WWW.LIB.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Электронные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

«МОСКОВСКИЙ ПСИХОЛОГО-СОЦИАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПУБЛИЧНОЕ И ЧАСТНОЕ ПРАВО Выпуск II (XXVI) апрель — июнь Издается с 2009 г. Москва Зарегистрировано Федеральной службой по ...»

-- [ Страница 1 ] --

МОСКОВСКИЙ ПСИХОЛОГО-СОЦИАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ПУБЛИЧНОЕ

И ЧАСТНОЕ ПРАВО

Выпуск II (XXVI)

апрель — июнь

Издается с 2009 г.

Москва

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи

и массовых коммуникаций

Свидетельство ПИ № ФС77-33293 от 02 октября 2008 г.

Журнал входит в перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, рекомендованных

ВАК для публикации основных научных результатов диссертаций на соискание ученых степеней кандидата и доктора наук.

Главный редактор Виктор Александрович Михайлов — доктор юридических наук, профессор, председатель редакционного совета, составитель, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, академик АПСН.

Заместитель главного редактора Светлана Константиновна Бондырева — доктор психологических наук, профессор, член редакционного совета, составитель, академик Российской академии образования, академик АПСН.

Редакционный совет:

Рамазан Гаджимурадович Абдулатипов — доктор филсофских наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Лауреат Государственной премии — Премии Правительства Российской Федерации;

Николай Иванович Аристер — доктор экономических наук, профессор;

Григорий Васильевич Атаманчук — доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;



Светлана Константиновна Бондырева — доктор психологических наук, профессор, заместитель главного редактора, составитель, академик Российской академии образования, академик АПСН;

Александр Григорьевич Братко — доктор юридических наук, профессор;

Виктор Андреевич Жбанков — доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации;

Михаил Иванович Клеандров — доктор юридических наук, профессор, член-корреспондент РАН, Заслуженный юрист Российской Федерации, Заслуженный деятель науки Российской Федерации;

Евгений Григорьевич Ляхов — доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации;

Владимир Павлович Мельников — доктор геолого-минералогических наук, профессор, действительный член РАН;

Виктор Александрович Михайлов — доктор юридических наук, профессор, главный редактор, председатель редакционного совета, составитель, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, академик АПСН;

Вячеслав Александрович Михайлов — доктор исторических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, академик АПСН;

Алаудин Нажмудинович Мусаев — доктор юридических наук, профессор;

Сергей Геннадьевич Ольков — доктор юридических наук, профессор;

Эдуард Филиппович Побегайло — доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, академик РАЕН;

Александр Юльевич Шумилов — доктор юридических наук, профессор.

Редакционная коллегия:

Олег Геннадьевич Ковалев — доктор юридических наук, кандидат психологических наук, профессор;

Сергей Николаевич Максимов — кандидат юридических наук, профессор;

Юлианна Викторовна Михайлова — редактор;

Елена Александровна Моисеева — ответственный секретарь;

Александр Федорович Смирнов —доктор юридических наук, профессор;

Юрий Викторович Францифоров — доктор юридических наук, доцент;

Индира Георгиевна Цопанова — кандидат юридических наук, доцент;

Илона Андреевна Цховребова — кандидат юридических наук, доцент, заместитель главного редактора;

Андрей Владимирович Шмонин — доктор юридических наук, профессор.

Учредитель: ОАНО ВО «Московский психолого-социальный университет»

© ОАНО ВПО «Московский психолого-социальный университет», 2015 ISSN 2073-8501 © Коллектив авторов, 2015 Содержание

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА

Абдулатипов Р. Г., Михайлов В. А. Коренные малочисленные народы и национальные меньшинства в новых условиях

Черникова И. В., Толюпа С. В. Конституционное строительство в Российской Федерации и формирование правового государства в контексте взаимодействия органов государственной власти и институтов гражданского общества

Коробейников Б. В. Государственная политика в правовом регулировании прокурорской деятельности

АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПРАВО

Максимов С. Н. Административно-правовое обеспечение экономической безопасности в Российской Федерации:

концептуальные и методологические аспекты.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук

Ловинюков А. С. О Кодексе административного судопроизводства Российской Федерации

Посулихина Н. С. Актуальные проблемы лицензирования медицинской деятельности

УГОЛОВНОЕ ПРАВО. КРИМИНОЛОГИЯ

Беспалько В. Г. Институт религиозных преступлений в уголовном праве Российской Империи (XVIII — начало XX в.)

Ольков С. Г. Математические модели системы права, правоотношений и юридической ответственности

Марданов Азер Балай оглы. Криминологическая характеристика личности киберпреступника

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВО

Михайлов В. А. Уголовно-процессуальные правонарушения в сфере производства следственных действий

Несмачная Н. В. Особенности выдачи лица для осуществления уголовного преследования или исполнения приговора: правовое регулирование и порядок осуществления в Российской Федерации

Жданов С. П. Проект федерального закона «О деятельности специалиста в Российской Федерации»

Епишин В. В., Шадрин М. А. Особенности избрания меры пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления в сфере предпринимательской деятельности

КРИМИНАЛИСТИКА

К 90-летию Ветерана Великой Отечественной войны В. Е. Жарского, кандидата юридических наук, доцента, полковника милиции

Жарский В. Е. Общие положения о взаимодействии следователя и милиции при расследовании краж

Коркина И. В., Цопанова И. Г., Михайлов В. А.

80-летний юбилей доктора юридических наук профессора Виктора Андреевича Жбанкова

Жбанков В. А. Сокрытие таможенных преступлений

Макаренко В. Г. Основы технико-криминалистического исследования бланков паспортов транспортных средств при производстве таможенной экспертизы

Кадничанская Э. Ф. Характеристика особенностей личности серийного убийцы

ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО

Власенко Р. Н. Несостоятельность, банкротство и иные смежные понятия в теории права и в законодательстве

Власенко Р. Н. Принципы и директивы для эффективного функционирования систем несостоятельности и защиты прав кредиторов и их реализация в национальной правовой системе

ЮРИДИЧЕСКИЕ КЛИНИКИ

Бобровская Л. Н. Юридические клиники:

этапы развития и современность

Сведения об авторах

Authors

Правила оформления статей

Table of contents

STATE POLICY

Abdulatipov R. G., Mikhaylov V. A. The native small-numbered peoples and national minorities in new conditions

Chernikova I. V, Tolyupa S. V. The constitutional formation in the Russian Federation and the state governed by the rule of law forming in the context of interaction of public authorities and institutes of civil society

Korobeynikov B. V. Public policy in the legal regulation of public prosecutor’s activity

ADMINISTRATIVE LAW

Maximov S. N. Administrative-legal provision of the economic safety in the Russian Federation: conceptual and methodological aspects. Doctoral (Law) thesis

Lovinyukov A. S. About the Russian Federation Code of the administrative court proceedings

Posulikhina N. S. Current problems of licensing of medical activity

CRIMINAL LAW. CRIMINOLOGY

Bespal’ko V. G. Institution of religious crimes in the criminal law of the Russian empire (XVIII — beginning of XX century)

Ol’kov S. G. Mathematical models of the system of law, legal relationship and legal responsibility

Mardanov Azer Balay ogly. A cybercriminal personality’s criminological characteristic





LAW OF CRIMINAL PROCEDURE

Mikhaylov V. A. Criminal procedure breaking in the sphere of investigatory proceedings

Nesmachnaya N. V. Peculiarities of a person extradition for criminal prosecution or sentence execution: the legal regulation and procedure in the Russian Federation

Zhdanov S. P. On the specialist activity in the Russian Federation. Draft federal law

Epishin V. V, Shadrin M. A. Features of bail hearing concerning the suspect charged of commission of crime in the entrepreneurship sphere

CRIMINALISTICS

To the 90th anniversary of V. E. Zharsky, Veteran of the Great Patriotic War, Ph.D. (Law), Associate Professor, Militia Colonel...............156 Zharsky V. E. General provisions about the investigator and militia interaction at larceny investigation

Korkina I. V., Tsopanova I. G., Mikhaylov V. A. The eightieth anniversary of V. A. Zhbankov, Dr.Sci. (Law), Professor

Zhbankov V. A. Concealment of customs crimes

Makarenko V. G. Theory of technical-criminalistic check of motor vehicle certificate of title forms at customs examination

Kadnichanskaya E. F. Serial killer personality’s features characteristic

CIVIL LAW Vlasenko R. N. Insolvency, bankruptcy and other adjacent concepts of the theory of law and of the legislation

Vlasenko R. N. Principles and instructions for the effective functioning of systems of insolvency and creditors rights protection and their implementation in the national legal system

LEGAL CLINICS

Bobrovskaya L. N. Legal clinics: stages of development and the present

Authors

Manuscript submission guidelines

ГОСУДАРСТВЕННАЯ

ПОЛИТИКА Р. Г. Абдулатипов, В. А. Михайлов Коренные малочисленные народы и национальные меньшинства в новых условиях Статья посвящена проблемам этнонациональной политики в Российской империи, СССР и Российской Федерации.

Ключевые слова: Российская империя, СССР, Российская Федерация, малочисленные народы, национальные меньшинства, этнонациональная политика.

В соответствии со статьями 69, 71 (п. «в») и 72 (ч. 1 п. «б», «м») Конституции РФ Российская Федерация гарантирует права коренных малочисленных народов согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и международными договорами Российской Федерации, защиту прав национальных меньшинств, исконной среды обитания и традиционного образа жизни малочисленных этнических общностей. Исходя из этих конституционных основ формируется и проводимая государственная национальная политика в отношении этих этнических общностей. В отличие от патерналистских принципов национальной политики советского периода (в основе своей ассимиляционной), сегодня эти отношения строятся прежде всего на началах партнерства. В Стратегии государственной национальной политики до 2025 года (2012) (далее — Стратегия до 2025 года (Стратегия)) прямо указывается на необходимость создания условий для участия коренных малочисленных народов в решении вопросов, затрагивающих их права и интересы, адаптированности традиционной хозяйственной деятельности этих народов к современным экономическим условиям, их включенности в современное технологически высокоразвитое общество в качестве его полноправного и эффективного субъекта жизнедеятельности [8].

Среди почти 200 российских народов и этнических групп более 60 могут быть отнесены к коренным малочисленным народам, издревле заселившим суровые земли Севера, Сибири и Дальнего Востока, горные территории Северного Кавказа. Многие из них по сей день ведут традиционный образ жизни, занимаясь хозяйственной деятельностью, народными промыслами и ремеслами как главными источниками жизнеобеспечения. К этим народам в настоящее время официально, то есть на основании нормативных правовых актов, отнесено 30 народов, дисперсно проживающих почти на 3/4 территории России [1, с. 328; 6, с. 7–11].

Следует отметить, что на всех этапах становления и развития российской государственности власть уделяла большое внимание вопросам управления коренными малочисленными народами. Формирование политики России в отношении этих народов, именовавшихся наряду с другими нерусскими народами «иноверцами», «инородцами», «туземными народами», «туземцами», «малыми народами», «аборигенными народами», «автохтонными» (в научной литературе) и так далее, шло неразрывно с процессами формирования цивилизационных отношений в мировом сообществе и в самой России.

Уникальное значение для развития этих народов в имперский период России имел Устав об управлении инородцев, изданный в 1822 году, который по сути стал первым в мире правовым актом, регулирующим статус коренных (аборигенных) народов [5].

Этот Устав неоднократно дополнялся и перерабатывался. Последний его вариант от 1892 года носил название «Положение об инородцах», которое действовало вплоть до Октябрьской революции 1917 года.

Положение об инородцах предусматривало формирование органов самоуправления кочевых и бродячих инородцев. У кочевых сибирских инородцев каждое стойбище или улус, в котором было не менее 15 семей, имело родовое управление в составе старосты и одного–двух помощников. Староста избирался на общем собрании членов рода или получал это звание по наследству в соответствии с обычаями рода (ст. 4 «а»). Из круга наследников исключались женщины (ст. 123). Староста осуществлял учет членов рода и надзор за порядком в стойбище или улусе (ст. 138). Он информировал начальство о необходимости получения от правительства пособий по продовольствию (ст. 150), по должности обжаловал любые случаи притеснений или несправедливости в отношении рода или отдельных его представителей (ст. 145).

Несколько стойбищ или улусов одного рода подчинялись инородной управе в составе головы, двух выборных и письмоводителя (ст. 56). Инородные управы осуществляли надзор за родовыми управлениями и отдавали местные распоряжения (ст. 154). Инородные управы информировали полицию о происшествиях, принимали превентивные меры в отношении распространения болезней, падежа скота и лесных пожаров. К их ведению относилось распределение ясака (налога) между стойбищами и улусами, его сбор и уплата.

У некоторых кочевых инородцев, в частности у бурят, существовал еще один уровень управления — степные думы. В состав каждой степной думы входили главный родоначальник и избранные заседатели, число которых определялось на основании обычаев и потребностей инородцев (ст. 68). Головы инородных управ по должности являлись заседателями степных дум (ст. 69). К компетенции степной думы были отнесены следующие полномочия: учет населения, раскладка сборов, правильный учет сумм и общественного имущества, распространение земледелия и промышленности у инородцев, ходатайство перед высшим начальством об учете интересов данного рода (ст. 72).

Формирование и деятельность органов самоуправления у кочевых и бродячих инородцев находились под контролем органов управления губерний. Вместе с тем за губернатором закреплялась ответственность за положение инородческого населения на подведомственной ему территории (ст. 222–224).

В первые годы советской власти вопросы самоуправления коренных малочисленных народов регулировались «Временным положением об управлении туземных народностей и племен северных окраин РСФСР», утвержденным Декретом ВЦИК и СНК от 25 октября 1926 года [1, с. 334;

4]. Это Временное положение распространялось на представителей племен и народов, которые вели бродячий, кочевой и полукочевой образ жизни и занимались главным образом рыболовством, охотой и оленеводством, если эти народы и племена не были выделены в особые республики и области.

Во Временном положении была предусмотрена следующая система органов самоуправления коренных народов: родовые собрания, родовые Советы, районные туземные съезды, районные туземные исполкомы (п. 3). При регламентации деятельности органов туземного управления учитывалась специфика образа жизни данных племен и народностей.

В качестве источников права использовались местные обычаи, не противоречащие основным положениям советского законодательства (п. 3).

Дела рассматривались публично на языке или наречии данного племени и народности (п. 10). Народные суды осуществляли надзор за решениями органов туземного самоуправления: они могли приостанавливать или отменять решения и приговоры, а также принимать дела к производству. В последнем случае, однако, дела рассматривались обязательно с участием одного или двух заседателей, являющихся представителями туземных народов (п. 15, 16).

В районах проживания кочевого и полукочевого коренного населения на основании Положения о кочевых Советах в национальных округах и районах северных окраин РСФСР (утв. постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 20 августа 1933 г.) создавались кочевые Советы. Совет осуществлял деятельность по развитию традиционных промыслов и форм хозяйствования (п. 9), вел учет населения и хозяйства в пределах своей территории (п. 7), регистрировал акты гражданского состояния (за исключением перемены фамилии), выдавал необходимые справки и документы, регистрировал местные отделения добровольных обществ и союзов и наблюдал за их деятельностью (п. 22).

После принятия Конституции СССР 1936 года и соответственно Конституции РСФСР 1937 года единственной формой автономии, закрепленной на уровне Основного Закона, стали национальные округа, статус которых определялся общим положением, устанавливаемым Верховным Советом РСФСР (ст. 102 Конституции РСФСР). Национальные округа были представлены и на Союзном уровне: они имели по одному депутату от округа в составе Совета национальностей СССР (ст. 35 Конституции СССР).

В Конституции РСФСР 1978 года национальные округа были преобразованы в автономные (ст. 84). В ноябре 1980 года был принят Закон «Об автономных округах». Однако интересы коренного населения и его права при этом были существенно урезаны, а вместе с этим — возможность влиять на законодательную и исполнительную власть. Таким образом, введенное в начале 1920-х годов национально-территориальное районирование, учитывающее специфику местного населения, начиная с 1930-х годов постепенно было сведено на нет. Национально-территориальное районирование по существу превратилось в административно-территориальное, что соответствовало господствовавшей в то время ассимиляторской политике Советского государства и тем, кто под лозунгами демократии, прав человека и глобализации и далее хотят идти этим путем.

На рубеже 1980–1990-х годов в отношении аборигенных народов обозначились более взвешенные подходы. В этом процессе можно выделить три основных направления: восстановление признания родовых общин в качестве субъектов права; учет мнения коренных народов через их представительные органы (ассоциации) при принятии решений на общегосударственном и региональном уровнях; воссоздание национально-территориальных образований на уровне местного самоуправления.

Постановлением Съезда народных депутатов РСФСР в 1992 году на родовые общины, занимающиеся традиционными отраслями хозяйствования, было распространено действие Закона РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», принятого в 1990 году. Им были предоставлены определенные льготы в сфере налогообложения. Общины получили возможность бесплатно приобретать в пожизненное наследуемое владение или аренду оленьи пастбища, охотничьи, рыболовные угодья, а также преимущественное право на заключение договоров и получение лицензий на использование возобновляемых природных ресурсов.

Развитие второго направления (правового обеспечения участия коренного населения в принятии управленческих решений на разных уровнях) инициировано принятием Закона СССР «Об общественных объединениях»

(от 9 октября 1990 г.) Вслед за этим законом в ряде нормативных документов ведомственного характера появились нормы, обязывающие согласование тех или иных решений, затрагивающих интересы аборигенных народов, с их общественными представителями.

Третье направление (воссоздание национально-территориальных образований на уровне местного самоуправления) было связано с принятием Закона РСФСР «О соборном национальном развитии граждан СССР, проживающих за пределами своих национально-государственных образований или не имеющих их на территории СССР» (от 26 апреля 1990 г.). Правда, после распада СССР этот процесс не получил развития.

Конституция Российской Федерации, принятая на референдуме в декабре 1993 года, определила процесс выборов в высший законодательный и представительный орган власти страны — Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации, при котором по объективным обстоятельствам власть формируется без должного представительства народов страны. В депутатском корпусе Государственной Думы (450 депутатов) представителей коренных малочисленных народов (Севера, Сибири и Дальнего Востока) ничтожно мало (не более 2–3-х депутатов). Для сравнения: в Верховном Совете РСФСР, в Совете Национальностей, было 18 депутатов — представителей коренных малочисленных народов страны.

Вместе с тем статьей 69 Конституции Российской Федерации гарантированы права коренных малочисленных народов согласно общепризнанным принципам и нормам международного права. Защита же их прав и интересов отнесена к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов (ст. 72). Таким образом, Основной Закон страны позволяет заинтересованным регионам России, в которых проживают малочисленные народы, активно формировать свое правовое поле, в том числе по закреплению их квотного представительства в государственных органах власти и органах местного самоуправления. И многие северные субъекты РФ внесли в свои законодательные акты соответствующие нормы.

Большим шагом вперед в плане реализации норм Конституции Российской Федерации, гарантирующих защиту прав коренных малочисленных народов и национальных меньшинств, стало принятие Федерального закона «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации»

(1990), Федерального закона «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации» (2001) и ратификация Федеральным Собранием Российской Федерации Евразийской хартии о защите национальных меньшинств. Эти правовые акты направлены на возрождение и сохранение самобытности коренных малочисленных народов, их свободное социальноэкономическое и культурное развитие. В частности, Федеральный закон 1990 года «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской

Федерации» гарантирует:

— закрепление за малочисленными народами исконной среды их обитания, хозяйственной деятельности и промыслов в границах, достаточных для обеспечения самобытного развития;

— сохранение окружающей природной среды и гарантированного воспроизводства потребляемых природных ресурсов;

— создание необходимых условий для сохранения традиционного образа жизни, этнической самобытности, культурного, социального и экономического развития малочисленных народов.

Развитию партнерских отношений будут способствовать и восстановление институтов самоуправления аборигенных народов с функциями хозяйствующих субъектов, поэтапное признание права народов на владение, использование и распоряжение землями, природными ресурсами и естественными богатствами территорий их исконного проживания, расселения и традиционной хозяйственной деятельности. Поэтому для развития и эффективного осуществления партнерских отношений необходимо совершенствовать законодательную базу на федеральном уровне по этим проблемам.

Право владения, использования и распоряжения землей и другими природными ресурсами не противоречит Конституции Российской Федерации (ст. 9 и 36). В целом ряде действующих и разрабатываемых федеральных и региональных законов и иных нормативных правовых актов предусмотрены механизм и принципы передачи земель, территорий традиционного природопользования в личную и общинную собственность малочисленным народам и порядок их использования.

В Стратегии государственной национальной политики до 2025 года (2012) обозначены главные направления государственной политики в отношении коренных малочисленных народов и национальных меньшинств [8]. С учетом опыта реализации Концепции государственной национальной политики (1996) и мероприятий, связанных с проведением десятилетия коренных народов мира (1992–2002), программы «Партнерство во имя действий и достоинства», провозглашенной Генеральной Ассамблеей ООН (2004), можно предложить своего рода «дорожную карту» практических действий по решению проблем коренных малочисленных народов и национальных меньшинств, вытекающих из установок Стратегии до 2025 года.

Условно эти действия должны быть отражены в трех взаимодополняемых программах.

Первая краткосрочная программа (до трех лет) должна включать формирование правового поля и создание условий для укрепления экономической и ресурсной базы развития, в первую очередь традиционных отраслей жизнеобеспечения; выравнивание уровня и качества жизни аборигенных народов; проведение мероприятий в области укрепления базы здравоохранения, в сфере образования, культуры, подготовки кадров.

В процессе реализации среднесрочной программы необходимо создать условия (правовые, финансовые, экономические, коммуникационные) для развития малого и среднего предпринимательства в области переработки продукции отраслей традиционного природопользования. Особенно необходимым при этом является создание целевого бюджетного фонда с точно определенным и законодательно закрепленным источником финансового обеспечения, например, в виде отчислений части платежей за использование природных ресурсов; завершить выделение, определение границ и передачу территорий традиционного природопользования, включая акватории территориальных морей, где аборигены традиционно ведут зверобойный промысел; провести поэтапное наделение аборигенных народов правом коллективного владения, использования и распоряжения землями, недрами и другими природными ресурсами территорий их исконного проживания и традиционного природопользования.

Долгосрочная программа должна быть посвящена формированию и развитию традиционных институтов самоорганизации и самоуправления аборигенных народов с поэтапной передачей им функций, полномочий и ресурсов развития органов местного самоуправления, законодательному закреплению накопительных источников местных бюджетов. Кроме того, эта программа также должна включать формирование условий для развития договорных отношений между частными лицами или институтами самоорганизации и самоуправления аборигенных народов и хозяйствующими субъектами всех форм собственности, осуществляющими деятельность в районах их проживания и традиционного природопользования. И наконец в данной программе должны быть заложены законодательное закрепление и отработка механизма участия аборигенных народов (через институты самоорганизации и самоуправления) в соглашениях о разделе продукции при разработке природных ресурсов территорий их проживания и традиционного природопользования.

Таким образом, необходимо отметить, что экономические приоритеты современной России, основанные на развитии рыночных отношений, требуют и новых подходов к решению проблем аборигенных народов России с учетом мировых тенденций как в глобальной политике, так и в международном праве.

Эти предложения были в свое время сформулированы одним из авторов этой книги и разработчиков проекта Концепции государственной национальной политики в отношении коренных малочисленных народов и малочисленных этнических общностей Российской Федерации, но в силу постоянной реорганизации органов исполнительной власти, занимавшихся вопросами Севера (Госкомсевер Российской Федерации, Миннац Российской Федерации), в большей части они не реализованы и остаются актуальными [2; 7, с. 47–57].

Вместе с тем в нынешний период, продолжая наращивать практику партнерства, нельзя отказываться от проведения целенаправленного государственного протекционизма, в частности, в решении таких задач, как: а) повышение уровня и качества жизни аборигенов Севера до соответствующего среднероссийским показателям, что может быть осуществлено через принятие и законодательное обеспечение (защищенная строка бюджета) реализации программ развития малочисленных народов и регионов их проживания;

б) формирование правового поля для развития партнерских отношений, основу которых составляют договорный и консультационный процессы;

в) обеспечение конституционных гарантий защиты их коллективных прав и интересов через создание соответствующей организационно-правовой системы, в том числе институциональной.

Для осуществления данных задач необходима политическая воля государства, его институтов власти, в первую очередь федеральной исполнительной и законодательной власти.

Стратегия государственной национальной политики (2012) учитывает положение коренных малочисленных народов в современной России, которые проживают на богатейших по своему природному потенциалу территориях Севера, Сибири, Дальнего Востока и Кавказа, но во многом социально и культурно обустроены не всегда благополучно [8].

Одна из причин такого состояния в том, что у многих государственных чиновников превалирует мнение, что проблемы коренных малочисленных народов по своему преимуществу экономические, или недооценка факторов социокультурных, духовно-политических, их особого влияния на этническое и гражданское самосознание этих народов. В том числе по этой причине многие нефте- и газодобывающие компании, работающие на территориях традиционного проживания коренных малочисленных народов, так и не взяли на себя ответственность за их социокультурное развитие. Исключением и примером для подражания в этом вопросе можно назвать активную позицию руководства Ханты-Мансийского автономного округа, которое продолжает традицию, заложенную А. В. Филипенко, и Ямало-Ненецкого автономного округа благодаря усилиям Ю. В. Неелова, совместно с Ассоциацией коренных малочисленных народов (С. Н. Харючи).

Органы власти субъектов Федерации, в которых проживают малочисленные народы, так и не смогли наладить грамотную этнологическую экспертизу хозяйственной деятельности на этих территориях. Без такой экспертизы трудно определить параметры безопасности такой деятельности для окружающей среды и последствия для аборигенного населения.

Среда обитания коренных народов — неотъемлемая часть их традиционного уклада жизни и самого существования. И если она разрушается, то разрушается сам народ. Фактор традиционной среды обитания надо учитывать для всех народов страны, в том числе и для русского народа. Этнонациональный фактор, кажущийся замкнутым и сконцентрированным на культурно-языковой самобытности, вместе с тем через деятельность индивидов и общностей пронизывает все сферы их жизнедеятельности, формирует в том числе характер и особенности культуры, в целом — этническое самосознание.

В соответствии с Единым перечнем коренных малочисленных народов Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства РФ от 24 марта 2000 года № 14, к ним относится 45 народов: абазины, алеуты, алюторцы, бесермяне, вепсы, долганы, ижорцы, ительмены, камчадалы, кереки, кеты, коряки, кумандинцы, манси, нагайбаки, нанайцы, нгананасы, негидальцы, ненцы, нивхи, ороки (ульта), орочи, саамы, селькупы, сойоты, тазы, теленгиты, телеуты, тофалары, тубалары, тувинцы-тоджинцы, удэгейцы, ульчи, ханты, челканцы, чуванцы, чукчи, чулымцы, шапсуги, шорцы, эвенки, эвены, энцы, эскимосы, юкагиры.

Необходимо отметить, что после развала Советского Союза в нашей стране было ослаблено внимание к интересам коренных малочисленных народов.

Промышленная экспансия в районы их проживания поставила некоторые из них на грань вымирания. Экстремальные условия жизни предопределяют выбор практических занятий для представителей названных выше народов.

Это охота, рыболовство, оленеводство, собирательство. То есть традиционное природопользование является основой существования данных народов как самостоятельных этносов. Особо следует отметить значение их векового опыта в сохранении и защите окружающей среды.

Коренные малочисленные народы имеют право на учет их мнения при реализации промышленных проектов, линий электропередачи и так далее.

Показательным примером является отказ хозяйки родового угодья Р. Тэвлиной в предоставлении своей земли под буровую установку для добычи нефти в Ханты-Мансийском автономном округе [3, с. 28].

В современных условиях перед многими коренными малочисленными народами стоит вопрос об их физическом выживании и о дальнейшем существовании как неповторимых этносов. Следует отметить, что в процессе общероссийского обсуждения Стратегии государственной национальной политики особенно много поступило предложений по совершенствованию законодательной базы в сфере защиты прав и интересов коренных малочисленных народов [8]. В частности, президент Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока С. Н. Харючи во время обсуждения Стратегии в Государственной Думе заявлял: «Защита прав коренных малочисленных народов Российской Федерации составляет одну из важнейших конституционных задач нашего государства как государства демократического и социального». Эти предложения были учтены в Стратегии. Особенно подчеркнута необходимость государственной поддержки сохранения самобытной культуры малочисленных народов, их языка, традиций и среды обитания.

Как одно из условий решения этой задачи предлагается составить словари языков коренных малочисленных народов России и обеспечить ими библиотеки, возобновить издание учебников и литературы на языках коренных малочисленных народов Севера; оказывать материальную помощь студентам-сиротам из числа коренных малочисленных народов, поддержку учебных заведений, обеспечивающих подготовку национальных кадров, оснащать лечебные учреждения и санитарно-эпидемиологические службы территорий расселения аборигенных народов необходимым оборудованием.

В процессе реализации задач, обозначенных в Стратегии, важно, чтобы развитие коренных малочисленных народов было поднято на качественно новый уровень, чтобы согласованно в защиту интересов выступали органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, хозяйствующие субъекты, Ассоциация коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока и другие институты гражданского общества.

Необходимо продолжить работу по подготовке и переподготовке управленческих кадров в органах местного самоуправления на территориях проживания коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока с учетом их особенностей. В свое время Минрегион России занимался вопросами совершенствования форм местного самоуправления в местах компактного проживания коренных малочисленных народов. И тогда же был утвержден перечень семи опорных муниципальных образований для изучения опыта управленческой деятельности и подготовки молодых кадров управленцев. Подобные опорные зоны особенно необходимы в сфере постановки новых задач, обозначенных в Стратегии [8].

Не меньшее значение имеет работа по реформированию системы дошкольного и школьного образования и подготовки кадров из числа малочисленных коренных народов, а также по изданию учебной, научной и художественной литературы на языках этих народов.

Минобразования России призвано содействовать организационному и финансовому обеспечению подготовки квалифицированных кадров из числа молодежи коренных малочисленных народов, как это в свое время делалось за счет средств федеральной программы «Экономическое и социальное развитие коренных малочисленных народов Севера».

Большой опыт подготовки педагогических кадров и кадров для государственного управления в местах проживания малочисленных народов имеет Университет имени А. И. Герцена в Санкт-Петербурге, СанктПетербургская полярная академия, в Институте технологий традиционных промыслов народов России обучаются по разнарядке из субъектов Федерации представители многих коренных малочисленных народов, в том числе по таким специальностям, как менеджмент, технология машинного оборудования, технология швейного производства, технология обработки кожи, дизайн, экономика.

Важно продолжить работу также по поддержке и пропаганде культуры и искусств малочисленных народов. Большой популярностью в свое время пользовалась выставка художников Севера, Сибири, Дальнего Востока «Север — любовь моя», традиционно проводимая на Поклонной горе в Москве.

Художники и мастера декоративно-прикладного искусства из Таймырского, Эвенкийского, Ненецкого, Чукотского автономных округов, Амурской, Магаданской, Сахалинской, Архангельской областей, Красноярского края, республик Саха (Якутия), Карелия, Коми представляли здесь работы различных направлений и жанров: живопись, графику, резьбу по кости и дереву, ткачество, лоскутное шитье, вышитую картину, национальные куклы, изделия из бересты, меха, кожи.

Эту выставку посетили сотни тысяч не только москвичей, но и гостей Москвы. Она воспринималась как праздник культуры народов России и взаимообогащения опытом культур. Это очень ценно, потому что россиянам разных национальностей после развала единой страны крайне важно вернуть веру в дружбу и братство народов страны, духовную близость, принадлежность всех нас к единой общегражданской нации.

В свое время в Миннаце России был подготовлен проект Концепции государственной политики в отношении коренных малочисленных народов и малочисленных этнических общностей Российской Федерации. В проекте были рассмотрены концептуальные подходы к взаимоотношениям между государством и указанными народами и этническими общностями, обуславливающие постепенную смену приоритетов в государственной политике: от политики патернализма к политике партнерских отношений. К сожалению, все эти подходы и разработки канули в Лету. Работа по обустройству коренных малочисленных народов должны быть продолжена на качественно более высоком уровне после принятия Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации.

Российская Федерация ратифицировала Европейскую хартию о национальных меньшинствах. И многое в этом плане делается в настоящее время. В 1996 году был принят Федеральный закон «О национальнокультурной автономии», что значительно расширило правовую базу государственной национальной политики в отношении этнических меньшинств, возможности удовлетворения их культурных потребностей и участия в общественно-политической жизни. Национально-культурные автономии становятся одним из эффективных институтов гражданского общества. Наряду с НКА активно действуют и другие формы объединения граждан, в том числе на полиэтнической основе (конгрессы, ассамблеи народов).

В Стратегии сказано о необходимости поддержки, наряду с другими общественными объединениями, национально-культурных автономий как важного средства выявления и удовлетворения этнокультурных запросов граждан, достижения стабильности межнациональных отношений, предупреждения конфликтов на национальной почве, обеспечения других задач, определенных в Стратегии [8].

Следует отметить, что активность НКА в решении этих задач все еще недостаточна. С одной стороны, в этом повинны сами НКА, хотя в ряде субъектов Федерации их голос звучит достаточно весомо (Москва, Хабаровский край, Оренбургская, Саратовская, Томская области, республики Удмуртия, Мордовия, Татарстан, Коми), с другой — федеральный центр.

Например, Минфином Российской Федерации так и не решен вопрос о финансировании общественно значимых программ (мероприятий) в области культуры и образования. Консультативный совет по делам НКА при Правительстве Российской Федерации (высший координационный орган НКА) длительное время работал с большими перерывами по причине частой смены руководства и отсутствия рабочего аппарата Совета. В настоящее время при Д. Н. Козаке работа Консультативного совета активизировалась. Стратегия нацеливает все институты гражданского общества на участие в разработке и реализации конкретных программ, направленных на защиту прав и потребностей коренных малочисленных народов и национальных меньшинств.

Учитывая, что в состав Совета по межнациональным отношениям при Президенте Российской Федерации вошли многие руководители национально-культурных автономий, межнациональных общественных объединений, ассоциаций, казачьих обществ, фондов, конгрессов, Ассамблеи народов России и ее филиалов, общественного Совета Московского дома национальностей, обозначенные в Стратегии вопросы в отношении коренных малочисленных народов и национальных меньшинств будут решены в общем контексте задач государственной национальной политики Российской Федерации.

The Article deals with the problems of the ethnonational policy in the Russian empire, the USSR and the Russian Federation.

Keywords: Russian empire, USSR, Russian Federation, small-numbered peoples, national minorities, ethnonational policy.

Список литературы

1. Абдулатипов Р. Г. Национальный вопрос и государственное устройство России / Р. Г. Абдулатипов. — М., 2000.

2. Абдулатипов Р. Г. Этнонациональная политика в Российской Федерации (Концепция, практика, реализация, перспективы) / Р. Г. Абдулатипов. — М., 2007.

3. Без согласия хозяина в дом не входят // Народный депутат. — 2007. — № 3. — С. 28.

4. Временное положение об управлении туземных народностей северных окраин РСФСР:

Утв. Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 25 октября 1926 года // СУ РСФСР. — 1927. — № 111. — Ст. 746.

5. Высочайше утвержденный Устав 22 июля (1822 г.) об управлении иноверцев // Полное собрание законов Российской Империи. — СПб., 1830. — Т. 38. — С. 394–417.

6. Михайлов В. А. стратегия государственной национальной политики Российской Федерации в контексте формирования Евразийского Союза (тезисы) / В. А. Михайлов // Публичное и частное право. — 2013. — Вып. III (XIX). — С. 7–11.

7. Михайлов В. А. К дискуссии о проблеме российской идентичности / В. А. Михайлов, Н. В. Михайлова // Вестник российской нации. — 2009. — № 5. — С. 47–57.

8. Стратегия государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года: Утв. Указом Президента Российской Федерации от 19 декабря 2012 года № 1666 // Публичное и частное право. — 2012. — Вып. IV (XVI). — С. 12–29.

И. В. Черникова, С. В. Толюпа Конституционное строительство в Российской Федерации и формирование правового государства в контексте взаимодействия органов государственной власти и институтов гражданского общества В статье изложены суждения авторов о формировании в Российской Федерации правового государства и институтов гражданского общества.

Ключевые слова: Российская Федерации, конституция, закон, право, правовое государство, гражданское общество.

Идея правового государства подразумевает наличие частной собственности в качестве первичной и исходной. В нашем государстве делается попытка не только возродить идею правового государства, но и претворить ее в жизнь.

Безусловно, этот путь будет долгим, сложным и противоречивым, хотя Россия и провозглашается правовым государством в соответствии с Конституцией РФ [1]. История хранит немало плодотворных идей о совместимости государства с правом. Множество мыслителей, начиная с античности и до наших дней, занимаются проблемой создания государства, которое отвечало бы их представлениям о свободе, равенстве, законности, демократии. В процессе развития представлений о государстве и праве сформировалась идея организации такой формы общественной жизни людей, при которой право становится властной силой (законом), а публично-властная сила, признающая право, — справедливой государственной властью. Такое понимание государства, как правовой организации публично-властной силы, является основой идеи правового государства. Представления о государстве как организации, осуществляющей свою деятельность на основе закона, начали формироваться уже на ранних этапах развития человеческой цивилизации.

С идеей правового государства связывались поиски более совершенных и справедливых форм общественной жизни. Можно сказать, что теоретически правовое государство есть концентрированное выражение гражданского общества. В силу этого его этапы развития в целом и общем совпадают с этапами развития гражданского общества. Вместе с тем поскольку всякое государство обладает известной самостоятельностью по отношению к обществу, то этапам развития правового государства присущи определенные особенности, отражающие его политический характер. Первый этап развития правового гражданского общества — это становление рыночной экономики, предпринимательства, гласности, свободы средств массовой информации, социальной защищенности граждан; второй этап — утверждение рыночной экономики, различных форм предпринимательства, обеспечение социальной защищенности граждан, наличие гласности, свободной деятельности средств массовой информации. В общефилософском смысле свобода может быть определена как способность человека действовать в соответствии со своими интересами, опираясь на познание объективной необходимости [3].

В правовом государстве в отношении человека надо создавать условия для его юридической свободы, своеобразный механизм правового стимулирования, в основе которого «дозволено все, что не запрещено законом». Человек как автономный субъект свободен распоряжаться своими силами, способностями, имуществом, совестью. Право же, являясь формой и мерой свободы, должно максимально раздвинуть границы ограничений личности, прежде всего в экономике, сфере внедрения научно-технического прогресса в производство и т. п. Ценностный смысл идеи правового государства состоит в утверждении суверенности народа как источника власти, гарантированности его свободы, подчинении государства обществу.

В разные эпохи, разными учеными-юристами давались различные определения термину «правовое государство». Итак, правовое государство — это такая форма организации государственной жизни, которая строится на основе норм права. Принципы правового государства: 1) наиболее полное обеспечение прав и свобод человека и гражданина (социальная сторона);

2) наиболее последовательное связывание с помощью права политической власти, формирование для государственных структур правового ограничения (фopмaльнo-юридическая сторона) [4]. Правовое государство должно последовательно исполнять свое главное предназначение — гарантировать каждому гражданину возможность всестороннего развития личности. Речь идет о такой системе социальных действий, при которой права человека и гражданина являются первичными, естественными, в то время как возможность отправления функций государственной власти является вторичной, производной.

Политической и правовой наукой ныне в виде естественных прав признается система гражданских (личных), политических, экономических, социальных и культурных прав личности, которые содержатся во Всеобщей декларации прав человека 1948 года и других международных актах. Права человека положены в основу системы «сдержек и противовесов», правового ограничения для государства, не допуская излишнего регулирования государством частной жизни.

Государство само себя никогда не ограничит; ограничить власть может только другая власть. Однако власть государства можно ограничить всего лишь правами человека и гражданина, которые выступают своеобразным проявлением власти личности, волей гражданского общества, составляют главную часть права вообще. Только осознанием необходимости инициативного поведения в правовой сфере, повышением юридической и политической культуры можно установить настоящие гарантии приоритета прав человека и гражданина как высшей ценности над правами государства.

Простое механическое накладывание на общественные отношения и общественное сознание в России западных правовых штампов, в том числе и доктрины правового государства, не принесет желаемого результата, а может только навредить [2]. Принципы правового государства постепенно выкристаллизовались в политической борьбе общества против произвола государственной власти, против ее вмешательства в частную и общественную жизнь, против установления авторитарных и тоталитарных политических режимов.

В разработке отечественных ученых по данному вопросу наблюдается определенный разброс мнений. Чаще всего выделяют четыре основных принципа правового государства: господство права во всех сферах жизни общества и верховенство правового закона; незыблемость, гарантированность и реальность прав и свобод человека и гражданина; взаимная ответственность личности и государства; принцип разделения властей, как конституционный политический принцип и институциональный принцип. Вместе с тем думается, что этот перечень основных принципов правового государства следует дополнить еще двумя немаловажными. Во-первых, в основе правового государства должна лежать правовая экономика. Во-вторых, основой правового государства может служить только развитое гражданское общество, которое надежно осуществляет контроль за государственной властью и прежде всего исполнительной.

В России приходится одновременно решать задачи формирования гражданского общества и создания правового государства. Это ее специфика, вызванная объективными и субъективными условиями. Правовое государство — это государство, в котором правовыми средствами реально обеспечены права и свободы человека и гражданина и вся публично-политическая деятельность государства осуществляется в строгом соответствии с правом, с законом. Государственная власть в правовом государстве не является абсолютной. Это обусловлено не только господством права, связанностью государственной власти правом, но и тем, как организована государственная власть, в каких формах и какими органами она осуществляется. Если затронуть вопрос об основах организации государственной власти в Российской Федерации, то априори власть, как одна из форм социальных отношений, в общем смысле предполагает способность и возможность субъекта управления воздействовать определенными способами и средствами (методами) на деятельность и поведение людей и социальных групп общества. В структуру государственной власти входит народ как источник власти и государство, то есть государственный аппарат, как непосредственный носитель власти. Государственный аппарат осуществляет власть, осуществляет реализацию власти в отношении объекта власти, которым является общество в целом, его социальные группы и каждый индивид общества.

Государственный аппарат образуют государственные органы, каждый из которых наделен строго определенной компетенцией, имеет внутреннюю структуру, образуется в порядке, установленном законодательством, функционирует за счет налогоплательщиков, имеет свою материальную базу, государственно-властные полномочия, издает обязательные правовые акты и обладает возможностью применения государственного принуждения в отношении индивидов общества, государственных и негосударственных органов, организаций в случае неисполнения ими запретов, установленных законодательством.

Обратимся к теории разделения властей. Согласно этой теории смешение, соединение властей (законодательной, исполнительной, судебной) в одном органе, в руках одного лица чревато опасностью установления деспотического режима, где невозможна свобода личности. Поэтому для того, чтобы предотвратить возникновение авторитарной абсолютной власти, не связанной правом, эти ветви власти должны быть разграничены, разделены, обособлены. С помощью разделения властей правовое государство организуется и функционирует правовым способом: государственные органы действуют в рамках своей компетенции, не подменяя друг друга; устанавливается взаимный контроль, сбалансированность, равновесие во взаимоотношениях государственных органов, осуществляющих законодательную, исполнительную и судебную власть.

Этот принцип в демократическом обществе предполагает, что все три власти одинаковы, равнозначны по силе, служат противовесами по отношению друг к другу и могут «сдерживать» одна другую, не допускать доминирования одной из них. Например, превращения управленческой власти в авторитарную, а законодательной — во «всевластие», в тоталитарную власть, подчиняющую себе и управление, и правосудие.

Но даже если соблюдено требование разделения властей, задействована система «сдержек и противовесов», то государство еще не обязательно является правовым. Поэтому далее следует рассмотреть следующий признак правового государства — принцип верховенства закона. Верховенство закона, «связанность» государства законом означает, что государство и личность в своих действиях должны прежде всего соответствовать закону: никто не имеет права нарушать закон. В свою очередь, законы в таком государстве должны быть правовыми. Закон, принятый законодательным органом власти при строгом соблюдении всех конституционных процедур, не может быть изменен, отменен или приостановлен ни ведомственными актами, ни правительственными распоряжениями, ни решениями партийных органов, сколь бы высоки и авторитетны они ни были.

Вся общественная деятельность закреплена в конституции правового государства. Конституция — это закон, то есть принятый в особом порядке первичный правовой акт по основным вопросам жизни страны, непосредственно выражающий государственную волю и обладающий высшей юридической силой. По своему значению конституция является правовым актом первичного характера, то есть юридическим предписанием, которое представляет собой отправное начало всей правовой системы государства.

По своим юридическим свойствам конституция представляет собой правовой акт, обладающий высшей юридической силой. Конституция и основанные на конституции законы образуют ядро, стержень правовой системы государства. Все это и предопределяет верховенство закона — важнейшего требования законности. Верховенство закона понимается как требование законности и как основной признак действительно правового государства. В правовом государстве всё и все подвластны закону: и граждане, и должностные лица, и органы власти и управления, и само государство в целом. Закон подкрепляет свои предписания мерами ответственности и тем самым гарантирует защищенность общества и гражданина от нарушения законных прав, интересов, свобод. Закон — единственно возможное средство выражения и закрепления потребностей и интересов каждого человека и всего общества, превращения воли народа в общеобязательный регулятор общественных отношений, возведения этой воли в ранг правил, которым подвластны все. В правовом государстве ни один государственный орган, ни одно должностное лицо, ни один коллектив, ни одна общественная организация, ни один человек не вправе посягать на закон. За его нарушение они несут строгую юридическую ответственность. Когда мы ведем речь о верховенстве закона как нормативно-правового акта, обладающего высшей юридической силой, то имеем в виду, что все подзаконные акты должны строго соответствовать закону, а должностные лица — не уклоняться от исполнения закона и тем более не нарушать его.

Правовое государство немыслимо без определенных прав и свобод человека. В Конституции России правам и свободам человека посвящена глава 2, которая так и называется «Права и свободы человека и гражданина» [1].

Вопрос о реальности прав и свобод человека является одним из важнейших на данном этапе развития нашего общества. Абсолютной свободы не может быть, так как государство и общество также обладают свободой. Стремление человека к абсолютной свободе приводит к злоупотреблению правом. Соответственно, человек вынужден ограждать свою свободу, так как если он не будет ограждать ее, то это приведет к свободе сильного над слабым, что, естественно, ограничит свободу одних и увеличит возможности других. Свобода человека может стать только тогда реальной, когда каждый человек начнет соблюдать и уважать свободу другого.

Государство и личность взаимосвязаны и взаимозависимы: государство не может существовать без личности, а личность — без государства. Правовое государство обеспечивает личности защиту ее прав и свобод, предоставляет возможность участвовать в общественной жизни страны. Личность обеспечивает государству его существование, развитие и процветание. Правовое положение и взаимоотношения всех субъектов общественной, политической и государственной жизни должны быть четко определены правовыми законами, защищены и гарантированы всей конструкцией правовой государственности. Если правовое положение хотя бы одного субъекта не определено или определено не четко, то это создает поле для злоупотреблений, игнорирования правовых начал, а если правовые начала игнорируются в одном звене, они немедленно нарушаются и в других звеньях.

Важным гарантом незыблемости прав и свобод граждан является конституционное положение, в соответствии с которым властные структуры государства обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы [1]. В правовом государстве признается право каждого гражданина защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. В свою очередь, гражданин несет ответственность за свои незаконные действия перед государством в лице его органов. Правовой характер взаимной ответственности государства и личности — это важная составная часть объективно складывающегося в обществе права. Соблюдение правовых требований — юридическая обязанность всех, и прежде всего государства, что является характерной чертой правового государства.

Принцип господства права (верховенства правового закона) четко вырисовывается из понятия правового государства. Ведь понятие правового государства выражает связанность государства правом, прежде всего демократической конституцией и правовыми законами, изданными на основе этой конституции. Хотя государство и право представляют собой продукты общества, тем не менее государство подчиняется праву, изданному им самим, верховенство которого постоянно декларируется и осуществляется. Подчинившись правовым законам, государство превращается в одного из субъектов права и в этом качестве оно равноправно с другими субъектами, в первую очередь с индивидами. Без правового (формального) равенства государства и индивида не может существовать ни право, ни, стало быть, правовое государство.

Основополагающим фактором является и то, что изначально идея правового государства была связана с утверждением суверенности народа, подчинением государства обществу. Ценностный смысл идеи правового государства как раз и состоит в создании такой системы государственно-правовых отношений, которая обеспечивала бы примат права во всех сферах общественных отношений. Господство права и верховенство правового закона предполагают в связи с этим соответствующую правовую организацию самой системы государственной власти. Речь идет о конституционно-правовом, законном учреждении различных государственных органов, о четком определении их компетенции и предметов ведения, места в системе, характера отношений между собой, способов формирования, форм деятельности и т. д.

Утверждение, что государство связано правом, означает, что государство не вправе издавать законы, противоречащие праву (свободе, равенству, справедливости, гуманизму, нравственности, правам человека и гражданина).

Данное утверждение означает также, что государство обязано выражать право в виде законов. Принцип незыблемости, гарантированности и реальности основных прав и свобод человека и гражданина означает, что государство не только признает, но и реально гарантирует права и свободы личности, признаваемые мировым сообществом в качестве естественных, принадлежащих человеку от рождения и потому незыблемых, неотчуждаемых государственной властью, тем более что в цивилизованных государствах эти права и свободы закреплены в конституциях данных государств. Вызывает недоумение тот факт, что во многих отечественных публикациях этот принцип почему-то ставят на третье, пятое, седьмое и другие последующие или вообще последние места, высвечивая доминирующим, как правило, принцип разделения властей. Видимо, это все еще инерция от тоталитарного государства с его все подавляющим этатизмом. А ведь деформация общественного развития начинается там, где сдвигаются приоритеты и во главу угла ставится государство как самодовлеющая ценность. Человеку же и его интересам отводится подчиненное место. Тенденция к смещению приоритетов в отношениях «государство — личность» неизбежно ведет к формированию тоталитарных режимов. Гарантия свободы отдельного человека находит свое логическое выражение и конкретизацию в основных правах человека. Следует не упускать также из виду, что немаловажное значение имеет механизм выявления, согласования и отражения в государственной политике многообразных интересов, существующих в обществе: классовых, сословных, групповых, профессиональных, возрастных, духовных и т. д.

Что касается принципа взаимной ответственности государства и личности, то данный принцип обязывает обе стороны нести определенное бремя ответственности. Гражданин обязан соблюдать Конституцию, быть законопослушным, с честью нести обязанности перед обществом и государством.

Государство, в свою очередь, в плане поддержания доверия к нему, обязано возмещать убытки, причиненные гражданину государством, его органами и должностными лицами. Гражданин может требовать от государства исполнения его обязанностей, в частности, обеспечения реальности закрепленных в Конституции прав и свобод, обеспечения своей безопасности со стороны государства, своей собственности, восстановления нарушенных прав и свобод, устранения препятствий к их осуществлению.

В соответствии с принципом правовой безопасности и принципом взаимной ответственности можно утверждать, что в обязанности государства входит обеспечение правовой защищенности личности. В правовом государстве закреплены юридические возможности личности требовать от государства исполнения его обязанностей. Главной и наиболее эффективной, всеохватывающей из таких возможностей является судебный порядок обжалования действий и решений государственных органов, организаций, учреждений и должностных лиц, которые нарушили права и свободы личности или создали препятствия для их реализации, либо на человека незаконно возложили обязанности или человека незаконно привлекли к юридической ответственности. Если гражданин не получил защиты своих прав внутри государства и исчерпаны все внутригосударственные средства правовой зашиты, то он вправе обратиться в международные организации по защите прав и свобод человека.

Принцип разделения властей нельзя понимать буквально. Разделение властей предполагает их соответствующую кооперацию. Ведь государственная власть является и остается суверенной, единой и неделимой. Ее разделение означает лишь исключение узурпации властных полномочий в одном органе или ветви власти, взаимный контроль ветвей власти друг за другом, а также распределение труда, то есть функций. Разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную обеспечивает условия, при которых государство может наилучшим способом выполнять свои функции и которые вместе с тем исключали бы узурпацию государством власти, принадлежащей стране.

Кроме отраслевого разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, существует разделение власти между верховными (федеральными), региональными (субъектами федерации) и местными государственными органами, а также местным самоуправлением (муниципальной властью).

Точкой отсчета государства должен стать человек, а главная целенаправленность общественного развития — это «человеческое измерение», то есть гуманистическая составляющая. Основными задачами в этом контексте являются следующие.

1. Формирование развитого гражданского общества, которое «разгрузит» государство от несвойственных ему социально-экономических задач, освободит от патернализма.

2. Формирование экономико-правовой модели общества, в производственных отношениях которого господствует примат рыночного способа эквивалентного обмена и распределения, поскольку правовое государство и рыночная экономика — близнецы.

3. Осуществление на деле верховенства законности и борьба с коррупцией в деятельности государственных и муниципальных органов.

4. Создание действенной судебной власти и на ее основе — всеохватывающей, эффективной судебной защиты, создание условий для эффективной работы всех правоохранительных органов.

5. Установление четких пределов государственной деятельности, в том числе в нормотворчестве.

6. Признание на практике декларированного в Конституции Российской Федерации принципа разделения властей и его неуклонное соблюдение; четкое конституционно-правовое разграничение предметов ведения и компетенции между Российской Федерацией и ее субъектами, между субъектами Российской Федерации и органами местного самоуправления.

7. Актуализация и легитимизация института непосредственного волеизъявления народа, в том числе референдума на разных уровнях.

8. Обеспечение оптимального сочетания на деле принципов демократизма, правового и социального государства.

9. Продолжение разработки механизма конституционной (политической) ответственности представителей государственной власти Российской Федерации, включая депутатов Государственной Думы и членов Совета Федерации, а также юридической ответственности представителей государственной власти субъектов Российской Федерации.

10. Правовая регламентация обеспечения действия принципа политического плюрализма как отражения и открытого волеизъявления всех политических сил страны в рамках плюралистической демократии; создание и укрепление стабильной политической системы.

11. Правовая, экономическая, организационная ревизия «разбухших бюрократических структур» исполнительной и законодательной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации [4].

Правовое государство — это демократическое государство, в котором обеспечивается господство права, верховенство закона, равенство всех перед законом и независимым судом, где признаются и гарантируются права и свободы человека и где в основу организации государственной власти положен принцип разделения законодательной, исполнительной и судебной власти.

Общество и государство как орган управления его делами не являются тождественными явлениями. Между ними существуют сложные и противоречивые связи, взаимоотношения. Суть их сводится к тому, чтобы общество могло существовать на подлинно демократической основе, а государство не превышало своих полномочий и без законных к тому оснований не вмешивалось в дела общества. Гражданское общество — это все, что характеризует человеческое бытие, за минусом государства, его органов и его деятельности. Это такие социальные образования, как семья, нации, иные социальные группы, классы. Соответственно, и гражданское общество понимается как система общественных отношений между людьми на уровне семьи, нации, классов, иных социальных групп. При этом выделяют три большие сферы деятельности гражданского общества: экономику, социально-культурную, политическую. Государство также активно вторгается в сферу экономики, культуры и политики, управляет происходящими в них процессами. Однако вмешательство государства в дела общества должно быть минимальным и разумным. Государство не должно мешать гражданину и обществу в целом быть свободными в своих непосредственных делах и устремлениях. Однако установить грань разумного вмешательства государства в дела общества не так-то просто. То, что государство находит разумным и полезным, то общество нередко признает покушением на его права, его свободы. В целях правильного взаимодействия общества и государства в гражданском обществе создаются и действуют общественные объединения: профессиональные, творческие, культурные, спортивные союзы и движения, религиозные организации. Основное назначение общественных объединений видится в том, чтобы объединять людей в единое целое и в случае необходимости достойно противостоять всяким попыткам государства нарушить права и свободы как отдельной личности, так и общества в целом. Одновременно в гражданском обществе образуются и действуют политические партии, являющиеся общественными организациями, основная задача которых видится в непосредственном участии в делах государства и даже в подчинении себе его органов.

Ибо только овладев государственным аппаратом, партия или партии смогут проводить реформы в обществе сообразно собственному пониманию целей и задач современного общества, путей его успешного развития и процветания.

Вследствие непосредственной и тесной связи общественных объединений, политических партий и государства нельзя дать полную характеристику государству, не рассмотрев его соотношение с названными институтами гражданского общества [5]. Отсутствие надлежащего гражданского общества — один из дефицитов качества жизни любого общества; важнейшими гарантами стабильности гражданского общества выступают правовое государство и социальное государство. Гражданское общество как система отношений, в которой индивиды и образуемые ими объединения в соответствии с их свободным волеизъявлением на основе права реализуют свои интересы, зиждется на частной собственности среднего достатка и зарождается с ее возникновением. В своем развитии гражданское общество прошло несколько этапов и находится на очередном этапе своей эволюции. Исторический опыт взаимодействия государства и гражданского общества свидетельствует о непродуктивности подмены внутренне присущей современному обществу двухполюсной структуры (государство и гражданское общество) монолитной структурой (одно государство). Поэтому условием существования демократического строя является не только традиционное разделение государственной власти на ветви, но и дополняющее его разделение власти между государством и гражданским обществом. При всем многократном разнообразии сущности характеристики современного гражданского общества бесспорным является то, что гражданское общество основано на праве и обеспечении интересов гражданина и человека; в гражданском обществе индивиды равноправны, самостоятельны, вступают во взаимоотношения по собственному обоюдному волеизъявлению, являются инициаторами создания своих формирований по различным плюралистическим политическим, экономическим, идеологическим, духовным и прочим интересам.

История цивилизации свидетельствует о том, что в основе экономического прогресса, а значит, и общества в целом, лежит частная собственность и гражданское общество — это не что иное, как договорные отношения частных собственников. Структурными элементами гражданского общества являются: собственность, свободный труд, предпринимательство, общественные объединения, отправление религиозных культов, семья, образование, наука, культура, воспитание и свободные (негосударственные) средства массовой информации. Тем самым очерчиваются общие контуры гражданского общества как сферы внегосударственных отношений. При этом структурная основа гражданского общества предполагает возможность граждан контролировать своих правителей. Речь идет о существовании разнообразных общественных институтов, которые в состоянии противостоять силе правителей.

Наличие гражданского общества обусловливают три основных критерия: политический, юридический и социально-экономический. При формировании гражданского общества в России приходится решать следующие серьезные проблемы: бороться с широкомасштабной коррумпированностью чиновничества; принимать меры по совершенствованию некачественного, неэффективного законодательства; преодолевать существенное различие между провозглашаемыми целями преобразования общества на идеях господства права и фактической правотворческой и правоприменительной практикой; ввести борьбу с возрастающим влиянием экономических групп и различных экономических кланов на региональный уровень управления [5].

Связующим звеном для достижения цели структурирования гражданского общества, особенно роста среднего класса, является солидарность общества. Вопросы, связанные с правовым государством, всегда вызывают глубокий интерес. Они актуальны в современных условиях, так как мы живем в стране, которая по Конституции является правовым государством. С практической точки зрения изучение явления правового государства может показать путь, формы, методы, которые целесообразно использовать в сложившейся ситуации при создании правового государства в России. Знание основ теории государства и права дает возможность грамотно оценить публичные заявления политиков и практические шаги государственных органов власти на пути формирования правового государства. Такие знания помогают понять, на каком уровне строительства правового государства мы находимся.

В заключение стоит отметить, что идеи правового государства разрабатывались учеными и мыслителями на протяжении веков. Существование таких государств является логичным и исторически обоснованным. Вместе с тем полноценное правовое государство может существовать только в многополярном и развитом гражданском обществе.

The Article presents the Authors’ opinion about the state governed by the rule of law and civil society institutions formation in the Russian Federation.

Keywords: Russian Federations, constitution, law, right, state governed by the rule of law, civil society.

Список литературы

1. Конституция и государственная символика Российской Федерации. — М. : Эксмо, 2011.

2. Соколов А. Н. Коррупция, гражданское общество и правовое государство (сравнительноправовой анализ) / А. Н. Соколов // Журнал российского права. — 2008. — № 8.

3. Соколов А. Н. Россия: проблемы форм правления и государственного устройства / А. Н. Соколов, Ю. И. Губин // Балтийский юридический форум «Закон и правопорядок в третьем тысячелетии» : материалы Международной научно-практической конференции. — Калининград : Калининградский филиал СПбУ МВД России, 2013. — С. 100–103.

4. Черникова И. В. Гражданское общество и правовое государство в Российской Федерации в контексте конституционного строительства / И. В. Черникова // Конституционноправовые основы взаимодействия органов государственной власти и институтов гражданского общества в Российской Федерации : монография / под ред. О. Н. Булакова, Г. В. Свинцова. — Пенза : Приволжский Дом знаний, 2013.

5. Черникова И. В. Становление гражданского общества и проблемы формирования гражданственности обучающихся в вузах : монография / И. В. Черникова. — Калининград : Изд-во БГАРФ, 2011.

Б. В. Коробейников Государственная политика в правовом регулировании прокурорской деятельности Статья посвящена анализу государственной политики в сфере правового регулирования деятельности органов прокуратуры Российской Федерации.

Ключевые слова: прокуратура Российской Федерации, федеральное законодательство, государственная политика в сфере правового регулирования деятельности российской прокуратуры.

Государственная политика — это совокупность целей и задач развития государства и общества, определяемых высшими органами законодательной, исполнительной власти и Президентом Российской Федерации, реализуемых на основании принятых законов и подзаконных актов всеми нижестоящими юридическими и физическими лицами. Одним из таких лиц является прокуратура, занимающая важное место в системе государственной власти.

Прокуратура не только субъект реализации государственной политики, но и в пределах представленных ей полномочий является субъектом обеспечения реализации государственной политики другими юридическими и физическими лицами. Конкретные задачи и полномочия деятельности прокуратуры в этом направлении определяются: Конституцией Российской Федерации, Федеральным законом от 17.01.1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (с поправками), нормами УПК РФ, ГПК РФ, АПК РФ, а также некоторыми другими законами, например, Федеральным законом от 12.08.1995 года № 144-ФЗ (ред. от 21.12.2013 г.) «Об оперативно-розыскной деятельности» (ст. 21).

Правовое регулирование прокурорской деятельности, отражающее государственную политику, осуществляется на трех уровнях: 1) конституционное регулирование; 2) регулирование федеральными законами; 3) регулирование приказами Генерального прокурора Российской Федерации.

Конституционное регулирование прокурорской деятельности. В Конституции СССР (с изменениями и дополнениями, внесенными Законом СССР от 01.12.1988 г.) в разделе VII «Правосудие, арбитраж и прокурорский надзор» правовое регулирование деятельности органов прокуратуры было осуществлено статьями 164–168 главы 21 «Прокуратура». В этих статьях, в частности, были предусмотрены важные положения о том, что: прокуратура осуществляет высший надзор за точным и единообразным исполнением законов всеми министерствами, ведомствами, кооперативами, колхозами, должностными лицами, а также гражданами (ст. 164); Генеральный прокурор ответственен и подотчетен перед Съездом народных депутатов и Верховным Советом СССР (ст. 165); прокуроры союзных республик, краев, областей и автономных республик назначаются Генеральным прокурором СССР; прокуроры автономных округов, районные и городские прокуроры назначаются прокурорами союзных республик и утверждаются Генеральным прокурором СССР (ст. 166); срок полномочий Генерального прокурора СССР и всех нижестоящих прокуроров — пять лет (ст. 167); органы прокуратуры осуществляют свои полномочия независимо от каких бы то ни было местных органов, подчиняясь только Генеральному прокурору СССР (ст. 168).

Аналогичные статьи, за исключением статьи 165 Конституции СССР, были внесены в Конституции союзных республик.

В Конституции Российской Федерации, принятой всенародным голосованием 12.12.1993 года, органам прокуратуры посвящена только одна статья 129 в главе 7 «Судебная власть», причем включение ее состоялось благодаря стечению благоприятных обстоятельств, поскольку в названии главы упоминания о прокуратуре до последнего времени не было.

Различие объема правового регулирования прокурорской деятельности в Конституции СССР и Конституции Российской Федерации достаточно очевидно, хотя статья 129 и состоит из пяти пунктов. Основные различия в названных правовых актах, отражающих государственную политику, относительно органов прокуратуры состоят в следующем.

— По Конституции СССР Генеральный прокурор СССР ответственен и подотчетен Съезду народных депутатов и Верховному Совету СССР (ст. 165), а по Конституции РФ — Совету Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, то есть только одной палате Федерального Собрания Российской Федерации (п. 2 ст. 129).

— Согласно статье 166 Конституции СССР Генеральный прокурор назначался непосредственно Съездом народных депутатов и Верховным Советом СССР, а в соответствии с пунктом 2 статьи 129 Конституции Российской Федерации — назначается Советом Федерации по представлению Президента Российской Федерации.

— По Конституции СССР (ст. 166) прокуроры субъектов (краев, областей) назначались без предварительных согласований Генеральным прокурором СССР, а по Конституции Российской Федерации (п. 3 ст. 129) назначаются по согласованию с ее субъектами.

— В статье 129 Конституции Российской Федерации нет понятия «высший надзор», осуществляемый прокуратурой, хотя данное понятие было предусмотрено в статье 164 Конституции СССР.

— В статье 129 Конституции Российской Федерации нет характеристики предмета надзора, хотя предмет надзора был предусмотрен в статье 164 Конституции СССР.

— В статье 129 Конституции Российской Федерации отсутствует полномочие по надзору за исполнением законов гражданами, хотя надзор за исполнением законов гражданами был предусмотрен в статье 164 Конституции СССР.

— В статье 167 Конституции СССР срок полномочий Генерального прокурора СССР и всех нижестоящих прокуроров был установлен в 5 лет. В статье 129 Конституции Российской Федерации срок полномочий прокуроров вообще не указан.

— В статье 168 Конституции СССР было указано, что органы прокуратуры осуществляют свои полномочия независимо от каких бы то ни было местных органов, подчиняются только Генеральному прокурору СССР, а в статье 129 пункте 1 Конституции РФ указано, что нижестоящие прокуроры подчиняются вышестоящим и Генеральному прокурору Российской Федерации.

Понижение уровня объема и другие различия конституционного регулирования прокурорской деятельности объясняются резким изменением социально-политических условий жизни в стране, крайне обострившихся после событий 3–4 октября 1993 года. На властные структуры все большее влияние стали оказывать представители капитала — «олигархи», чьи конкретные интересы и цели сильно расходились с интересами населения и тех политических сил, которые стремились сохранить государство от распада, обеспечить соблюдение прав и свобод граждан, состояние законности в стране. В этой острой политической борьбе прокуратура настойчиво применяла все доступные ей средства для пресечения нарушений законности в обществе. Однако бороться с политическими противниками, разрушающими экономику и условия социальной жизни, ей подчас было не под силу. Поэтому та сравнительная ограниченность правового регулирования (вместо 5 статей), которая появилась в Конституции Российской Федерации 1993 года, может рассматриваться как последствия принципиальной, твердой позиции в деле укрепления стабильности и законности в стране в тот период.

Статья 129 Конституции Российской Федерации не изменялась до 2014 года, когда Федеральным конституционным законом от 05.02.2014 года № 2 — ФКЗ в нее была внесена поправка, в соответствии с которой (п. 3) заместителей Генерального прокурора стал назначать и освобождать от должности Совет Федерации по представлению Президента Российской Федерации, а прокуроров субъектов Российской Федерации назначать на должность стал Президент Российской Федерации по представлению Генерального прокурора Российской Федерации, согласованному с субъектами Российской Федерации. Освобождаются от должности прокуроры субъектов Российской Федерации Президентом Российской Федерации. В пункте 4 статьи 129 Конституции Российской Федерации в качестве поправки указано, что иные прокуроры, кроме прокуроров городов, районов и приравненных к ним прокуроров, назначаются на должность и освобождаются от должности Президентом Российской Федерации, следовательно, Генеральный прокурор РФ имеет право назначать только прокуроров городского и районного уровня. Эти поправки, безусловно, усиливают президентскую власть в стране.

Второй уровень правового регулирования прокурорской деятельности, как уже было сказано выше, осуществляется федеральными законами. Основополагающее место среди них занимает федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 года № 2202-1. Данный закон принимался в условиях жесткой политической борьбы сторонников и противников перестройки, борьбы за власть в стране. Поэтому текст принятого закона во многом был результатом уступок и компромиссов противоборствующих сторон, которые в последующем потребовали внесения многочисленных поправок. Всего с момента принятия до 2015 года в текст закона, состоящего из 54 статьей, было внесено 36-ю Федеральными законами и 4-мя постановлениями Конституционного суда РФ 225 поправок и 21 дополнительная статья. Вряд ли есть смыл рассматривать все внесенные в закон поправки и дополнения, тем более что большинство из них (154 и 21 статья) касаются кадров прокуратуры, прохождения службы, финансового и материального обеспечения прокурорских работников, их приема и увольнения, поощрения и дисциплинарной ответственности и т. п.

Некоторые новые, по сравнению с текстом Закона «О прокуратуре СССР», положения, имеющие важное социально-политическое и организационноуправленческое значение, были сразу внесены в текст нового закона. Одним из таких наиболее важных, имеющих политическое значение, было лишение органов прокуратуры права осуществлять надзор за исполнением законов гражданами (ст. 22 Закона «О прокуратуре СССР»).

В статье 22 Закона «О прокуратуре СССР» было предусмотрено, что одной из задач прокуроров является надзор за соответствием издаваемых актов не только Конституции СССР и законам СССР, но и постановлениям Совета Министров СССР, Советов Министров союзных и автономных республик. В законе РФ «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 года № 2202-1 такое полномочие не предусмотрено, очевидно потому, что прокурорский надзор осуществляется за исполнением законов, а постановления Совета Министров таковыми не являются.

Обращает на себя внимание пункт 2 статьи 20 Закона РФ от 17.01.1992 года; в данном пункте Закона РФ говорится, что прокуратура не подменяет органы государственного и хозяйственного управления и контроля и не вмешивается в оперативно-хозяйственную деятельность. Проверки исполнения законов проводятся на основании поступивших сообщений и имеющихся сведений о нарушениях законности, требующих непосредственного прокурорского реагирования. Этим положением подчеркивается, что прокуратура никоим образом не вмешивается в предпринимательскую деятельность. Проверки исполнения законов проводятся только тогда, когда становится известно об их нарушениях. В этом положении четко проявляется забота государства о частной предпринимательской деятельности, ее защита даже от прокурорского надзора.

В Законе о прокуратуре РФ от 17.01.1992 года № 2202-1 исключено имевшееся в законе о прокуратуре СССР понятие «общий надзор». Название этому направлению прокурорского надзора однозначно до сих пор не определено. В Закон РФ от 17.01.1992 года № 2202-1 не было включено по политическим мотивам, отражавшим интересы новой «рыночной экономики», право прокуратуры осуществлять, надзор за исполнением законов кооперативными и иными общественными организациями. Политический характер имело и то, что в соответствии с Законом РФ от 17.01.1992 года № 2202-1 прокуроры утратили право законодательной инициативы, ранее имевшееся в Законе о прокуратуре СССР.

Отмеченное сокращение полномочий органов прокуратуры свидетельствует об изменении государственной политики в условиях возрождающихся капиталистических отношений в обществе, непротиводействии незаконному захвату объектов государственной собственности, приносящих быструю прибыль без адекватных вложений труда и капитала в развитие экономики, примером и средством чему служила так называемая «приватизация». Ее реализация лишила значительной части доходов государство, что, в свою очередь, незамедлительно сказалось на уровне жизни населения. В стране крайне обострилась социально-политическая обстановка. Увеличилось количество забастовок, перекрытий дорог, нарушений общественного прядка. Все это потребовало принятия экстраординарных мер по снижению социальнополитического накала в обществе. Одним из мероприятий в этом направлении стало принятие новой редакции закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.11.1995 года. В частности, важное политическое значение для предупреждения центробежных процессов распада государства имело предоставление этим законом (п. 1 ст. 21) прокуратуре права надзора за исполнением законов представительными (законодательными) и исполнительными органами субъектов Российской Федерации. В прежней редакции право надзора за исполнением законов предоставлялось только местным советам народных депутатов, местной администрации. В новую редакцию закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.11.1995 года была дополнительно включена глава 2 «Надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина» (ст. 26, 27, 28). Надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина всегда осуществлялся органами прокуратуры, но в пределах «общего надзора», без специального выделения в законе этого направления прокурорского надзора.

Включение в закон новой главы было продиктовано необходимостью замены приоритетности защиты интересов государства на защиту личности, дополнительной защиты прав и свобод граждан, оказавшихся в тяжелых условиях плохо разработанных преобразований в сфере социальных и экономических условий жизни населения, ограниченных возможностей государства в обеспечении социальных и материальных прав населения.

Немаловажное значение имело включение в новую редакцию закона РФ о прокуратуре Российской Федерации статьи 8 «Координация деятельности по борьбе с преступностью». В соответствии с этой статьей Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры стали координировать деятельность по борьбе с преступностью органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности, органов налоговой полиции, органов таможенной службы и других правоохранительных органов. Это положение не только способствовало совершенствованию борьбы с преступностью, выросшей за годы преобразований в стране в разы, но и поднимало статус прокуратуры среди других правоохранительных органов.

Важнейшее правовое и политическое значение в регулировании прокурорской деятельности имело исключение из закона «О прокуратуре Российской Федерации» статьи 31, которая ранее предусматривала расследование преступлений органами прокуратуры (ФЗ от 05.06.2007 г. № 87-ФЗ). Трудно объяснить истинные причины этого решения законодателя. Но основными мотивами были обозначены: обеспечение независимости предварительного следствия; исключение возможности ведомственного прокурорского влияния на следствие; обеспечение более четкого и строгого надзора за исполнением законов иными органами предварительного следствия.

Исключение из функций прокуратуры расследования преступлений, создание специализированного Следственного комитета сначала при прокуратуре Российской Федерации, а потом в качестве самостоятельного органа государственной власти повлекли за собой многочисленные изменения уголовно-процессуального законодательства, рассмотрение которого не входит в наши задачи. Можно только отметить, что прокуратуру лишили многих полномочий, ранее присущих прокурорам: права возбуждения уголовного дела; права проведения при необходимости отдельных следственных действий и расследования преступлений в целом; права давать поручения следователям в процессе следствия; многих других прав, принадлежавших прокуратуре.

Практически прокурорский надзор за законностью и полнотой проведенного расследования в полной мере стал начинаться с момента получения прокурором уголовного дела с обвинительным заключением. В соответствии со статьей 221 УПК РФ прокурор проверяет полноту и законность проведенного расследования и либо утверждает обвинительное заключение и направляет дело в суд, либо возвращает дело следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо переквалификации действий обвиняемого, пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями.

Следствие нередко длится многими месяцами, и если прокурор узнал о нарушениях законности и иных недостатках следствия только после его окончания, то устранение выявленных недостатков может превратиться в проблему. Можно сказать, что политика законодательного ограничения полномочий прокурора по надзору за законностью предварительного следствия не способствует совершенствованию борьбы с преступностью. Со временем это скажется и на качестве надзора за следствием, поскольку количество прокуроров, хорошо знающих практику расследования преступлений, сокращается и далее будет сокращаться.

Правовое регулирование прокурорской деятельности в уголовном судопроизводстве. Согласно статье 246 УПК РФ участие государственного обвинителя (прокурора) обязательно при рассмотрении практически всех уголовных дел; исключение составляют уголовные дела частного обвинения, если они были возбуждены потерпевшим (п. 3 ст. 246 РФ). Таким образом, законодатель, устанавливая состязательный характер рассмотрения уголовных дел, расширил, по сравнению с прежним уголовно-процессуальным законодательством, обязательность участия прокурора в рассмотрении уголовных дел. Такое решение явилось одним из проявлений государственной политики демократизации общества, происходящих в нем процедур и процессов, в том числе в судопроизводстве. Особенно наглядно это проявилось в производстве по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей. Значительную роль в этом судопроизводстве играет прокурор (гл. 42 УПК РФ). От него требуется особо высокая профессиональная подготовка, основанная на глубоких знаниях действующего законодательства, социально-психологических особенностей не только присяжных заседателей, но и присутствующей на заседании суда публики, обладание хорошими навыками публичных выступлений. Только недостаточное внимание прокуроров к названным требованиям приводит к тому, что оправдательные приговоры в судах общей юрисдикции обычно составляют 0,73 % от общего количества вынесенных приговоров, а в судах с участием присяжных заседателей количество таких приговоров составляет 17 % от общего числа [3].

Правовое регулирование прокурорской деятельности в гражданском судопроизводстве. Следуя общей тенденции сокращения участия прокурора в гражданском судопроизводстве и, очевидно, имея пример ранее принятого АПК РФ, существенно ограничившего полномочия прокурора в арбитражном судопроизводстве, законодатель, в отличие от ранее действовавшего ГПК РСФСР, предусматривавшего право прокурора вступить в рассмотрение любого гражданского дела в любой стадии его рассмотрения, в статье 45 действующего ГПК РФ установил право прокурора обратиться в суд с заявлением в защиту только: 1) прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц; 2) интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований; 3) в случае, если гражданин по состоянию здоровья, по возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. На практике в таких случаях к исковому заявлению прокурора требовали приложения справки о возрасте или состоянии здоровья лица, чьи интересы защищал прокурор в суде. Естественно, что такое законодательное положение существенно ограничивало деятельность прокуроров по защите прав и свобод человека и гражданина.

Не соответствовало оно и основным конституционным правам человека и гражданина и закону «О прокуратуре Российской Федерации», считающим всемерную защиту прав и свобод человека и гражданина одним из основных направлений деятельности органов прокуратуры. В связи с этим Федеральным законом от 05.04.2009 года в статью 45 ГПК РФ была внесена поправка, в соответствии с которой указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан: о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защите семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защите, включая социальное обеспечение;

обеспечение права на жилище в государственном или муниципальном жилищных фондах; охране здоровья, включая медицинскую помощь, обеспечение права на благоприятную окружающую среду, образовании. Таким образом, прокурор получил полномочия на подачу в суд заявления о защите фактически всех существенных прав любого человека и гражданина.

Помимо сказанного государственная политика правового регулирования деятельности прокуроров в гражданском судопроизводстве характеризуется тем, что ряд категорий дел о наиболее важных для человека правах рассматривается с обязательным участием прокурора. К ним относятся: дела о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявление гражданина умершим (ст. 278 ГПК РФ); дела об ограничении дееспособности гражданина, о признании гражданина недееспособным; дела об ограничении или лишении несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет права самостоятельно распоряжаться своими доходами (ст. 284 ГПК РФ); дела об объявлении несовершеннолетнего полностью дееспособным (ст. 288 ГПК РФ); дела о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар или о продлении срока принудительной госпитализации гражданина, страдающего психиатрическим расстройством (ст. 304 ГПК РФ).

При рассмотрении дел таких категорий прокурор выступает как гарант соблюдения особо важных для человека прав и свобод, гарант законности выносимого по делу решения суда.

Правовое регулирование прокурорской деятельности в арбитражном судопроизводстве. Система арбитражных судов была создана несравненно позже, чем система судов общей юрисдикции. Ее основанием стало принятие закона РСФСР «Об арбитражном суде» от 04.07.1991 года [1] и Арбитражного процессуального кодекса от 05.03.1992 года [2]. Благодаря этому арбитражное процессуальное законодательство избежало тех многочисленных изменений, которые были внесены в законодательство, регулирующее уголовно-процессуальное и гражданско-процессуальное судопроизводство.

Наиболее четко государственная политика правового регулирования прокурорской деятельности в арбитражном судопроизводстве выражена в статье 52 АПК РФ, в которой определены полномочия прокурора на обращение в суд. Согласно этой статье прокурор имеет право обратиться в арбитражный суд при наличии только двух оснований: 1) с заявлением об оспаривании правовых и ненормативных правовых актов Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, актов органов местного самоуправления, затрагивающих права и законные интересы организаций и граждан в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; 2) с иском о признании недействительности сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, субъектов Российской Федерации или муниципальных образований; 3) с иском о применении последствий недействительности ничтожности сделки, совершенной органами государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными органами и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Из приведенного текста статьи 52 АПК РФ очевидно, что сфера участия прокурора в арбитражном судопроизводстве ограничивается правом реагирования только на незаконные акты органов государственной власти и органов местного самоуправления, затрагивающие права и интересы организаций и граждан в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, то есть прокурор получил полномочие защищать интересы организаций и граждан от незаконных актов государственных и муниципальных органов.

Второе и третье полномочие прокурора, наоборот, предусматривает право и обязанность защищать интересы органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также организаций и предприятий, имеющих в уставном капитале (фонде) долю участия государства или органа местного самоуправления. В остальных случаях прокурор лишен права защищать интересы каких-либо субъектов предпринимательской (экономической) деятельности в качестве их представителей, что прямо запрещено статьей 60 АПК РФ.

Такое положение, на наш взгляд, прямо вытекает из общей тенденции политических преобразований в сфере экономики начала 90-х годов прошлого века, вытеснения из сферы «рыночной экономики» государства и его представителей в лице органов прокуратуры.

Третий уровень правового регулирования прокурорской деятельности, как уже отмечалось выше, осуществляется приказами Генерального прокурора РФ, подлежащими неукоснительному исполнению всеми подчиненными ему прокурорами. Этот уровень правового регулирования прокурорской деятельности неразрывно связан с двумя вышерассмотренными уровнями, составляя единую систему правового регулирования прокурорской деятельности.

Статьи Конституций СССР, РСФСР, России, обладая высшей юридической силой, определяют социально-политические цели развития государства и общества. Конкретные направления и формы решения этих целей определяются в федеральных законах, а пути и средства решения этих задач органами прокуратуры определяются в приказах Генерального прокурора РФ.

В процессе исследования было получено и изучено 419 приказов, из которых 165 были посвящены регулированию конкретных направлений прокурорской деятельности. Остальные приказы регулировали организационнохозяйственную деятельность органов прокуратуры, кадровые вопросы, вопросы прохождения службы прокурорами и тому подобное и анализу не подвергались.

Приказы Генерального прокурора Российской Федерации, как правило, издаются в связи с принятием новых законов, создающих или дополнительно регулирующих конкретные сферы общественных отношений или для устранения определенных недостатков в применении действующих законов, выявленных в результате изучения и обобщения практики прокурорского надзора или иной деятельности органов прокуратуры. В связи с этим количество приказов, посвященных тем или иным направлениям прокурорской деятельности, может служить показателем реализации государственной политики в различных сферах общественных отношений.

Приказы Генерального прокурора Российской Федерации мобилизуют сотни прокурорских работников на решение задач, поставленных в этих приказах и, следовательно, на реализацию конкретных направлений государственной политики, являясь одним из ее элементов. Анализ приказов Генерального прокурора Российской Федерации с этих позиций показывает, что основное внимание в 1993–2013 годы органами прокуратуры уделялось борьбе с преступностью и надзору за исполнением законов органами дознания и следствия (92 приказа). Это не удивительно, так как преступность в первые годы перестройки (1992–1995) выросла более чем в два раза и в последствии ее уровень долго не понижался. Поэтому, естественно, что борьба с преступностью стала одним из приоритетных направлений государственной политики, в частности, отразившейся на числе приказов Генерального прокурора Российской Федерации. Наибольшее количество приказов этого назначения было издано в 2002 году — 12 приказов, в 2010 году — 13 приказов, в 2011 году — 9 приказов. В 1994 и в 2004 годах такие приказы не издавались.

В 1993, 2005 и 2008 годах издавалось по одному приказу ежегодно.

Второй по численности вид приказов — это приказы Генерального прокурора Российской Федерации, регулирующие деятельность органов прокуратуры по надзору за исполнением федерального законодательства, то есть общий надзор: было издано 32 приказа. Численность этого вида приказов определялась большим числом и разнообразием законов и сфер общественных отношений, требующих законодательного регулирования и, следовательно, надзора за исполнением этих законов. Наибольшее количество приказов Генерального прокурора Российской Федерации названного направления издавалось: в 2003 году — пять приказов, в 2009 году — пять приказов и по три приказа ежегодно соответственно в 2000, 2001, 2007, 2010 и 2012 годах. Приказы данного вида не издавались Генеральным прокурором РФ в 1993–1995 годах, в 2004, в 2005, в 2013 годах.

Приказы, регулирующие надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, за тот же период издавались 22 раза: в 2000 году издано четыре приказа, в 1998, 2001, 2007 годах — по три приказа ежегодно, в 2009 году — два приказа. Не издавались приказы рассматриваемого направления в 1993– 1995 годах, в 1997 году, в 2003–2006 годах, в 2011 году.

Участие прокурора в рассмотрении уголовных дел регулировалось девятью приказами, участие в рассмотрении гражданских дел регулировалось тремя приказами и участие прокуроров в рассмотрении арбитражных дел регулировалось двумя приказами.

Приведенные данные составляют лишь общее представление об актуальности различных направлений прокурорской надзорной деятельности, отражающей интересы государственной политики в различных сферах общественных отношений. Конкретные причины различной степени активности правового регулирования прокурорской деятельности в различные периоды времени и по направлениям прокурорского надзора являются предметом последующего исследования полученных материалов.

The Article deals with the analysis of the public policy in the sphere of the Russian Federation Office of Public Prosecutor activity legal regulation.

Keywords: Office of Public Prosecutor of the Russian Federation, federal legislation, public policy in the sphere of the Russian Office of Public Prosecutor activity legal regulation.

Список литературы

1. Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. — 1991. — № 30. — Ст. 1013.

2. Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. — 1992. — № 16. — Ст. 836.

3. Российская газета. 28 января 2015 г.

–  –  –

Административно-правовое обеспечение экономической безопасности в Российской Федерации:

концептуальные и методологические аспекты Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук по специальности 12.00.14 — Административное право и административный процесс.

Ключевые слова: Российская Федерация, административное право, экономическая безопасность, административно-правовое обеспечение экономической безопасности.

Актуальность темы исследования. Взаимное влияние государства и экономики непосредственно предопределено развитием общества, ведь «связь между хозяйством и государством проявляется, прежде всего, в том, что государство — эта самая развитая форма общежития, возможно только на определенной экономической ступени» [2, с. 77]. Обеспечение экономической безопасности страны является одной из тех проблем, которые никогда не теряют своей актуальности в практически-прикладном плане и требуют повышенного внимания со стороны представителей всех отраслей научных юридических знаний, в том числе науки административного права. Разработка проблематики административно-правового обеспечения экономической безопасности РФ на уровне фундаментальных правовых, в том числе сравнительно-правовых, исследований отвечает вызовам времени и на современном этапе является необходимой конкретизацией основных положений Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года.

«Иметь экономику, — подчеркнул В. В. Путин, — которая не гарантирует нам ни стабильности, ни суверенитета, ни достойного благосостояния, — для России непозволительно. Нам нужна новая экономика, с конкурентоспособной промышленностью и инфраструктурой, с развитой сферой услуг, с эффективным сельским хозяйством. Экономика, работающая на современной технологической базе. Нам необходимо выстроить эффективный механизм обновления экономики, найти и привлечь необходимые для нее огромные материальные и кадровые ресурсы» [5]. К сожалению, отмечается в Бюджетном послании Президента РФ Федеральному Собранию «О бюджетной политике в 2012–2014 годах», многие элементы государственной политики, в том числе в бюджетной и налоговой сферах, пока не в полной мере настроены на стимулирование инновационного развития страны. Не завершено формирование условий для модернизации экономики и изменения модели экономического роста. Для бюджетной системы страны сохраняются риски, обусловленные высокой зависимостью экономики и, соответственно, бюджетных доходов от внешнеэкономической конъюнктуры [1].

Осуществляемый в настоящее время в России курс на развитие национальной инновационной системы, освоение новых ресурсных источников, модернизацию приоритетных секторов национальной экономики, совершенствование банковской системы, финансового сектора услуг и межбюджетных отношений объективно детерминирует необходимость административно-правового обеспечения экономической безопасности Российской Федерации. В таких условиях реализация комплекса мер, ориентируемых на обеспечение экономической безопасности в качестве одного из стратегических векторов обеспечения и укрепления национальной безопасности, несомненно, является приоритетом внутренней и внешней политики нашей страны.

В соответствии с требованиями Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года [6] деятельность по обеспечению экономической безопасности представляет собой одно из основных направлений деятельности по обеспечению национальной безопасности в целом, а рост преступных посягательств, направленных против собственности и экономической безопасности, представляет собой один из главных источников угроз.

Совокупность изложенного ранее, а также определенная фрагментарность разработки концептуальных и методологических аспектов обеспечения экономической безопасности в качестве динамического объекта административно-правового воздействия существенно актуализируют необходимость формирования и совершенствования административно-правового обеспечения экономической безопасности Российской Федерации. Таким образом, рассматриваемая в настоящем диссертационном исследовании проблема непосредственным образом сопряжена с одним из ключевых направлений современной административно-правовой доктрины, без глубокой проработки которой сложно ожидать серьезных позитивных изменений в деле укрепления законности и общественного правопорядка, а также обеспечения необходимого уровня национальной безопасности. Устойчивый и долговременный характер проблемы административно-правового обеспечения экономической безопасности России, ее теоретическая и практическая значимость определили выбор темы настоящей диссертации.

Характеризуя современную ситуацию, Президент России В. В. Путин отметил, что «в условиях мировых экономических потрясений мы не сможем укреплять наши международные позиции, развивать экономику, демократические институты, если не просчитаем риски возможных конфликтов, не обеспечим военно-технологическую независимость России» [3]. Принимая во внимание то существенное обстоятельство, что в экономике страны в процессе рыночной трансформации (имевшей в большей степени стихийный характер) выживали наиболее ликвидные отрасли, связанные с экспортом необработанного сырья и полуфабрикатов, следует согласиться с выводом, согласно которому Россия фактически пережила масштабную деиндустриализацию. Отсюда — крайне высокая зависимость экономики нашей страны от импорта потребительских товаров, технологий и сложной продукции, а также от колебания цен на основные экспортные товары, совокупность указанных факторов объективно формирует непосредственную угрозу национальной безопасности России.

Как подчеркнул В. В. Путин, «нам нужна новая экономика, с конкурентоспособной промышленностью и инфраструктурой, с развитой сферой услуг, с эффективным сельским хозяйством. Экономика, работающая на современной технологической базе. Нам необходимо выстроить эффективный механизм обновления экономики, найти и привлечь необходимые для нее огромные материальные и кадровые ресурсы» [4]. Очевидно, что такую поистине колоссальную задачу невозможно решить без соответствующей существенной коррекции законодательства, основывающейся на четком и однозначном понимании принципов и механизмов правового обеспечения экономической безопасности России в новых условиях.

В связи с изложенным ранее актуальность настоящего диссертационного исследования обусловлена также недостаточной разработанностью правовых основ экономической безопасности России.

О значимости данной проблемы свидетельствует и то, что Конституция РФ закрепила в статьях 2, 18, 55, 56 ряд норм, гарантирующих права и свободы человека и гражданина в сфере безопасности, которые:

— во-первых, обусловливают необходимость разработки концепции административно-правового регулирования безопасности в качестве элемента правовой системы Российской Федерации;

— во-вторых, предопределяют необходимость формирования в Российской Федерации единой системы специализированных государственных органов и органов местного самоуправления, наделяемых административными полномочиями по обеспечению различных видов безопасности.

Такое обеспечение, с одной стороны, неизбежно связано с вмешательством в административно-хозяйственную, организационнораспорядительную и иную деятельность физических и юридических лиц, с другой — оно требует систематизации и унификации административноправовых методов и административно-правовых форм самоуправления по обеспечению различных видов безопасности. Как наглядно показывает системно-правовой и формально-догматический анализ, законодательство, регулирующее исследуемые отношения, отличается пробельностью и коллизионностью. Отсутствие системной и динамично развивающейся правовой основы обеспечения экономической безопасности РФ, в свою очередь, не позволяет органам государственного управления, субъектам экономических отношений адекватно реагировать на новые вызовы и угрозы в экономической сфере.

Помимо того, актуальность данного исследования обусловлена состоянием административно-правовой основы обеспечения экономической безопасности. Анализ свидетельствует об отсутствии системности в процессе принятия нормативных правовых актов, регулирующих отношения в рассматриваемой области. Кроме того, речь идет также о трудностях, имеющих место в сфере концептуального, доктринального и стратегического планирования этой работы.

Следует особо подчеркнуть, что обозначенные проблемы не были решены ни принятием Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, ни Федеральным законом «О безопасности» от 28 декабря 2010 года № 390-ФЗ. Следствием этого стала необходимость совершенствования административно-правовых средств защиты экономических интересов России, а также использования в таких целях всех возможностей административно-правовых режимов.

Следовательно, актуальность настоящего диссертационного исследования прежде всего обусловлена:

— неотложными потребностями практики в формировании системы эффективного административно-правового обеспечения экономической безопасности РФ, скоординированной по целям, формам и методам регламентации процедур административной деятельности в сфере экономической безопасности России;

— необходимостью разработки концептуальных научно обоснованных подходов к решению проблемы административно-правового обеспечения экономической безопасности РФ и выработки на этой основе предложений, направленных на дальнейшее совершенствование правовых основ функционирования органов в области обеспечения экономической безопасности России.

Степень научной разработанности темы исследования. Постоянно возрастающий интерес к проблемам, существующим в сфере экономической безопасности РФ, нашел свое соответствующее отражение в многочисленных работах российских ученых и специалистов, содержащих комплексное и глубокое освещение различных вопросов экономической безопасности РФ. Следует заметить, что философско-правовые и социологические проблемы обеспечения национальной безопасности исследовали В. Э. Багдасарян, П. С. Золотарев, Н. В. Кривельская, С. В. Степашин, А. Д. Урсул и иные ученые. В рамках изучаемой темы нужно особо выделить актуальные и значимые исследования, посвященные проблематике национальной безопасности РФ, ведущих ученых в данной области, которые имеют существенное значение для публично-правовых исследований практически всех видов безопасности: Ю. М. Батурина, И. Н. Глебова, А. С. Дугенца, Н. Н. Куняева, В. Н. Лопатина, А. И. Стахова, В. М. Редкоуса и др. Среди научных работ, затрагивающих различные вопросы правового обеспечения национальной безопасности, целесообразно выделить труды известных российских ученых Ю. И. Авдеева, В. В. Алешина, С. А. Боголюбова, И. Б. Кардашовой, Н. П. Патрушева, Т. А. Поляковой, А. А. Фатьянова и др. Экономические направления решения проблемы экономической безопасности нашли свое надлежащее отражение в научных публикациях ученых-экономистов. В частности, попытку рассмотреть стратегические вопросы обеспечения экономической безопасности России на основе экономического подхода предприняли такие российские ученые, как В. Н. Абалкин, В. В. Барабин, В. А. Богомолов, А. Е. Городецкий, М. Г. Делягин, Е. А. Олейников и др. Следует также заметить, что рассмотрению оригинальных (с научной точки зрения) теоретикометодологических подходов к формированию экономической безопасности посвящены диссертации ученых-экономистов А. А. Барта, М. Ю. Григорьева, А. П. Мамыкиной, М. М. Меркова и др.

Построение категориального ряда настоящего исследования предполагало обращение к наиболее значимым научным результатам в области конституционно-правового, уголовно-правового, уголовно-процессуального и иных отраслевых видов обеспечения экономической безопасности РФ, а также анализ научных выводов, сформулированных отечественными учеными в ходе изучения проблематики правового регулирования экономической безопасности и некоторых общих вопросов безопасности в области конституционного права (И. А. Аксенов, И. А. Ласковая, Е. Н. Майорова, Г. Ю. Малумов и др.), гражданского права (В. В. Злобин и др.), финансового права (А. А. Козырев, О. А. Сафонов и др.), уголовного права (А. П. Горелов, В. М. Простова, А. Х. Хаупшев, А. Е. Шарихин и др.), международного права (А. Х. Абашидзе, Ю. В. Игнатов и др.), организации правоохранительной деятельности (О. С. Белов и др.). В процессе формирования методологической составляющей исследования значимую помощь оказали научные работы в сфере теории права и государства, посвященные рассмотрению теоретических и методологических основ обеспечения экономической безопасности Российской Федерации.

Так, например, А. П. Герасимов исследовал теоретико-правовые проблемы становления и развития экономической безопасности российской государственности, З. Ф. Хусаиновым конкретизированы параметры воздействия государственно-правовых предписаний на систему социально-экономических отношений в сфере безопасности, С. Ю. Чапчиков акцентировал внимание на теоретико-правовых аспектах защиты экономической безопасности России как функции государства, К. А. Стрельников подверг анализу отдельные правовые аспекты обеспечения экономической безопасности современного российского государства, а вопросам структурнофункционального анализа экономической безопасности Российской Федерации посвящена диссертация Р. Г. Халиуллина.

Ряд серьезных проблем административно-правового регулирования экономической безопасности выявлен и проанализирован А. В. Сюсюкиным. Проблематика настоящей диссертации в определенной степени затрагивалась в трудах, посвященных исследованию правового статуса некоторых государственных органов в системе обеспечения экономической безопасности Российской Федерации (Р. Х. Мусов, А. В. Пылин). Среди оригинальных современных работ, посвященных научному осмыслению вопросов административно-правового регулирования отдельных подсистем экономической безопасности, таких как энергетическая, банковская, имущественная и иные, следует отметить диссертации Д. Г. Алексеевой, С. А. Коврижкина Ф. Г. Мышко, В. У. Хатуаева и др. Интересные результаты анализа проблем, связанных с административно-правовым регулированием безопасности в сфере туризма в Российской Федерации, были получены Е. Л. Писаревским. Административно-правовой режим промышленной безопасности опасных производственных объектов в РФ исследован Н. Г. Кутьиным.

Несмотря на существенный объем научных разработок, посвященных различным аспектам правового регулирования экономической безопасности и ее составляющим, следует констатировать, что на современном этапе развития науки административного права ощущается нехватка комплексных монографических трудов, призванных обеспечить концептуальнометодологическую основу административно-правового обеспечения экономической безопасности России, адекватную реалиям современности и логически непротиворечивую, предполагающую построение фундаментального категориального ряда и выработку оптимальной методологии исследования, а также комплексных исследований административно-правового механизма и административно-правового режима обеспечения экономической безопасности, конкретизации правового статуса ее субъектов.

Изложенное ранее детерминировало необходимость заполнения выявленных пробелов в теории, методологии и практике административноправовой науки и определило актуальность разработки концепции в настоящем диссертационном исследовании.

Цель диссертационного исследования заключается в том, чтобы на основе синергетического и социокультурного подходов в контексте формирующегося направления глобального административного права разработать целостную и логически непротиворечивую концепцию административно-правового обеспечения экономической безопасности, сформировать адекватное представление о его сущности, концептуальных и методологических основаниях, выработать предложения и рекомендации, нацеленные на совершенствование действующего российского административного права.

Достижение поставленной цели предопределило решение следующих задач исследования:

— проанализировать теоретико-методологические и правовые подходы к системе обеспечения экономической безопасности Российского государства;

— изучить юридическую природу обеспечения экономической безопасности как составляющей национальной безопасности РФ, уточнить правовое содержание данной категории и классифицировать ее формы;

— построить категориальный аппарат концепции административноправового обеспечения экономической безопасности Российской Федерации;

— сформулировать и обосновать авторскую позицию по оценке современных угроз экономической безопасности современной России;

— выявить эвристические возможности использования социокультурного подхода в исследовании правового обеспечения экономической безопасности;

— рассмотреть специфику применения методологии синергетики к изучению административно-правового обеспечения экономической безопасности;

— аргументировать необходимость применения глобального подхода к вопросам обеспечения экономической безопасности в современном административном праве;

— определить основные правовые и функциональные характеристики экономической безопасности как объекта административно-правового обеспечения;

— определить и охарактеризовать специфику административно-правового обеспечения экономической безопасности РФ;

— конкретизировать и раскрыть сущность и структуру механизма АПО ЭБ России, выявить проблемы его формирования на современном этапе и направления совершенствования;

— конкретизировать административно-правовой статус субъектов обеспечения экономической безопасности в Российской Федерации;

— определить характерные черты и направления повышения эффективности взаимодействия субъектов обеспечения экономической безопасности в РФ;

— раскрыть на основе современных теоретико-правовых подходов системообразующую роль административно-правового обеспечения экономической безопасности Российской Федерации;

— осуществить систематизацию административно-правовых средств обеспечения экономической безопасности;

— разработать и обосновать на базе теоретических положений диссертационного исследования и с учетом отечественной законотворческой и правоприменительной практики комплексные рекомендации по реализации концепции административно-правового обеспечения экономической безопасности России на современном этапе, способствующие эффективной реализации национальных экономических интересов.

Объектом диссертационного исследования является комплекс общественных отношений, складывающихся в сфере обеспечения экономической безопасности Российской Федерации.

Предметом диссертации выступают: система правовых и иных закономерностей формирования и функционирования системы административноправового обеспечения экономической безопасности РФ, включая категориальный аппарат, методологию, административно-правовые средства обеспечения экономической безопасности; законодательные и иные нормативные правовые акты, регламентирующие отношения в сфере обеспечения экономической безопасности РФ; доктрины, стратегии, а также изложенные в трудах отечественных ученых концептуальные воззрения, касающиеся юридической природы содержания и вопросов правового обеспечения экономической безопасности современной России.

Методологической основой диссертационного исследования является, прежде всего, материалистическая диалектика, позволившая рассмотреть административно-правовое обеспечение экономической безопасности в контексте совершенствования государственного управления в России в зависимости от совокупности политических, социально-экономических и иных факторов.

В процессе исследования автором использовались общенаучные методы познания, включающие в себя метод структурно-функционального анализа, позволивший исследовать функции и связи между подсистемами административно-правового обеспечения экономической безопасности.

Особенно полезными явились системный подход и его развивающееся междисциплинарное направление — синергетический подход, обеспечившие возможность исследования развития системы обеспечения экономической безопасности как неравновесной системы, представленной совокупностью упорядоченных элементов. В качестве хорошего подспорья выступили социокультурный и междисциплинарный подходы.

Автор настоящей диссертации также применял частноправовые методы, в том числе сравнительно-правовой и формально-юридический методы, которые дали реальную возможность подвергнуть анализу базовые элементы, формы и средства административно-правового обеспечения экономической безопасности Российской Федерации. В процессе научного исследования соискатель неоднократно обращался к опыту практического администрирования и результатам социологических исследований.

Теоретическую основу диссертационного исследования составили труды видных отечественных представителей теории государства и права, среди которых следует в первую очередь отметить работы С. С. Алексеева, В. Н. Кудрявцева, В. В. Лазарева, А. В. Малько, М. Н. Марченко, Н. И. Матузова, Ю. А. Тихомирова и др. Автор также опирался на результаты исследований известных ученых в области административного права, теории государственного управления А. Б. Агапова, А. П. Алехина, Г. В. Атаманчука, Д. Н. Бахраха, А. А. Демина, А. С. Дугенца, А. Б. Зеленцова, Ю. М. Козлова, Н. М. Конина, А. М. Кононова, П. И. Кононова, Б. М. Лазарева, В. М. Манохина, В. М. Редкоуса, Б. В. Россинского, Н. Г. Салищевой, Ю. Н. Старилова, А. И. Стахова, М. С. Студеникиной, Т. Я. Хабриевой, Н. Ю. Хаманевой, Д. М. Чечота, В. Е. Чиркина, М. А. Штатиной, В. А. Юсупова, О. А. Ястребова и др.

В целях разработки категориального ряда исследования, а также определения современных тенденций формирования и совершенствования административно-правового механизма обеспечения экономической безопасности в России использовались научные труды академика РАН Л. И. Абалкина, а также А. И. Илларионова, В. Л. Тамбовцева и других ученых, исследующих различные аспекты обеспечения экономической безопасности.

Нормативной правовой основой диссертации является обширный нормативный правовой материал, охватывающий нормы международного права, Конституцию РФ, федеральные конституционные законы, федеральные законы, подзаконные акты, нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, муниципальные нормативные правовые акты, локальные правовые акты отдельных организаций, относящиеся к теме исследования.

Эмпирическую базу исследования составили ряд решений Конституционного Суда РФ, постановлений пленумов, решений и постановлений Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. Речь идет также о материалах, непосредственно связанных с законопроектной и информационноаналитической деятельностью Федерального Собрания — парламента РФ, Совета Безопасности РФ, федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Федерации. Кроме того, была использована различная статистическая и отчетная информации о состоянии и социально-экономическом развитии РФ в целом, о деятельности государственных органов, уполномоченных обеспечивать экономическую безопасность России.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
Похожие работы:

«Православие и современность. Электронная библиотека. Епископ Саратовский и Балашовский Вениамин (Милов) Чтения по литургическому богословию © "Жизнь с Богом". Брюссель, 1977. Содержание Епископ Саратовский и Балашовский Вениамин (Милов) 1. Учение о Бо...»

«НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ Серия Философия. Социология. Право. 2016. № 3 (224). Выпуск 35 УДК 316.334.52 (314.748) МОДЕЛИ ЗАНЯТОСТИ ТРУДОВЫХ МИГРАНТОВ ИЗ ПРИДНЕСТРОВЬЯ THE MODELS OF EMPLOYMENT OF MIGRANT WORKERS FROM PRIDNESTROVIE А.Н. Оставная A.N. Ostavnaya Приднестровский государственный университет им. Т.Г. Шев...»

«Е.С. Королькова, Т.В. Коваль, Г.Э. Королёва Обществознание ПримернАя рАбОчАя ПрОгрАммА ПО учебнОму Предмету 5-9 КЛАССЫ Учебно-методическое пособие Москва АКАДЕМКНИГА/УЧЕБНИК Obshestv_programma_5-9_kl_2014.indd 1 12.01.2015 16:05:12 УДК 372...»

«УДК: 28 (5-012) Христианская миссия на Дальнем Востоке и в странах АТР как форма межкультурной коммуникации: проблемы и перспективы Андрей Владимирович Поповкин, кандидат философских наук, научный сотрудник отдела этнографии, этн...»

«Руководство по оформлению требований Правоохранительные органы стран EMEIA Это руководство предназначено для правоохранительных и других государственных органов стран EMEIA (Европы, Ближнего Востока, Индии и Африки), которые запрашивают у соотв...»

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ (19) (11) (13) RU 2 538 169 C1 (51) МПК C12N 15/10 (2006.01) C12N 1/21 (2006.01) ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (12) ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ПАТЕНТУ 2013141777/10, 11.09.2013 (21)(22) Заявка: (72) Автор(ы): Балабанова Лариса Анатольевна (RU), (24...»

«О внесении изменений в Региональную программу капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах Свердловской области на 2015–2044 годы, утвержденную постановлением Правительства Свердловской области от 22.04.2014 № 306-ПП В соответствии со статьей 101 Областным...»

«Управление культуры ЦАО г. Москвы Библиотека искусств им. А. П. Боголюбова Справочно-библиографический отдел Компьютерная библиотека (К 145-летию со дня рождения композитора Клода Дебюсси) Библиографический указатель литературы и Интернет-ресурсы Москва, 2007 Содержание Предисловие..3 Биография...»

«Ершов Богдан Анатольевич, Лубкин Янис Янович ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ ЭКСТРЕМИЗМУ И ТЕРРОРИЗМУ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ В статье рассматривается роль Русской православной церкви в просветительско-р...»

«1997 2014 Совместное предприятие ТАТСУНО РУС создано в 1997 году. Основными направлениями его работы являются производство и сервисное обслуживание измерительноуправляющих систем и топл...»

«Отчет перед населением за первый квартал 2015 года уполномоченного по работе с населением 4,6 микрорайонов Жилина Сергея Николаевича Филиал Центра профилактики правонарушений 4,6 микрорайона расположен по адресу: г. Череповец, улица Комсомольская дом №4. По вопросам и консультациям можно обрати...»

«Православие и современность. Электронная библиотека. Преподобный Ефрем Сирин Беседы По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II © Московское подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2003. Содержание Жизнь и труды святого Ефрема Сирина Беседы О страстях О страстях (2) Слово о злоязычии и...»

«Безземельная Олеся Алексеевна преподаватель ФГКОУ ВПО "Уфимский юридический институт МВД России" г. Уфа, Республика Башкортостан КОГНИТИВНОЕ ОСНОВАНИЕ СЕМАНТИКИ КОНТРАРНОСТИ Аннотация: в данной...»

«Терехов Константин Ильич ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА Специальность: 12.00.10 – "Международное право. Европейское право" АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук Москва – 2011 Диссертация выполнена на кафедре международного права факу...»

«1 УСЛОВИЯ ОКАЗАНИЯ УСЛУГИ "НАВИГАТОР" (для Абонентов "МегаФон", являющихся физическими лицами (гражданами), индивидуальными предпринимателями или юридическими лицами) Настоящие условия оказания услуги "Навигатор" (далее по тексту Условия) в соответствии со статьей 435 Гражданского кодекса РФ являются офертой,...»

«Сведения об АОУ Тип установки ELG 1000s 3,0DX Заводской номер 1000 Вт Лампа 600 Вт Компрессор Фиксированная высота в рабочем состоянии 5 метров Аварийная Осветительная Ус...»

«Справочник карьериста 2016–2017 ежегодный проект газеты "Ведомости" Слово редактора Г оворящий робот-гуманоид Пепер, которого в апреле приняли в среднюю школу японского города Васэда, "никогда не думал, что будет принят в человеческую школу". Так он сам сказал. Пепер способен к...»

«АВТОНОМНАЯ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "РОССИЙСКИЙ НОВЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" ТАГАНРОГСКИЙ ФИЛИАЛ УТВЕРЖДАЮ Зам.директора по УР Н.К.Жуковская ""_20_г. РАБОЧАЯ ПРОГРАММА УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ Б3.Б.9 Трудовое право Дисциплина (наименование учебной дисциплины) Уровень образовательной программы бак...»

«Должикова Анжела Викторовна ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРОВЕДЕНИЯ ЛИНГВОДИДАКТИЧЕСКОГО ТЕСТИРОВАНИЯ И ИНТЕГРАЦИОННОГО ЭКЗАМЕНА ДЛЯ ИНОСТРАННЫХ ГРАЖДАН В РФ В стат...»

«Федеральное государственное казенное образовательное учреждение высшего образования "СИБИРСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО КОНТРОЛЮ ЗА ОБОРОТОМ НАРКОТИКОВ" УТВЕРЖДАЮ И.о. начальника СибЮИ ФСКН Рос...»

«АУХАТОВ АДЕЛЬ ЯНОВИЧ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРИМЕНИМОГО К ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦАМ ПРАВА (СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ПРАВА РФ, ФРГ И ЕС) Специальность 12.00.03 – Гражданское право. Предпринимательское право. Семейное право. Международное частное право АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата юридических...»

«Валентин СЕРОВ УДК 75.03(470+571)(084)В.Серов ББК 85.133(2)53 8 Г61 Государственная Третьяковская галерея Генеральный директор З.И. Трегулова Заместитель генерального директора по научной работе Т.Л. Карпова Заместитель генерального директора по просветительской и издательской деятельности М.Э...»

«Вопрос: В гостинице при поселении клиента на основании его заявления определяется срок его проживания, выписывается счет по форме N 3-Г и пробивается чек через ККМ. При досрочном выбытии клиента из гостиницы выписывается новый счет с указанием суммы о...»

«О государственно-частном партнерстве Закон Республики Казахстан от 31 октября 2015 года № 379-V ЗРК Вниманию пользователей! Для удобства пользования РЦПИ создано ОГЛАВЛЕНИЕ. Настоящий Закон определяет правовые услови...»

«ЛИЦЕНЗИОННЫЙ ДОГОВОР № 14/14 г. Санкт-Петербург "_" _ 2014 г. ООО "СИГМА", в лице Генерального директора Глазовского Андрея Валерьевича, действующего на основании Устава, именуемое...»

«© Л.Ю. Михалева, 2010-2012 С2_1. Исполнитель Робот Исполнитель Робот умеет перемещаться по лабиринту, начерченному на плоскости, разбитой на клетки. Ниже приведено описание Робота.У Робота есть четыре команды перемещения:...»

«Методические указания Форма Ф СО ПГУ 7.18.2/05 Министерство образования и науки Республики Казахстан Павлодарский государственный университет им. С.Торайгырова Кафедра уголовно...»

«НЕДЕЛЯ БИРЖЕВОГО ФОНДОВОГО РЫНКА КАЗАХСТАНА 12 – 18 августа 2010 года СПРАВОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ Доллар США = 147,17 тенге по официальному курсу на конец периода. Доллар США = 147,17 тенге по биржевому средневзвешенному курсу на конец периода. Скорость укрепления тенге к доллару за...»

«Автоматический выбор параметров алгоритмов Карпов Пётр Михайлович Automatic selection of algorithm parameters Peter Karpov Website: inversed.ru Email: PeterKarpov@inversed.ru 2012.07.04 Аннотация В работе рассмотрена проблема автоматической настройки параметров алгоритмов и оценки их влияния. Предложен...»










 
2017 www.lib.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.