WWW.LIB.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные материалы
 

«ГЕНЕЗИС ПРАВОВОЙ КУЛЬТУРЫ НАРОДОВ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА ...»

На правах рукописи

Манкиева Хадишт Мухтаровна

ГЕНЕЗИС ПРАВОВОЙ КУЛЬТУРЫ НАРОДОВ

СЕВЕРНОГО КАВКАЗА

24.00.01- теория и история культуры

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Ростов-на-Дону

Работа выполнена на кафедре философии и социологии факультета

новых социальных технологий Майкопского государственного

технологического университета

Научный руководитель - доктор философских наук, доцент Овсянникова Татьяна Анатольевна

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор Бакулов Виктор Дмитриевич Иванович, кандидат философских наук, доцент Акиева Хава Магаметовна

Ведущая организация - Кубанский государственный университет

Защита состоится в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.208.11 по философским наукам при Ростовском государственном университете по адресу: 344038, г. Ростов-на-Дону, пр. Нагибина, 13, ауд.427

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке РГУ (г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 148) Автореферат разослан «___» _____________ 2006г.

Ученый секретарь диссертационного совета М.В. Заковоротная

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Демократизация российского общества, переход страны к рыночным отношениям, повышение роли человека в правовой жизни предъявляют высокие требования к правовой культуре. Это можно объяснить тем, что правовая культура представляет собой сложный и многовариантный феномен культуры, постоянно развивающийся, обогащающийся в своем содержании и формах, чутко отражающий все изменения в обществе.



Отсюда вытекает необходимость обращения к исследованию основных этапов формирования правовой культуры, и - более широко - к изучению феномена правовой культуры в целом, ее места, роли и функций в социокультурном пространстве, затрагивающих ее процессов социальных изменений. Историко – философский анализ процессов динамики российских правовых систем требует в настоящее время изучения типологических характеристик и различных правовых культур в России и нуждается в углублении и развитии на основе широкого социокультурного подхода, рассматривающего право как составную часть национальной и духовной жизни. Очевидно, что нужен подлинно гуманитарный подход к анализу российской правовой действительности с позиций культурных традиций, интеграции разъединенных и противопоставлявшихся друг другу периодов жизни национального права. Такое осмысление проблемы позволит увидеть в отечественном правовом мире феномен юридического плюрализма на Северном Кавказе, имеющий свои закономерности развития и применения.

Правовая культура Российского государства складывается как сложный по своим истокам, интегрированный социальный феномен, впитавший в себя правовые традиции многих народов. Адатское и мусульманское право народов Северного Кавказа является частью российской правовой действительности на протяжении более чем двух веков, разделяя с ней свои исторические судьбы.

В этом плане углублнное исследование правовой культуры народов Северного Кавказа, особенностей и своеобразия их юридических традиций важно не только для восполнения существующих проблем в освещении отечественной правовой истории, но и для восстановления научной истины и объективного подхода к российской традиции права. Многими видными учеными1, отмечается, что традиционные системы права и сегодня сохраняют мощный ругулятивный потенциал, проявляющий себя часто наряду, а иногда в противовес нормативно – правовым актам государства.

Современное правосознание северокавказских народов, характер правоотношений в них не исключают определнной значимости правовых ценностей и идей прошлого. Адат и шариат и сейчас выступают в мусульманских сообществах в качестве самодовлейщих феноменов, детерминантой правового мышления, преемственной частью системы правовых ценностей. С этой точки зрения они являются социально обусловленными.

Невнимание к правовым пластам народов Северного Кавказа ведт к ряду нежелательных последствий. Игнорируется, по сути, принцип преемственности в праве. Заметим также, что важно не только обнаружить преемственность правовых идей и юридических традиций, но и проанализировать сам процесс воздействия северокавказской правовой культуры прошлого на современную действительность, влияние правовых воззрений и традиций минувшей истории на формирование правового сознания людей сегодняшнего дня.

Речь идет не о правоведческом, а именно о философском, и говоря более конкретно - о социокультурном исследовании северокавказской правовой культуры в широком историческом и социальном контексте применительно к российскому обществу, специфике пройденного им исторического пути и современной пореформенной ситуации. Вс это указывает на теоретическую и практическую значимость рассматриваемой проблематики и имеет несомненную самостоятельную ценность.

Степень разработанности проблемы. На культурное многообразие

Шапсугов Д.Ю. Обычное право и его роль в правовом развитии общества / Обычное право в России:

проблемы теории, истории и практики. - Ростов-на-Дону, 1999; Мальцев Г.В. Очерк теории обычая и обычного права / Обычное право в России: проблемы теории, истории и практики. -Ростов-на-Дону, 1999.

народов, различия в законах и правовых обычаях обращал внимание еще Геродот (V в. до н. э.), а позднее средневековые мыслители и путешественники: Марко Поло, Афанасий Никитин, Лоренцо Балла, Лас Касас и др.

Системное научное изучение обычного права народов начинается в XIX в.

и связано со становлением колониальной системы, поиском эффективных форм и методов колониального господства. В работах Г. Дж. Самнер-Мэн, Дж. МакЛеннана, Э. Тейлора, Дж. Фрезера, Л.Г. Моргана и др. в рамках эволюционной теории рассмотрено становление ранних форм культуры, включая обычное право. Теоретическое обобщение данных исследований осуществлено Ф.

Энгельсом и Г. Постом в 80-90-х гг. XIX в. В эти же годы происходит становление изучения обычного права народов России, включая народы Северного Кавказа. В условиях Кавказской войны в результате научных экспедиций и деятельности военной интеллигенции, включая первых просветителей народов Северного Кавказа (Ф. Торнау, Р. Фрейтаг, Шора Ногмов, Хан-Гирей, У. Лаудаев и др.) были собраны данные об обычном праве народов Северного Кавказа. Они были проанализированы и обобщены во 2-й половине XIX века в рамках юридической этнологии выдающимся русским ученым М.М. Ковалевским. Русские ученые занимались, по словам Ф.И.

Леонтовича (опубликовавшего адаты, собранные под руководством Р. Фрейтага и Голицына), «юридической археологией», стремились выявить пережитки родового строя у горских народов, чтобы уточнить проблему происхождения права, ее соотношения с проблемой происхождения государства. В трудах дореволюционных российских авторов, преимущественно юристов (М.Ф.

Владимирского-Буданова, В.И. Сергеевича, С.А. Муромцева и др.), проблемам теории и истории обычного права уделялось значительное внимание, исследователи развивали идеи, сформировавшиеся в различных европейских правовых школах того времени2.

К новому поколению юристов-этнологов принадлежал A.M. Ладыженский.

В 20-е годы XX века в результате полевых исследований на Северном Кавказе он

Якушкин Е.И. Обычное право. Материалы для библиографии обычного права. М., 1909.

подготовил обширную рукопись об адатах народов Северного Кавказа, где рассмотрел эволюцию норм и общественных санкций, регулирующих внутриродовые (семейные) отношения, межродовые связи, взаимодействие адата с шариатом и российским, а затем советским публичным правом, обратив внимание на социальную и социокультурную обусловленность функционирования и эволюции правовых систем горцев Северного Кавказа.

Актуализация проблематики происходит на рубеже 60-70-х гг. XX века, а в 90-е годы превращается в одну из самых активно разрабатываемых отечественными учеными.

Исследования ведутся в трех основных направлениях:

теория обычного права, этнографическое изучение обычного права и юридическая антропология. Проблемы теории обычного права народов Северного Кавказа рассматриваются в трудах П.П. Баранова, А.И. Ковалева, Д.П. Першица, Я.С.





Смирновой, Д.Ю. Шапсугова и др. В них предлагаются различные подходы к проблеме происхождения обычного права, его соотно-шения с законом и современными системами позитивного права. И.Л. Бабич исследует феномен правового плюрализма у кабардинцев и осетин; Х.М. Думанов, Р.А. Ханаху - у кабардинцев и балкарцев; К.А. Кокурхаев - у чеченцев и ингушей; Т.М. Айтберов, В.О. Бобровников, А.Р. Щихсаидов и др. - у народов Дагестана и др. Место и роль шариата в системе правового плюрализма у народов Северного Кавказа показана в работах В.Х. Акаева, В.О. Боровникова, И.П. Добаева, Л.Р. Сюкияйнена, А.Р.

Шихсаидова и др.

Во всех перечисленных трудах анализируется феномен общественного сознания народов региона с учетом и религиозной компоненты, и политико – правовой реальности. Этнографический и юридический подходы к обычному праву народов Северного Кавказа позволили восстановить российскую школу обычного права. Существует немало воспоминаний и описаний региона, населения, нравов и исторических событий, относящихся к XIX веку, - таких, как во многом спорное исследование кавказских войн П. И. Ковалевского, чрезвычайно информационно насыщенные, богатые фактами путевые заметки Е.В. Маркова, воспоминания Ф.Ф. Торноу. Чрезвычайно ценные сведения об обычаях, нравах, семейном и общественном укладах северокавказского общества содержатся в многочисленных этнографических описаниях и научных отчетах3.

Вопросы северокавказского адата и шариата в плане юридической этнологии и этнографии освещены в работах И.Л. Бабич4, вобравших в себя большой фактический материал. Они интересны для исследуемой темы с точки зрения проблемы правового плюрализма на Северном Кавказе вообще, механизмов его формирования в частности, анализа его природы в особенности.

В то же время обычное право народов Северного Кавказа возникло и трансформировалось в контексте морально-этических кодексов, которые определяют социокультурную самоидентификацию народов. Поэтому формально-юридический, вне широкого культурологического контекста выявления социокультурных функций обычного права, анализ его роли в регулировании и самоорганизации народов на разных этапах истории будет недостаточно продуктивным и не вполне адекватным.

Цель и задачи исследования. Основная цель диссертационной работы состоит в исследовании и теоретическом осмыслении генезиса правовой культуры народов Северного Кавказа.

Цель исследования будет достигнута в результате решения следующих задач:

- очертить методологические особенности изучения сущности, функций и тенденций развития правовой культуры, определить социорегулятивные механизмы функционирования правовой культуры;

- проанализировать основные исторические этапы формирования горской правовой культуры (адыгейцев, ингушей, чеченцев и т.д.);

исследовать традиционные модели правовой системы народов Северного Кавказа;

Ковалевский Г.М. Шариат и его социальная сущность. –М., 1978; Керимов Г.М. Шариат. Закон жизни мусульман. – М., 1999; Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право: вопросы теории и практики. –М., 1986;

Барковская Е.Ю. Мусульманское право и правовая культура. –М., 2001.

Бабич И.Л. Правовая действительность и ее исторические корни на Северном Кавказе / Россия и Кавказ сквозь два столетия. - СПб, 2001; Она же. Правовой плюрализм на Северо-Западном Кавказе. - М., 2000.

выявить перспективы развития северокавказской традиционной правовой культуры.

Объектом диссертационного исследования является правовая культура исторически сложившаяся на Северном Кавказе.

Предметом исследования особенности и механизм формирования правовой культуры народов Северного Кавказа.

Методологическую базу исследования составляет принцип историзма культуры, требующий изучения культурно – исторических процессов в кокретной культурной и исторической обусловленности и развития, раскрытия объективных и существенных связей между явлениями и выяснения их специфики с учетом локальных и временных связей.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

- исследованы социорегулятивные характеристики правовой культуры как метанормативного регулятора нормативной ориентации социального и правового поведения, на основе комплексного анализа эмпирического материала представлена целостная картина формирования и функционирования основных элементов правовой культуры Северного Кавказа;

- с позиций этнокультурологии и исторического кавказоведения проанализирована традиционная горская система права – адат как феномен правовой культуры;

- раскрыты закономерности, эволюции адатского и мусульманского права, его превращения в ходе исторического прогресса в самостоятельный мощный регулятивно – охранительный фактор;

- выявлены закономерности обуславливающие преемственность в процессах развития современной правовой культуры народов Северного Кавказа.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту:

1. Рассмотрение правовой культуры через призму соотношения морали и права показывает, что закон реализует принципы права, а не морали, но процесс легитимизации права предполагает установление определнного соответствия между действующими в обществе моральными принципами и ценностями, составляющими основу социокультурных норм и правовой системы, без которой сама правовая система не будет легитимной.

2.Правовая культура формирует социально легитимные модели, нормы, ценности, стереотипы и правила поведения по отношению к позитивному праву, регулирующие правовое поведение социальных субъектов. В е нормативном аспекте правовую культуру можно интерпретировать как своего рода матрицу правовой жизни общества, задающую устойчивые формы сознанию и поведению отдельных граждан, групп, институтов и общества в целом.

3. Рассмотрение северокавказского адата как феномена правовой культуры позволяет констатировать, что ему были свойственны такие эндогенные признаки, как неотторгаемость от своего субъекта (народа, сообщества), позитивный консерватизм и двойная обязательность, обусловленная опорой на личную культуру и высший авторитет. Северокавказский адат обычно выступал сводом идеалов, призванных направлять поведение людей. И лишь после включения в российскую правовую систему он, впервые в своей истории, приобрел институциональную значимость права, хотя и с определнными ограничениями.

4. Анализ исторических этапов общественного развития народов Северного Кавказа (адыгейцев, ингушей, чеченцев и т.д.) позволяет сделать вывод о назначении в регионе устойчивого концепта религиозно - правового сознания как соединения ислама с традиционными этическими установками. Правовая система ислама начинает функционировать здесь на фоне живых и действенных традиций и обычаев, зафиксированных в строгих нормах адатов. Возникает равнодействие двух правовых систем, которое и организует правовое поле на Северном Кавказе с середины 19 века.

5. Исторический опыт развития государственности России и е правовых систем показывает, что не существует непримиримых противоречий между государственным правом, адатом и шариатом. В процессе эволюции правосознание этносов на Северном Кавказе в нм переплелись нормы адата, шариата и официального права. В этом аспекте логика и смысл постановки проблемы адата и шариата на современном этапе заключается в том, что они являются не только социальной реальностью, объективной, преемственной закономерностью, но и нередко оптимальным способом регулирования многих отношений.

Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в том, что материалы диссертации могут быть использованы для дальнейшего исследования различных элементов правовой культуры, изучения проблем взаимодействия традиционных моделей правовой культуры народов Северного Кавказа. Теоретические обобщения и выводы могут быть использованы в процессе преподавания курса философии культуры, культурологии, социологии культуры, а так же одноименных спецкурсов в высших учебных заведениях.

Апробация работы. Основные идеи и результаты исследования отражены в статьях автора, а также в сообщениях и докладах на научных конференциях и семинарах. Материалы диссертации применялись при ведении лекций и семинарских занятий по «Этнологии» и «Теории государства и права» в Академии безопасности и права в Республике Ингушетия.

Структура и основное содержание работы обусловлены целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трх глав, заключения и списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы, датся краткая характеристика е разработанности, определяются цель и задачи исследования и его основная проблема, указана теоретико - методологическая основа, отмечены элементы научной новизны, формулируются основные положения диссертации, выносимые на защиту, представлена научно - практическая значимость работы и степень е апробации.

Первая глава «Теоретические аспекты анализа правовой культуры»

носит теоретико – методологический характер и состоит из трх параграфов.

В первом параграфе «Сущность и функции правовой культуры»

правовая культура рассматривается как сложный и многовариантный феномен культуры, постоянно развивающийся, обогащающийся в своем содержании и формах, чутко отражающий все изменения в обществе.

Понятие «правовая культура» широко используется в науке, но сущность е определяется по-разному. В современной научной литературе получили наибольшее распространение два подхода. В первом смысле основными элементами права признаются правовые идеи, нормы, правовые отношения, правосознание, субъективное право и ряд других правовых явлений. В таком представлении правовая культура является важнейшей составляющей права.

Сторонники второго подхода рассматривают право как систему формально определенных, общеобязательных норм, установленных и санкционированных государством и обеспечиваемых его принудительной силой. По своей сути это понимание права является нормативистким, а, следовательно, и правовая культура выступает показателем соответствия правосознания и правовой практики воле законодателя.

Правовая культура находится в тесном взаимодействии с политической, экономической, нравственной, религиозной, эстетической и другими видами культуры. Общая обусловленность социально-экономическими, политическими, духовными факторами предполагает их взаимное влияние. В правовой культуре можно различать внешнюю (объективную) и внутреннюю (субъективную) стороны. Объективная сторона проявляется в правовом поведении (действии или бездействии), а субъективная - в правосознании.

Правовая культура представляет собой многофункциональную систему, основными функциями которой являются человекотворческая или гуманистическая, информационно-познавательная, оценочная, регулятивная, охранительная, интегративная, прогностическая. В каждой сфере общественных отношений функции правовой культуры проявляются посвоему, они тесно взаимосвязаны между собой, взаимно проникают и взаимно дополняют друг друга. Практически отделить одну функцию от другой невозможно, и если это делается в процессе их анализа, то лишь условно, только в единстве они раскрывают назначение права в обществе. Важной проблемой анализа правовой культуры является изучение е структуры, т.е. ее внутренней организации. В содержательном отношении в правовой культуре можно выделить такие ее составляющие как язык, обычаи, нормы, знания, убеждения, ценности, смыслы и значения.

Среди многих факторов, влияющих на поведение и формирование личности, особую роль играют правовые нормы. Являясь разновидностью социальных норм, правовые нормы определяют предел, меру допустимого повеления, как бы «программируют» поведение индивида, придают ему определенную направленность. В зависимости от формы важнейшими составляющими правовой культуры являются правовое сознание и правовая деятельность (поведение), находящиеся в органическом единстве.

Таким образом, автор отмечает, что правовая культура - важнейшая составная часть культуры общества. Она представляет собой систему ценностей, накопленных человечеством в области права и относящихся к правовой реальности данного общества.

В параграфе 1.2. «Тенденции развития правовой культуры в современном обществе» отмечается, что правовая культура является важнейшей составной частью культуры общества и подчиняется общим закономерностям в развитии культуры, в то же время она обладает своими внутренне присущими ей закономерностями.

Правовая культура явление социальное и историческое.

Закономерностью развития правовой культуры является то, что она всегда является «слепком» определенной исторической эпохи. На формирование правовой культуры общества и отдельной личности оказывают влияние правовая культура общества в предыдущую эпоху, национальные особенности народа и его исторические традиции. Она, соответствуя определенной исторической обстановке, развивается в тесной связи с унаследованными от предшествующих эпох понятиями и представлениями. Одновременно с этим на правовую культуру оказывают влияние другие общества со своей культурой, правом, правовыми отношениями и правосознанием. К числу самых первых регуляторов правовой культуры относится государственная власть. Мощные рычаги влияния на других людей, контроль над их настроением, мнением, поведением находится в руках непосредственных субъектов власти. Кризис власти - самый опасный по своим последствиям для развития правовой культуры.

Доминирующим признаком нашего времени являются стремительные перемены во всех областях жизни. В стране происходят радикальные изменения основ жизни человека: изменяются отношения собственности, власти, преобразуется социальная структура, создаются новые организации, институты и объединения, на смену старым интегрирующим силам приходят новые. Преобразования, общественных отношений ведут к изменению социальных ролей. Социальная роль всегда имеет определенный престиж, общество дает ей оценку. Сегодня происходит переоценка многих социальных ролей. Существенно изменилась нормативная социокультурная модель личности. Идет радикальный процесс переоценки ценностей. По утверждениям западных социологов усвоенное личностью противоречие между соперничающими нормами поведения таит в себе наиболее сильное криминогенное влияние.

Прежний тотальный контроль над поведением и деятельностью людей рухнул, а новый социально-правовой контроль создается медленно и противоречиво. Правовой нигилизм, отрицание всяких норм, принципов, законов охватил не только население, но и властные структуры на всех уровнях. В обществе существует глубокое противоречие между нормами, декларируемыми и реализуемыми в социальной практике.

В параграфе 1.3. «Социорегулятивные механизмы функционирования правовой культуры» утверждается, что правовую культуру в нормативнорегулятивном аспекте можно рассматривать как вторичную нормативную систему, регламентирующую отношение к позитивному праву и его нормам, а также устанавливающую субординацию первичных нормативных требований правовых, моральных, религиозных и т.д. Эта вторичная нормативная система формирует ожидания и поведенческие стереотипы применительно к ситуациям личностного выбора между несколькими типами норм. В этом смысле нормы правовой культуры являются своего рода метанормами, служащими ориентирами в мире нормативных представлений и ценностей, основанием тех или иных нормативных предпочтений.

Правовая культура на основе функционирующих в обществе знаний и представлений формирует социально легитимные модели, нормы, ценности, стереотипы и правила поведения по отношению к позитивному праву, регулирующие правовое поведение социальных субъектов.

Взаимосвязь между правовой культурой и правовым поведением обусловлена их функциональной направленностью на поддержание фундаментальных для общества сетей отношений, взаимодействия, взаимопонимания, обеспечения социального порядка и безопасности. Правовую культуру в ее нормативном аспекте можно интерпретировать как своего рода матрицу правовой жизни общества, задающую устойчивые формы сознанию и поведению отдельных граждан, групп, институтов и общества в целом.

Регулятивная функция правовой культуры проявляется в косвенной, опосредованной детерминации правового поведения в ситуациях обыденной жизни. Автор отмечает, что связующим звеном между правовой культурой и правовым поведением является сфера социокультурных образцов и ценностей.

Это вытекает из самого строения культуры как институционального образования. Социально значимые связи между специализированными сферами правового поведения и культурой повседневности существуют благодаря тому, что в культуре повседневности содержатся ценности и паттерны, ориентирующие на повседневное правомерное поведения.

В правовом обществе регулятивные функции правовой культуры распространяются на все сферы социальной жизни, на межличностные, межинституциональные и личностно-институциональные отношения. Конечно, и помимо права эти отношения могут регулироваться другими регулятивными факторами - традициями, общественным мнением, религией и моралью. Однако современные экономические отношения, динамичные и всепроникающие, нуждаются в более гибкой системе регуляции, поддающейся развитию и корректировке и соотнесенной в своем повседневном бытии с имеющимися социальными институтами. Этим требованиям отвечает только право как регулятивная система. По мере развития экономических отношений право как регулятор расширяет свою сферу применения, постепенно вытесняя в этом качестве традицию и обычай, поскольку правовая культура традиционного общества является «обычной», то есть основанной на обычае как универсальном регуляторе всех отношений.

Во второй главе «Основные элементы правовой культуры народов Северного Кавказа» на основе анализа эмпирического материала представлена целостная картина формирования и функционирования правовой культуры Северного Кавказа.

В параграфе 2.1. «Исторические этапы формирования горской правовой системы» отмечается, что современное правовое сознание народов

Кавказа строилось на пересечении двух константных осей координат:

исламизации - длительной, растянувшейся на века и с очевидностью еще не завершившейся, и исторически конкретного существования в Российской Империи, Советском Союзе, России, диктовавшего нормы и формы как социального, так и индивидуального бытия.

Ислам приходит на Кавказ в VII веке, одновременно с арабскими завоеваниями. С тех пор присутствие ислама остается постоянным, однако проявляется он с разной степенью влияния. После первого завоевательного внедрения в VII веке новый всплеск успешного проникновения идей ислама связан с походами Тамерлана в XIV веке, когда удавалось распространять его влияние как насильственными, так и ненасильственными, миссионерскими методами. Затем, в XV веке Северный Кавказ испытал мощное турецкое воздействие, в том числе и идеологическое. Но структурные пропорции религиозно-социологической ситуации сохранены: спокойное принятие ислама при условии, что неизменной останется традиционная нравственно-правовая система.

В XVIII - XIX веках большую роль в распространении ислама сыграли миссионеры из Дагестана - региона, в котором он получал устойчивое развитие, начиная с X века. Здесь неизменно распространялось знание арабского языка и письменности, строились мечети, организовывались медресе. На территории вайнахских народов - чеченцев и ингушей - ислам утвердился с конца XVIII века, хотя его активное проникновение началось с XVI века, когда в мекхелах появились толкователи обычного традиционного права - адата, обученные в исламских школах. Новая религиозная система должна была естественно и постепенно создать новые мифологические и нравственные ориентиры, которые заведомо должны были вытеснить из социума старые, традиционные.

Этот процесс был неизбежен, и тот факт, что он не привел к абсолютному успеху, к которому стремились просветители, свидетельствует только об особой крепости этнорелигиозных традиций.

Между тем в XVIII веке Российская империя взяла курс на установление господства на Северном Кавказе. Это было продиктовано политической обстановкой, обострением отношений с Турцией, присоединением в 1800 году Грузии к России. Началось постепенное российское продвижение на Северный Кавказ, которое было воспринято кавказскими народами как покушение на их этническую и религиозную самобытность.

В конце 60-х годов XIX века завершилось завоевание Кавказа, и с тех пор была установлена система, позволявшая сугубо внутренним процессам развиваться по своим законам, при условии соблюдения общегосударственных правовых установлений. В этот период не предпринималось особенного религиозного давления на ислам, показательно отношение власти и к шариатской форме права, распространенной в это время на всей территории Северного Кавказа. 80-е годы начала действовать адатно-шариатская система правовой организации общества.

В параграфе 2.2. «Адат как феномен правовой культуры» автор утверждает, что в традиционных этнических культурах многих народов имеются понятия, определяющие для всех слоев населения морально-этический кодекс (адат), прямо предписывающий строго определенные образцы поступков и складывающихся из них моделей поведения. На Кавказе адат (право) как идея и система принципов и норм складывалось в течение длительного исторического периода. Большая часть адата происходит от обычая, как формы передачи социальных норм от одного поколения к другому5.

Адаты характеризуются, по крайней мере до начала XIX в., двумя взаимосвязанными чертами: во-первых, тем, что юридическое регулирование еще недостаточно отдифференцировано от социального регламентирования в целом;

во-вторых, тем, что их содержание, названное С.С.Алексеевым «нормативными обобщениями», является элементарным6 в виде общих положений о должном или дозволенном поведении, его признаках, последствиях.

Признание за адатами силы действующих юридических норм, привело к необходимости для государственной власти изучения правоотношений в горских обществах Кавказа. Неизбежно возникали вопросы о соотношении адата и шариата с действовавшими положениями гражданского, уголовного права, об их применении в судебной и административной практике.

Автор отмечает что, в идеальном порядке адат характеризуется, прежде всего, своей повторяемостью. Он представляет собой серию актов, как правило, законных, которые формируют модель общественного поведения, он применяется таким, какой он уже есть, уже сформировавшимся. Наконец, адат является непреложным, обязательным, в ином случае человек рискует подвергнуться обструкции со стороны членов горского сообщества. Адаты для лучшего своего применения требовали толкования. Обычно в качестве толкователей выступали именитые члены общества и старейшины, которые должны были в процессе урегулирования конфликтов напоминать фундаментальные правила. Следуя так Мальцев Г.В. Очерк теории обычая и обычного права / Обычное право в России: проблемы теории, истории и практики. - Ростов-на-Дону, 1999. С.13.

Алексеев С.С Право. Опыт комплексного исследования. - М., 1999. C. 205.

называемому принципу накопления источников, ни один новый адат не мог заменить какой-либо уже существующий: он добавлялся к уже сформировавшимся, никоим образом не отменяя их.

Однако какой бы ни была трансформация адата в процессах конвергенции с мусульманским правом и правом России, он оставался для северокавказских народов важнейшим корпусом права. Вместе с тем адат никогда не претендовал на то, чтобы быть чем-то большим, чем свод идеалов, призванных направлять поведение людей. Но после включения в российскую правовую систему он, впервые в своей истории, приобрел институционную значимость права, хотя и с определенными ограничениями.

В параграфе 2.3. «Влияние мусульманства на общество и право народов Северного Кавказа» отмечается, что в период распространения ислама на Кавказе, адат адаптирует функционирование шариата с учетом действительности. Таким образом, в этнокультуре, где традиция (адат) закреплен в культурной памяти и регулирует межсубъектные отношения силой общественного мнения, ислам или другая классическая религия не воспринимается субъектами этноса в классической форме, а реально функционирует двоеверие.

Главными причинами, способствовавшими сохранению норм адата и господства двоеверия можно считать:

слишком строгие наказания, определяемые Кораном, даже за преступления, считавшиеся по понятиям горцев маловажными;

сохранение адата было выгодным для правителей, которые, не имея в начале достаточной силы и средств к уничтожению суда по адату, «впоследствии сами нашли в нем поддержку и упрочение своей власти»7, поскольку штрафы, взыскиваемые с виновных при решении дел по адату составляли для них немаловажный источник дохода;

изучение Корана и вообще мусульманского законоведения, довольно запутанного, представляло даже для людей, исключительно посвятивших себя этому, непреодолимые затруднения, тогда как при использовании адата не Комаров К. М. Кавказские горцы: как они есть. - М. 1868. С. 6.

требовалось особых познаний;

решения эти, принимаемые большинством голосов, скорые и для всех понятные, служили руководством при решении подобных дел и в дальнейшем.

Адаты сохранились в памяти членов совета старейшин и устно передавались из рода в род; особые сборники, большей частью отрывочные, писались иногда по памяти некоторыми кадиями и грамотными членами совета старейшин. На смену адату как регулятору общественных отношений приходит официальная форма нормативной регуляции - шариат. Шариат как социальнонормативный регулятор, берет на себя функции адата. Адат сохраняется в шариате, как особенное в снятом виде мусульманское учение о нравственности;

это часть социально-философского знания ислама.

В третьей главе «Возобновление правовой традиционной культуры:

анализ и перспективы» проведн анализ и выявлены закономерности обуславливающие преемственность в процессах развития современной правовой культуры народов Северного Кавказа.

В параграфе 3.1. «Современное состояние традиционных моделей правовой культуры горцев» отмечается, что традиционным для большинства мусульман Северного Кавказа, является суннизм. Это классическое, умеренное, согласующееся в экуменическом плане с другими конфессиями течение ислама.

Суннизм на Северном Кавказе приспосабливается к кавказским традициям, он, как и исповедующие его общества, не знает расколов и агрессивных устремлений. Одной из причин появления на Северном Кавказе салафизма (ваххабизма) стала боязнь растерять национальные традиции, затвердевание, утрата гибкости традиционного ислама. Другая немаловажная причина - это общая неблагополучная социальнополитическая обстановка, обесценение действующей правовой системы, затянувшаяся реформа права и правосудия.

Ислам, как и православие, был, есть и останется неотъемлемой частью культуры России. На Северном Кавказе современные проблемы регулирования общественных отношений нередко обусловлены возросшей ролью ислама и шариата. Автор отмечает, что на Северном Кавказе шариат никогда не был единственным регулятором общественных отношений, он не более чем один из факторов регламентации отношений между людьми. Ингуши, кабардинцы, осетины, народы Дагестана и Карачаево-Черкесии, как правило, не рассматривают свою внешнюю, выходящую за пределы сообщества активность сквозь призму шариата. На Северном Кавказе естественным путем не могло возникнуть никаких идущих от ислама устойчивых и радикальных концепций о фундаменталистском переустройстве общества и построении исламского государства. Религиозной практике здесь не присуща традиция «высокого»

богословского ислама, а юридическая традиция не привязана зримо к конкретной классической мусульманской правовой школе.

Одной из трудных проблем жизни современного этнического мусульманского социума является необходимость различения противоборствующих реалий в исламе. Со второй половины XX в. на Северном Кавказе стал распространяться заимствованный извне исламский радикализм ваххабизм», претендующий на роль носителя первозданного ислама.

«Ваххабизм» - это, по сути, антиправовое, политическое течение, направленное на изменение в регионе общественной и государственной системы. Феномены «салафийя», «фундаментализм», «ваххабизм» на Северном Кавказе не равнозначны. В.О. Бобровников обоснованно рассматривает «ваххабизм» как частный вид политизированного радикального ислама (исламизма), возникшего в связи с ломкой местных религиозных традиций в ходе секуляристских модернизаторских реформ XX в. Это движение оказывает весьма деструктивное общество8.

влияние на постсоветское мусульманское В этой связи, высказываемые в последнее время соображения о том, что на нынешнем этапе социально-политического развития общества необходимо прямое государственное вмешательство в предотвращение распространения «ваххабизма», представляются оправданными.

В параграфе 3.2. «Перспективы развития правовой системы Северного Кавказа» автор отмечает, что ислам и шариат, национальные Бобровников В. О. Ислам на постсоветском Северном Кавказе: мифы и реалии / Ислам на постсоветском пространстве: взгляд изнутри. -М., 2001.С.81.

традиции и адат на Северном Кавказе всегда оставались важной стороной процессов формирования и развития интеллектуальной и духовно-нравственной основы его народов. В процессе эволюции правосознания этносов в нем переплелись нормы адата, шариата и официального права. В этом аспекте логика и смысл постановки проблемы адата и шариата на современном этапе заключается в том, что они являются не только социальной реальностью, объективной, преемственной закономерностью, но и нередко оптимальным способом регулирования многих отношений. Современная государственная власть не рассматривает шариатскую «квазиправовую автономию» как соперника, и, по сути, не препятствует ей, игнорируя в своей системе позитивного права, не поощряя, и в то же время не запрещая ее.

Между адатом, шариатом и современным позитивным правом существует противоречие, которое носит объективный и неустранимый характер. Оно имеет место на протяжении всего исторического процесса взаимодействия между ними на Северном Кавказе. Это противоречие, как ни парадоксально, естественно и необходимо. В процессах динамики систем права России в XIX-XX вв. санкционирование и приоритетное использование и применение, в силу политических пристрастий, получал то адат, то шариат. Между тем, важнее было их сочетание и сотрудничество с позитивным правом государства. В конечном счете, на Северном Кавказе нормативное регулирование отношений в обществе осуществляется одновременно на основе адатского, мусульманского и российского права. Их регулятивная роль и институционная значимость исторически изменяются, но факт наличия адата и шариата в качестве правовых начал в любую эпоху несомненен.

Неформальное использование и соблюдение шариата в северокавказских мусульманских сообществах является не только прямым выражением расширяющегося «разрыва» между современным правом и этноправовой культурой. Этот процесс можно осмыслить также и как расширяющуюся социальную свободу, характерную для либеральных цивилизаций, как воплощающиеся в правовую действительность на новой стадии отечественной истории преемственные правовые начала. С юридической стороны адат и шариат, не обладая в настоящее время институционной значимостью, имеют неформальный, «недозволительный» характер правового регулирования. Современная реальность сталкивает нас с тем, что государство ставит перед собой цель усовершенствовать и изменить к лучшему общество с помощью права, часто смешиваемого с законом. Официальное государственное право регулирует отношения между людьми. Однако, на Северном Кавказе на пороге семейного очага, конфессионального сообщества его действие останавливается, возобновляясь лишь в кризисных ситуациях. В обширной сфере отношений в семье, конфессиональном сообществе на Северном Кавказе сохраняют силу нормы адатского и мусульманского права, регулирующие процессы, целиком или частично находящиеся вне контроля государства. Это порождено стихийностью современного российского законотворчества, его оторванностью от реалий на Северном Кавказе. Как тонко и справедливо заметил Р. Давид, «там, где перестали применять мусульманское право, ислам больше не существует»9.

Отечественную традицию права, российскую правовую действительность отличают юридический плюрализм на Северном Кавказе, где на протяжении веков сформировался уникальный феномен сосуществования адата, шариата и российского права. Ценности и опыт толерантного взаимодействия в России культурно-правовых, нормативно-ценностных систем разных народов с разной философией и разной религией в сменяющих друг друга эпохах, политических режимах являются достоянием мировой правовой культуры.

В заключении подведены основные итоги диссертационного исследования.

Результаты диссертационного исследования опубликованы в следующих работах:

1. Манкиева Х.М. Правовая культура как элемент социокультурной реальности. Научное издание. – Назрань: ГУП «Полиграфический комбинат «ИНГУШЕТИЯ», 2005.

Давид Р., Шоффре-Спинози К.Основные правовые системы современности. – М., 1999. С. 308.

2. Манкиева Х.М. Влияние мусульманства на общество и право народов Северного Кавказа. «Новые технологии». – Майкоп: ООО «Аякс», 2006.

3. Манкиева Х.М. Социорегулятивные механизмы правовой культуры.

Механизмы интенсификации социально – экономического развития региона.// Известия высших учебных заведений. Северо – Кавказский регион.

Общественные науки. Спец. вып. Ростов н/Д, 2006.

Манкиева Х.М. Динамика правовой культуры. Сердало.

4. //

Похожие работы:

«министЕрство оБрАзовАниrI и нАуки РОССIЙСКОЙ ФЕДЕРАЩШТ ФГБОУ ВО (СГУ имени Н.Г. Чернышевского)) Институт искусств Рабочая программа дисципли ИСТОРИЯ ТЕАТРА Направление подготовки 52.03.01 Хореографическое искус...»

«Международная Новоапостольская церковь Краткая история новоапостольского понимания причастия В начале разъясняется, что в учениях о причастии в разных церквях всегда выражается также их понимание сам...»

«Министерство культуры Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры "Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник “Кижи”" Борис Александрович Гущин Библиографический указатель К...»

«ХIІI Международная научная конференция АКТУАЛЬНЫЕ НАУЧНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ 26-27 мая 2016 г. СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ Выходит –12 раз в год (ежемесячно) Издается с июня 2015 года ВЫПУСК 5(13) Часть 4 Переяслав-Хмельницкий "Актуальные научные исследования в современном мире" ISCIENCE.IN.UA Выпуск 5(13) УДК 001.891(100) "20" ББК 72.4 А...»

«Институт археологии им. А.Х. Халикова Академии наук Республики Татарстан СРЕДНЕВЕКОВАЯ АРХЕОЛОГИЯ ВОЛГО-УРАЛЬЯ Сборник научных трудов к 65-летнему юбилею доктора исторических наук, профессора, член-...»

«ГБОУ СПО "Кисловодский медицинский колледж" Минздрава России Методическая разработка теоретического занятия По дисциплине История Для студентов 1 курса специальность "Лечебное дело" Тема " Раздел 1. Развитие СССР и его место в мире 60-начала 90 годов 20 века" Составила препода...»

«1. ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ДИСЦИПЛИНЫ 1.1. Цель изучения дисциплины История экономических учений вооружает специалистов различных отраслей народного хозяйства знаниями закономерностей развития экономики, позволяющим им пр...»

«УДК 947.08(470.621) ББК 63.3(2)51 Ч-91 Чунтыжева Рима Владимировна, кандидат исторических наук, доцент кафедры истории государства и права факультета информационных систем в экономике и юриспруденции Майкопского государственного технологическ...»

«Археология и исторические науки Archaeology and Historical Science УДК 93/94 DOI: 10.17748/2075-9908.2015.7.5/1.072-075 ХОТКО Самир Хамидович, KHOTKO Samir Khamidovich, кандидат исторических наук Candidate of Historical Sciences КРИТЕРИИ ПЕРИОДИЗАЦИИ CRITERIA FOR PERIODIZATION OF THE ПОЗДНЕСРЕДНЕВЕКОВОЙ ИСТ...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Уральский государственный университет им. A.M. Горького Кафедра истории России исторического факультета К 75-летию со дня рождения ГЕНИНГ Владимир Федорович Библиографический указатель Составитель Бронислава Овчинникова Екатеринбур...»

«Чирков Александр Александрович ДУМСКИЕ КОМИССИИ ПО ОБОРОНЕ: СОСТАВ, ЗАДАЧИ, РЕЗУЛЬТАТЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (1907-1917 гг.) Специальность 07.00.02 – Отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель: доктор исторических наук К.А. Соловьев Москва – 2016 Оглавление Введение Глава I. Функцион...»

«IV Очередной Всероссийский социологический конгресс Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие Секция 40 Социология архитектуры Секция 40. Социология архитектуры Баранова Л. М., Владимир Соц...»










 
2017 www.lib.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.