вып. 2. Свердловск, 1962.

2. Генниг В. Ф. Азелинская культура // Вопросы археологии Урала. Вып. 5. Свердловск, 1963.

3. Генниг В. Ф. К вопросу об этническом составе населения Башкирии в I тыс. н. э. // Археология и этнография Башкирии. Т. П. Уфа, 1964.

4. Старостин П. Н. Этнокультурные общности предбулгарского времени в Нижнем Прикамье // Вопросы этногенеза тюркоязычных народов Среднего Поволжья. Казань, 1971.

5. Халиков А. X. Истоки формирования тюркоязычных народов Среднего Поволжья и Приуралья // Вопросы этногенеза тюркоязычных народов Среднего Поволжья. Казань, 1971.

6. Артамонов М. И. История хазар. Л., 1962.

7. Фахрутдинов Р. Г. Очерки по истории Волжской Булгарии. М., 1984.

8. Мухамедова Р. Г. Основные этнические компоненты в составе татар-мишарей по данным этнографии // Тезисы докладов научной сессии Института языкознания и литературы имени Г. Ибрагимова. 1970. Казань, 1971.

9. Гумилев Л. Н. От Руси к России. Очерки этнической история. М., 1992.

10. Полное собрание русских летописей. Т. I. Лаврентьевская летопись. Вып. I. Повесть временных лет. Л., 1927. Стб. 153.

11. Полное собрание русских летописей. Т. IX—XII. М., 1965. Патриаршая, или Никоновская летопись. Т. IX. С. 210; т. X. С. 98, 104; т. XI. С. 12 и др.

12. Булатов А. Б. Некоторые материалы о ногайско-татарскях связях в прошлом // Материалы по татарской диалектологии. Т. III. Казань, 1974.

13. Юсупов Г. В. Булгаро-татарская эпиграфика и топонимика как источник исследования этногенеза казанских татар//Вопросы этногенеза тюркских народов Среднего Поволжья. Казань, 1971.

14. Гумилев Л. Н. Древняя Русь и Великая Степь. М., 1992.

15. Гумилев Л. Н. Поиски вымышленного царства. М., 1970.

16. Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II. М., 1941. С 151.

17. Рыбаков Б. А. Язычество Древней Руси. М., 1988.

18. Бахрушин С. В. Остяцкие и вогульские княжества в XVI—XVIII веках//Известия научноисследовательской ассоциации народов Севера. Вып. 2. Л., 1935.

19. Исхаков Д. М. Из этнической истории татар восточных районов Татарской АССР до начала XX века//К вопросу этнической истории татарского народа. Казань, 1985.

20. Бартольд В. В. Сочинения. Т. II. Ч. 1. М., 1963. С. 297 и след.

21. Котович В. Л. Русские архивные документы по сношениям с ойратами в XVII—XVIII веках // Известия Российской Академии наук. Сер. V. Т. XIII. Пг., 1919.

22. Кобищанов Ю. М. Кто будет жить в России XXI века?//Независимая газета. 1995, 10 февраля.



Похожие работы:

«Библиотека-филиал №16 имени А.С. Пушкина "Централизованная библиотечная система города Ярославля" Краеведческие чтения – 2011 "Наш район старинный Красный Перекоп" Материалы чтений Избранное Ярославль, 2011 год Содержание 1. Быт рабочих Ярославской Большой Мануфактуры. Соколова Мария, учащаяся ОСОШ № 96...»

«ИСТПАРТ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (БОЛЬШЕВИКОВ) УКРАИНЫ ЛЕТОПИСЬ РЕВОЛЮЦИИ Ж УРНАЛ ПО ИСТОРИИ К П (б )У И ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮ Ц И И Н А УК РАИНЕ № 5 (26)— 6 (27) СЕНТЯБРЬ-Д ЕК АБРЬ ГОСУ Д А РСТ ВЕН Н ОЕ И ЗД А Т ЕЛ ЬСТ ВО УК РАИНЫ [9 : 323. 2 (47) (03)Г(47.714) = 9171J...»

«73 Шманкевич Т.Ю. Эволюция школьного экстерната: концепции. © 2016 г. Т.Ю. ШМАНКЕВИЧ ЭВОЛЮЦИЯ ШКОЛЬНОГО ЭКСТЕРНАТА: КОНЦЕПЦИИ, ПРАКТИКИ, ПРОБЛЕМЫ ШМАНКЕВИЧ Татьяна Юрьевна  – кандидат социологических наук, заместитель директора Центра социологических и интернет-исследований Санкт-Петербургского государственного унив...»

«Шагин Иван Анатольевич НАРОДНЫЕ СУДЫ И УСТАНОВЛЕНИЕ БОЛЬШЕВИСТСКОЙ ЗАКОННОСТИ НА ТЕРРИТОРИИ ПСКОВСКОЙ ГУБЕРНИИ В 1917-1919 ГГ. В статье рассмотрены особенности установления новой советской законности на территории Псковской губернии в 1917-1919 гг., выделены общие характеристики большевистского понимания законности, с...»

«УДК 791.43.03. Е.П.Алексеева ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ КАДРЫ КИНЕМАТОГРАФА ТАТАРСТАНА: ИСТОРИЧЕСКИЙ ЭКСКУРС. Приводится и анализируется кадровый состав работников "Таткино" в 20-30-е годы. По архивным источникам воссоздана биография Анатолия Краева, впоследствии первого директора Казанской студии ки...»

«Примерные ответы на вопросы к обязательному выпускному экзамену по учебному предмету “История Беларуси” по завершении обучения и воспитания на ІІІ ступени общего среднего образования Беларусь в условиях германской оккупации и Брестского мира: сопротивление населения и разделение терр...»

«Кулагин А.В., Кулагин В.А. 63-й Угличскiй пhхотный полкъ Углич Историко-музыкальный музей "Угличские звоны" Великие реформы В конце XVII столетия началась эпоха Петра I – время преобразований Русского государства, отра...»

«Молотков Михаил Борисович СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ РАЗВИТИЯ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В статье предпринят комплексный анализ процессов, происходящих в правоохранит...»










 
2017 www.lib.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.